Кейт Донован - Игра сердец

— Где первый, там и второй! — ухмыльнулся он. — А за вторым и третий!

— Второй? — Сюзанна до боли закусила губу, не желая говорить, что она об этом думает. — Мы условились лишь об одной-единственной ночи, Ангус Йейтс, и ты отлично это знаешь.

— Мы условились подтвердить наш брак, все остальное будет зависеть от тебя. Только не подумай, что я жалуюсь.

Это была самая прекрасная ночь в моей жизни.

— От души надеюсь, что ты вдоволь насладился ею, второй такой у тебя не будет, во всяком случае, под крышей этого дома, — решительно заявила Сюзанна и потом уже спокойнее добавила:

— Знаю, мне еще долго проходу не будет от твоих шуточек, но скажи, Ангус, неужели ты не можешь без этого? Разве я не заслужила хоть немного уважения с твоей стороны? Я честно выполнила свою часть сделки, а взамен прошу лишь одного — пощадить мою гордость.

Губы Ангуса дрогнули в улыбке.

— Когда мы с тобой договаривались, ты ведь толком даже не понимала, о чем идет речь, верно? Теперь ты это знаешь, и нет ничего дурного или бесчестного, если ты передумаешь.

Разве женщина не может испытывать желание? Тем более ты теперь моя жена…

Топот копыт на дороге заставил его прерваться на полуслове и недовольно сдвинуть брови.

— Кого еще принесла нелегкая?

— Меган с Беном! — всполошилась Сюзанна. — Разве ты забыл? Они собирались приехать в гости…

Приоткрыв дверь, Ангус выглянул во двор и с кислым видом повернулся к жене.

— Это всего лишь Люк и Джонни. Дьявольщина! Я надеялся, что у Уинстонов хватит ума не отсылать их домой в такую рань, — с досадой проворчал он.

— Будь с ними поласковее; наверняка мальчишки до смерти рады, что эта история с поисками мачехи для них наконец-то закончилась. Держу пари, они трусили ничуть не меньше тебя — воображали, что тут поселится какая-нибудь уродливая, злобная ведьма!

— Уродливая и злобная днем, а ночью…

— Ангус Йейтс! — Окончательно выведенная из себя постоянными намеками, Сюзанна бросилась к двери. Выскочив на крыльцо, она радостно замахала рукой, но внутри у нее все кипело. Разве они не договорились? Она старается окружить детей любовью и заботой, в то время как Ангус по-прежнему ведет себя, как медведь, у которого заноза в лапе, и в результате надежда на то, что с ее приездом все изменится, начинает понемногу таять. Ну уж нет, ничего у него не выйдет. Она станет им не мачехой, а самой настоящей матерью!

— Сюзанна! — Подбежав к ней, Джонни едва не сбил ее с ног. — Значит, ты теперь и есть наша новая мама?

— Абсолютно точно, — подтвердил Ангус, появляясь на крыльце. — Я лично проследил, чтобы все было по закону.

Обернувшись, Сюзанна кинула на мужа подозрительный взгляд, но ничего не сказала, только крепко прижала к себе младшего Йейтса.

— Ну разве не чудесно, дорогой? Теперь мы никогда не расстанемся!

— Здорово! — обрадовался малыш. — Значит, мы больше никогда не будем ночевать у судьи?

— — Обещать не могу, — улыбнулась Сюзанна. — Но постараюсь сделать для этого все возможное.

Джонни с довольным видом захлопал в ладоши.

— Даже Бен Стил там не выдержал — забрал Мегги и переехал в гостиницу.

— Да, она ведь теперь его жена, — пояснил Ангус. — А женам положено спать там же, где спят их мужья. Таков обычай.

— Я все уже знаю от Люка. — Бросив в сторону отца косой взгляд, Джонни снова повернулся к Сюзанне. — С тобой все в порядке? Он не сделал тебе больно?

— Конечно, нет, глупышка.

— И что же именно сказал тебе брат? — ледяным тоном осведомился Ангус. — Впрочем, не важно. — Лицо его стало суровым. — Я сам его спрошу.

— Ангус, только не ругай его! — взмолилась Сюзанна, бросаясь вслед за мужем и при этом не выпуская руку Джонни. — Если бы ты сам объяснил что нужно детям, как это обычно делают отцы, им бы не пришлось узнавать все по слухам!

Ангус круто обернулся; в его глазах вспыхнули злые огоньки.

— Снова меня пилишь? А мне казалось, мы уже обо всем договорились!

— Мы договорились, что я сама стану воспитывать мальчиков, как считаю нужным, а ты не станешь вмешиваться, — с несчастным видом возразила Сюзанна. — Неужели не ясно: у меня сердце разрывается, когда ты резок с ними.

— Ах, вот оно что! Ну тогда тебе не следовало сюда приезжать.

Сюзанна молча хлопала глазами, не в силах понять, куда подевался тот нежный, заботливый Ангус, с которым она провела ночь, и откуда взялся этот чужой человек, каждое слово которого обжигало ее, словно удар хлыста. В глубине души она догадывалась, что Ангуса по-прежнему терзает обида за измену Кэтрин и поэтому он срывает ее на тех, кто рядом; но разве можно допустить, чтобы гнев и ярость — пусть даже оправданные — разрушали узы любви, связывающие его и детей.

— Папа прав.

Вздрогнув, Сюзанна обернулась, и в этот миг Люк показался ей маленькой копией Ангуса — тот же гнев, то же упорное нежелание хотя бы попытаться спасти что-нибудь, пусть даже самую малость. От недоброго предчувствия у нее по спине поползли мурашки.

— Тебе лучше отправиться в Сан-Франциско вместе с Меган и Беном, — каким-то безжизненным голосом продолжил Люк. — А за нас не беспокойся — какое-то время мы еще продержимся.

Сюзанна поняла, что Люк «закусил удила» и сейчас с ним так же бесполезно разговаривать, как и с Ангусом, зато Джонни, казалось, вот-вот разревется. Она вдруг почувствовала, что терпению ее наступает предел.

— Теперь поздно давать такие советы, тебе не кажется, Люк? Я теперь твоя мачеха, у меня есть сыновья, которых я намерена любить до конца своих дней, и муж, которого я собираюсь уважать, коль скоро он окажется достоин этого.

Тебе лучше заранее смириться с тем, что я останусь здесь и ни за что отсюда не уеду, заруби себе это на носу!

— Не хочу, чтобы ты уезжала! — прерывающимся от слез голосом пробормотал Джонни. — Не выгоняй ее, папочка, пожалуйста!

Сюзанна успела заметить, как в глазах Ангуса промелькнула боль. И то неплохо, решила она. В любом случае на сегодня достаточно.

Наклонившись к Джонни, она крепко прижала его к себе, — Не плачь, милый, никто никуда не уедет.

Шагнув к Люку, Ангус спокойно, но уже без гнева окликнул мальчика, и тот нехотя поднял глаза на отца. Взгляды их встретились, и они долго смотрели друг на друга. Наконец Ангус негромко проговорил:

— Я запрещаю тебе забивать голову младшему брату всякой чепухой. Ты меня понял?

Люк пожал худыми плечами.

— Это не чепуха, папа. Это правда.

— Понятно. И что же ты сказал ему, если не секрет?

— Что убью тебя, если ты обидишь Сюзанну или причинишь ей боль.

Сдавленно ахнув, Сюзанна с сильно бьющимся сердцем ждала, что ответит Ангус. К ее величайшему удивлению, его голос остался таким же спокойным.