Монетт Камингз - Любовные секреты

— А может, это просто выражение благодарности за удовольствие от вашего общества. — Осторожней, сказал себе Джон. Это не должно прозвучать так, словно я вдруг чересчур очарован ею. На данном этапе она этому не поверит. — После бала всегда принято присылать цветы.

— Несомненно, это и есть объяснение большинству из них. Вы ведь понимаете, что я еще не привыкла к лондонским обычаям, — сказала Миранда, подумав, что одну загадку она разрешила. Он-то как раз и прислал цветы потому, что так принято. Это ничего не значило.

Удивительно, как это он не прислал каких-нибудь сорняков, почище букета Бруммеля для Люси. Вряд ли Красавчик имел намерение оскорбить Люси, а вот подобный дар от Джонатана куда больше соответствовал бы его прежнему отношению к ней. Только ему, конечно, не хотелось, чтобы Люси и другие начали задавать неудобные вопросы, а они бы, разумеется, так и сделали после разговоров Люси о том, что все они одна семья.

— Ты бы скорее привыкла к ним, если бы почаще выходила из дома, — сказала Люси таким похожим на леди Смолвуд тоном, что Миранда невольно улыбнулась ее умению передразнивать. Но та, заметив наряд их гостя, вдруг перестала хвастать полученными цветами.

— Джон, да у вас новый костюм для прогулок!

— И шляпа. — Сдвинув набекрень свою жемчужно-серую шляпу с загнутыми полями, он ухватился за кончики своей накидки, разведя их в стороны и поворачиваясь кругом, а потом сделал реверанс, словно юная леди, которая показывает свое новое бальное платье. Он почувствовал себя довольно глупо, вспомнив, что среди зрителей находится и леди Смолвуд. Джонатан на какое-то мгновение забыл о ней, когда показывал свой новый наряд.

Одежда ухажера, думал он, облачаясь в нее. Нет, точнее будет сказать, одежда охотника, потому что он точно наметил свою добычу и у нее нет никаких шансов ускользнуть от него.

Люси он, разумеется, ничего подобного не скажет, потому что она этого не поймет. И хорошо, что так.

— Я решил, что надо надеть что-нибудь под стать моей повозке. — Он показал на окно, откуда можно было увидеть его фаэтон.

Люси снова скорчилась от смеха на диване, хлопая в ладоши в восторге от его представления, что вызвало новые упреки со стороны леди Смолвуд.

— Но вы так красивы в своем новом наряде, — воскликнула она. — Правда, Миранда?

— Да, в самом деле, — согласилась Миранда. Этот человек и впрямь красив, как бы он не был одет. И как бы противно он себя не вел. А в этой бежевой накидке с одинарной пелериной он выглядел просто прекрасно. Однако она немало удивилась открытию, что он обладает чувством юмора.

Возвращаясь к тому, что было чаще всего у нее в мыслях, Люси спросила:

— Может, теперь ты передумаешь и поедешь с нами, Миранда?

— Нет, спасибо, я не поеду.

— В самом деле, — сказал ей Джонатан, надеясь, что не слишком уж похож на неуклюжего поклонника. Хотя бы пока. — Поэтому я сегодня и здесь в новом наряде и с новой повозкой. Я надеялся уговорить мис… Миранду поехать со мной кататься.

Миранда с изумлением взглянула на него, поразившись, что он ищет ее общества. Прежде чем она смогла придумать подходящий предлог для отказа — не могла же она сказать при всех настоящую причину, которая заключалась в том, что ей необходимо закончить последнюю главу своей книги, — Люси вскричала:

— Ну почему бы тебе не поехать, Миранда? Джон прекрасно правит.

— Спасибо за комплимент, дитя мое, но я никогда не рассчитывал на честь вступления в клуб «Правь четверкой».

— Что за чепуха, — возразила Люси. — Вы же знаете, что правите лучше, чем любой из них.

Джонатан в ответ лишь пожал плечами. Ну вот, если она теперь откажется, он несомненно решит, что она испугалась с ним кататься.

— Бл… благодарю вас, Джон. Я с удовольствием прогуляюсь. Если вы позволите мне взять шляпку и перчатки…

— Разумеется, хотя я всегда считал несправедливым, что леди не может почувствовать, как ветерок играет ее локонами во время прогулки.

— Я могла бы позволить себе такое, если бы была дома в деревне, — сказала ему Миранда. — Но здесь, в столице, у меня не хватило бы на это дерзости. — Она заспешила прочь, а он подумал: как странно в самом деле, что особа столь легкомысленного поведения так внимательно следит за соблюдением внешних приличий, полностью игнорируя некоторые другие правила, принятые в обществе.

Люси и леди Смолвуд уехали, обе довольные тем, что Миранде есть чем заняться днем. Люси была очень рада, что Джон и Миранда становятся такими хорошими друзьями, даже если это и не те отношения, которые она считала бы более подходящими.

Каковы бы ни были причины его предложения и ее согласия на прогулку, Люси не сомневалась, что эти двое получат несомненное удовольствие от общества друг друга. А леди Смолвуд, со своей стороны, радовалась, что не придется вновь подвергать Люси несправедливому соперничеству.

Когда Миранда спустилась, завязывая ленты своего капора, перья на котором были того же зеленовато-синего цвета, что и ее аккуратное платье для прогулок, в которое она успела переодеться, она увидела, что Джон взял одну розу из ее букета и вдел к себе в петлицу.

— Надеюсь, вы не возражаете? — спросил он.

— Конечно, нет. Если б я только могла подумать, что вам захочется иметь цветок, я бы его немедленно вам предложила. Какое упущение с моей стороны. Должна еще раз поблагодарить вас за то, что вы отыскали для меня такие чудные цветы.

— Мне хотелось отыскать для вас что-нибудь необычное. — Он не стал пояснять, почему, так что она сочла это за комплименты, хотя и не совсем поняла, с чего это он делает ей комплименты.

Как ни удивительно, но теперь заговорила мисс Огаста, отложив на минуту свои кружева.

— Дорогое мое дитя, не собираетесь же вы кататься вдвоем с мужчиной?

— В том, что я поеду с Джоном, нет ничего дурного, уверяю вас, — сказала ей Миранда. — Иначе леди Смолвуд отсоветовала бы мне так поступать.

— В мое время леди не были столь смелы.

— Я бы тоже не осмелилась на это с тем, кого не знаю, но ведь капитан Мюррей хороший друг всей семьи.

— Вы ведь знаете, мисс Огаста, что мне-то можно доверять, — сказал ей Джонатан, хотя ничего подобного не подразумевал.

Пожилая леди покачала головой, но ничего больше не сказала. Поведение и мораль теперешних молодых людей были совсем не те, что в ее времена, это она понимала, и все же никак не могла отнестись к этому одобрительно.

— Не стоит беспокоиться, мисс Огаста, — заверила ее Миранда. И, тронутая участием пожилой леди, наклонилась и поцеловала ее в морщинистую щеку перед тем, как опереться об руку Джона и выйти с ним вместе из дома.