Джоли Мэтис - Король моря

Схватив его руку, она нежно пожала ее и приложила к своей щеке.

– Я далеко не такой, как ты думаешь, – сдавленно проговорил он.

– Но для меня ты – самый настоящий ангел. – Принцесса упрямо вскинула голову. – Разве человек, не имеющий шрамов, может до конца понять меня – женщину, у которой так много собственных незаживающих ран?

Коль притянул Изабел к себе и посадил ее на колени; затем она почувствовала его губы на своих губах и легкую щетину бороды на своей щеке.

– Ночь становится холоднее.

Когда Изабел ощутила его дыхание на своей коже, по спине у нее побежали мурашки. Звериные шкуры, которыми он ее укрыл, согрели принцессу. Близость Коля опьяняла ее. Она прижалась лицом к его шее, вдыхая его чудный запах. Она проводила руками по его животу и груди, наслаждаясь прикосновением к его упругой и гладкой коже. Его сердце гулко стучало, в такт с биением ее собственного сердца.

– Изабел. – Губы Коля нашли ее губы. Их нежный поцелуй постепенно становился все более жадным и исступленным.

Не отрываясь от ее губ, Коль поглаживал бедра Изабел. Никогда она еще не была так близка с мужчиной, но близость казалась ей в этот момент самой естественной вещью на свете.

– То, что происходит сейчас между нами, не шутка. – Руки Коля заскользили по ее стройным ногам, поднимаясь вверх по бедрам. – Если бы ты знала все…

Но Изабел не волновало прошлое Коля и то, каких дров он успел наломать, стараясь постичь смысл того, как к нему относится мир. Они поговорят об этом завтра.

– Тихо, молчи. – Она поцеловала его. – Я знаю о тебе все, что мне надо знать.

Пока Коль колдовал над завязками ее рубашки, Изабел откровенно наслаждалась каждым его прикосновением. Реальный мир был сейчас где-то далеко от них, и она судорожно вздохнула.

Когда с завязками было покончено, ее груди оказались в его ладонях, чуть-чуть шершавых и мозолистых. С каждым прикосновением его рук желание закипало в ее крови, и когда датчанин наклонился над ней, ее соски напряглись от томительного предвкушения. Чувствуя влажное дыхание Коля и его теплые губы на своей груди, Изабел изогнулась всем телом, словно предлагая себя ему, и словно сквозь туманную дымку почувствовала, как Коль схватил ее за талию, а затем за ягодицы.

– О! – Она ощутила твердую часть его тела, и у нее пересохло во рту. Прежде Изабел и представить не могла, что можно получать такое удовольствие только от того, что рядом с ней находится мужчина и теперь надо думать лишь о том, как удовлетворить неистовую страсть, сжигающую ее, – О, пожалуйста!

Коль задрал ее юбку и начал гладить живот, который подрагивал от его нежных прикосновений, затем его рука медленно скользнула вниз, прямо между ее ног.

Принцесса тихо застонала.

Его прикосновения были уверенными, и это означало, что он отлично знаком с женским телом. Изабел осознала, что у него, несомненно, были до нее другие женщины, отчего ее сердце разрывало на части чувство собственничества. Однако принцесса чувствовала, что, когда Коль прикасался к ней, его рука дрожала, и это значило, что он к ней неравнодушен. И что она ему нравится.

Когда его сильные нежные пальцы добрались до ее самого чувствительного места, она испытала новое удовольствие.

– Я хочу быть внутри тебя.

– Да, – выдохнула Изабел. – Сейчас же.

– Но я не хочу тебя напугать.

– Я не боюсь. – Она говорила правду. – Моя память не сохранила ничего плохого – только картины, которые я представляла себе потом. Я хочу, чтобы эти воспоминания вытеснил твой образ.

Когда Коль положил ее на спину, все вокруг закружилось у нее перед глазами.

– Тебе не холодно? – спросил он. – Не хочу, чтобы ты замерзла.

– Нет, мне не холодно, – Изабел стала помогать ему снимать брюки.

Темнота скрывала их тела, и Изабел обняла Коля за плечи. Тогда он, приподнявшись над ней, вошел в нее, отчего ее переполнило чувство блаженства.

О, эта нежная, сладкая мука! Ее сладостный стон отразился эхом от каменных стен пещеры, и Изабел спрятала лицо у него на груди, стесняясь всепоглощающей мощи своего желания.

– О, Коль! – воскликнула она в полузабытьи. Ей казалось, что она видит россыпи звезд, которые ослепляют ее своим неземным светом.

– Теперь ты сама видишь, как это может быть между мужчиной и женщиной, – прохрипел он, наклонившись к ней.

Одно короткое мгновение Изабел смотрела в его горящие глаза.

– Да, – пролепетала она, чуть дыша.

Коль двигался внутри ее и, наклоняясь над ней, целовал грудь и соски Изабел; их крики и стоны, сливаясь, отдавались эхом от стен пещеры. Изабел вел инстинкт, и они двигались в едином ритме cо все возрастающим жаром; несмотря на зимний холод, их тела блестели от пота. Принцесса не могла отвести зачарованный взгляд от Коля; отчего величественной мужской красоты у нее захватывало дух. Свет от костра падал на его плоский живот, стройные бедра. Боже, как же он прекрасен! И сама Изабел чувствовала себя сейчас красивой и желанной, как никогда: ее грудь налилась, соски напряглись, кожа была влажной от его жадных поцелуев.

Внутри ее росло наслаждение, которое постепенно переполняло тело и стремилось вырваться наружу. Она ждала от него чего-то еще; чего – она и сама не знала.

– Да, Изабел, сейчас. – Датчанин стал двигаться внутри ее все быстрее, и вдруг темнота внезапно превратилась в волшебную радугу из рассыпавшихся алмазных осколков и всполохов огня – сверкающую и переливающуюся всеми цветами, необыкновенную и фантастическую.

Пространство и время свернулись в спираль и закружились вихрем, а затем, прорезав насквозь потолок пещеры, разорвались, подняв Изабел в небеса и одарив ее счастливой возможностью бросить сверху мимолетный взгляд на вечность.

Боже, это безумно красиво! Так красиво, что Изабел закричала, когда в яркой вспышке ее снова словно подбросило и швырнуло вниз, на землю, в объятия существа из плоти и крови. Он крепко прижимал ее к себе, а его член все еще пульсировал внутри ее.

Коль обнимал Изабел так крепко, словно боялся, что сейчас она исчезнет и все происшедшее с ними окажется сном. Вплоть до сегодняшнего момента Коль и сам не подозревал, насколько неудержимым может быть его желание.

Тот факт, что он не может зачать ребенка, превратил для него акт соития в физическое воплощение изгнания нечистого гнева из глубин его существа; то, что произошло между ним и Изабел, задевало самые трепетные, самые нежные струны его души.

«Надо было рассказать ей. Рассказать обо всем». Но было уже слишком поздно…

Глава 15

Через каменный вход в пещеру проникал утренний свет, и Коль, подобрав с земляного пола сухую ветку, поворошил остатки костра. То, что ночью горело ярким пламенем, поутру превратилось в тлеющие угли и горстку пепла.