Жаклин Рединг - Похищенный рай

Марселлас покачал головой, как бы извиняясь перед Дантом за брата, и спросил:

— Когда мы сможем ее увидеть?

— Прежде я хотел бы прояснить кое-что.

— Ты не имеешь никакого права спрашивать нас ни о чем, — буркнул Реджи.

— Нет, имеет, — ответил за Данта Марселлас. — У него наша Джиллиан, и, я полагаю, нам придется ответить на его вопросы. Мы уже выразили свое недоверие к нему, и он имеет право выразить его по отношению к нам.

Дант кивнул Марселласу.

— Прежде всего, я хотел бы знать: почему вы не разыскивали Джиллиан?

Марселлас оглянулся на отца:

— Ты же говорил, что нанял несколько частных сыщиков? Маркиз чуть смутился:

— Я нанял одного человека, а тот уже привлек к поискам еще каких-то людей. Но они ничего не нашли.

— Ты нанял одного человека?! — изумленно воскликнул Марселлас. — Но я согласился не сообщать властям об исчезновении Джиллиан только после того, как ты заверил меня, что на ее поиски отправишь целую команду сыщиков! Почему же ты этого не сделал, отец?!

— Потому что я не знал главного: сама ли сбежала Джиллиан или ее похитили. Подумай о ее добром имени. Если бы выяснилось, что ее выкрали, а потом нам удалось бы ее вернуть, то первое же ее появление при дворе стало бы последним! Из-за этого похищения у нее была бы сломана вся жизнь! Но мы никому ничего не сообщали, и, следовательно, теперь, когда она вернется, ей ничто не будет угрожать. И потом, я допускал, что она сбежала. Теперь, когда стало ясно, что она у Моргана, этот вариант, разумеется, исключается. Но тогда же я ничего не знал! А побег — это уже совсем другое дело. Я просто ждал хоть каких-нибудь сведений о том, что же с ней все-таки произошло.

Марселлас поморщился и вновь повернулся к Данту.

— Если бы я знал, что отец не сдержит слова, я тут же заявил бы при дворе об исчезновении Джиллиан! И плевать мне на скандалы! Люди его величества прочесали бы всю Англию!

Дант внимательно посмотрел на него. Он верил Марселласу.

— Ты уверен, что Джиллиан не могла уйти из дома по своей воле?

— Мне очень трудно было бы в это поверить, Дант. Джиллиан была здесь счастлива. У нее были в жизни свои интересы, и она радовалась своему появлению в свете. Впрочем, с уверенностью никто из нас ничего утверждать не может. Нам надо увидеться с ней, и тогда она сама все расскажет. Когда она увидит нас, это, возможно, поможет ей восстановить память. Ты можешь привезти ее в Адамли-Хаус?

— И ты еще просишь у него согласия на то, чтобы он вернул нам Джиллиан? — вскипел маркиз. — Он обязан это сделать!

— Лорд Адамли, я настоятельно рекомендую вам обращаться с ней очень осторожно, — проговорил Дант. — Любой резкий жест с вашей стороны может тяжело отразиться на ней, и тогда она никогда уже не оправится от травмы.

— Проклятие, Морган! Место моей дочери — в моем доме, запомни это! Ей нечего делать в окружении чужих людей, в особенности рядом с тобой! Я еще далеко не убежден в том, что это не ты ее выкрал. Кто знает, может, тебя теперь заела совесть и поэтому ты здесь появился. А что касается этой глупости насчет потери памяти, то я могу заверить тебя: Джиллиан вспомнит все, едва только увидит нас. Она умная девочка. И тогда она расскажет нам, кто на самом деле ее похитил!

— Я очень надеюсь на это, — сказал Дант — Если, конечно, память вообще когда-нибудь вернется к ней.

— Мы это узнаем, как только ты привезешь ее сюда. В любом случае у тебя нет на нее никаких прав. Словом, я даю тебе двадцать четыре часа на то, чтобы вернуть ее. Иначе, будь покоен, я натравлю на тебя самого лорда мэра!

Лета, река забвения… И кто попробует от вод ее, тотчас преображается и уж не помнит былых ни радости, ни горя, ни наслаждения, ни боли…

— Здравствуйте, Беатрис.

Джиллиан подняла глаза от книги, которую читала, и улыбнулась, увидев Данта, стоявшего перед ней.

— Я не слышала, как вы подошли.

Дант приблизился и сел на каменную скамью рядом с девушкой. Теперь оба они оказались в небольшой естественной нише под балдахином из ярких цветов. Светило солнце, воздух был напоен нектаром множества растений, а неподалеку бил маленький фонтан.

Дант поднял с коленей Беатрис книгу и взглянул на обложку.

— Мильтон? Она кивнула.

— Мне нравятся мифы и легенды. Я прочитала сейчас стихи о реке, которая называется Лета.

Дант вернул книгу, заложив открытую страницу ленточкой.

— Ага, река забвения, если мне не изменяет память.

Джиллиан рассмеялась от этого невольного каламбура:

— Похоже, Лета время от времени и на вас оказывает свое влияние, милорд.

— А вам не приходило в голову, что, возможно, ваше нынешнее состояние объясняется тем, что вы украдкой глотнули из ее вод?

Джиллиан улыбнулась.

— Я скучала по вам за ужином.

— Приношу свои извинения, что не смог составить вам компанию. Надо было уладить одно дело.

— Мне Кассия сказала.

— А где Феба?

— Она с Кассией, которая, насколько я поняла, хочет дать ребенку урок рисования. Кассия — одаренный художник.

— Это мне известно. — Дант устремил неподвижный взгляд на садовую аллею. У него был такой вид, словно ему предстояло сейчас сказать нечто неприятное.

— Вас что-то беспокоит? — Джиллиан взяла его за руку. — Ваше дело… оно было не из приятных?

— В сущности, дело касается вас. — Он поднял на нее глаза. — У меня для вас есть новости.

— Новости?

— Да. Мне удалось выяснить, кто вы такая.

Джиллиан тут же, сама не зная почему, отпустила его руку, словно ей показалось, что это заставит его не продолжать. Она испуганно взглянула на него.

— Понимаю….

— Ваше настоящее имя, разумеется, не Беатрис. Вас зовут Джиллиан Форрестер. Леди Джиллиан Форрестер. Ваш отец — Александр Форрестер, маркиз Адамли.

— Джиллиан Форрестер… — медленно повторила Джиллиан, как будто надеясь, что это напомнит ей что-то. Но тщетно. — Вы упомянули о моем отце. А мать? Она жива?

— Да, ее зовут Джоанна. Они с отцом живут здесь, в Лондоне. Вместе с тремя вашими братьями и их семьями.

— У меня есть три брата?

Джиллиан вспомнился сейчас тот голос, который она услышала во время одной из прогулок с Дантом в Уайлдвуде, перед входом в пещеру. Голос дразнил ее и назвал «молокососом». Наверное, это был один из братьев.

— Реджинальд — старший, — продолжал тем временем Дант. — Затем идут Арчибальд и Марселлас.

Джиллиан молчала, повторяя про себя эти имена:

«Реджинальд, Арчибальд, Марселлас…»

Вдруг перед глазами возникла какая-то смутная картинка. Сломанные очки, детские лица, девочки и мальчики — и все разного возраста.

— Значит, вы говорите, моя семья здесь? В Лондоне?