Жаклин Рединг - Искушая судьбу

Ведь он теперь женатый человек. А Арабелла – красивая девушка, протирает кожу уксусом и вообще следит за собой. У него есть полное право спать со своей женой – что, собственно говоря, давно уже нужно было сделать и что он сделал бы, если бы не изнасиловал ее в ту ночь, о которой ничего не помнит.

Но на этот раз, пообещал Адериан самому себе, все будет по-другому. Он придет к ней и будет очень нежен, потому что после той ночи она, несомненно, будет бояться. Он доставит ей удовольствие и добьется тихих вскриков удовлетворения от впервые испытанного наслаждения. И будет снова и снова соединяться с ней, каждую ночь, пока она не понесет от него ребенка. Его ребенка. Ему хотелось сына, которого бы он растил и воспитывал, к тому же ребенок займет Арабеллу и она перестанет интересоваться его делами.

Да, это будет превосходным лекарством от его теперешней болезни. Странно, что он не подумал об этом раньше. Даже сейчас при мысли об этом в нем поднялась волна желания. И нечего откладывать это в долгий ящик. Сегодняшняя ночь ничем не хуже других, Вообще чем скорее он избавится от этого идиотского наваждения, тем лучше.

И, повернувшись к двери, ведущей на узкую винтовую лестницу, Адриан направился в спальню Арабеллы.

К тому времени как Мара оказалась в безопасности в своей спальне, она почти задыхалась от быстрого бега и страха. Закрыв дверь на ключ и бросив его на туалетный столик, она мысленно сказала спасибо рыцарю Руперту де Калевену за то, что тот предусмотрительно построил потайную лестницу на вершину башни. Проложенная непосредственно под основной, та вела в тайный ход под замком и предназначалась для спасения его обитателей в случае опасности. Ей эта лестница дважды спасла жизнь.

Интересно, окажется ли она столь же удачливой и в третий раз?

Не заметь Мара стоящего внизу Хугина, в данный момент она, без сомнения, была бы на пути в тюремную камеру в Дублине. Все ее планы, тщательная разработка деталей – все бы мгновенно рухнуло, если бы Адриан застал ее на башне с Оуэном. Да, подумала она, Оуэн, хотя и смеялся, но был прав. Она должна немедленно найти способ заставить Адриана переспать с ней и сделать ей ребенка. Это было единственной возможностью утвердить себя, а отпущенное ей на это время утекало как песок сквозь пальцы.

Тихий стук в дверь, отделяющую ее спальню от спальни Адриана, отвлек ее от этих мыслей. Сердце вновь бешено забилось. Это был он, Адриан. Что, если он все-таки видел ее и пришел, чтобы устроить допрос? Но если бы он узнал про ее обман, то, несомненно, не стучал бы так осторожно. Она не ответила, не могла ответить – ее волосы все еще были рыжими. Она молча взмолилась, чтобы он решил, что она спит, и удалился.

Но на этот раз молитва не помогла.

– Арабелла? – тихо позвал он и постучал снова, на этот раз более настойчиво. Потом попробовал дверь, но та была заперта, тогда он подергал ручку. – Арабелла, с вами все в порядке?

В ней нарастала паника. Если она не ответит, он сможет заподозрить что-то неладное и взломать дверь.

А если ответит, у него несомненно возникнет вопрос, откуда у нее взялись рыжие волосы. Арабелла лихорадочно оглядела комнату в поисках спасения или возможности каким-либо образом отсрочить время. Горшок с краской, оставленный ей Саймой, стоял на туалетном столике, но был бесполезен. У нее не было времени воспользоваться им.

Адриан постучал вновь, еще более настойчиво, и позвал еще громче. Вдруг Мара заметила висевший на спинке кресла один из ночных чепчиков Саймы. Она схватила чепчик и лихорадочно начала засовывать под него волосы, пока на виду не осталось ни одной рыжей пряди. Если этот номер пройдет, подумала она, надо будет свечку поставить.

– Арабелла, я вижу, что у вас горит свеча, и знаю, что вы не спите. Пожалуйста, откройте дверь, Я хочу поговорить с вами.

И вдруг она услышала звук ключа, его ключа, вставляемого в замочную скважину.

В одно мгновение Мара затушила свечу и, скользнув под покрывало, натянула его на голову. Она услышала звук открываемой двери и постаралась успокоить дыхание.

– Арабелла, вы здесь?

– Да, милорд, – ответила она приглушенным толстым покрывалом голосом.

– С вами все в порядке? Почему вы не отвечали мне? Что-нибудь не так?

– Я неважно себя чувствую. Когда вы звали, мне просто трудно было ответить. Извините, милорд.

Адриан подошел к постели. Когда Мара почувствовала, как он сел рядом и его рука осторожно легла ей на бедро, у нее чуть сердце не ушло в пятки.

– Послушайте, дайте мне взглянуть, в чем дело.

Может быть, я смогу чем-нибудь помочь.

– Нет.

Адриан начал поднимать покрывало.

– Все нормально, Арабелла. Теперь я ваш муж, Если вы больны, я хочу помочь вам.

Мара вцепилась в покрывало.

– Нет, милорд, пожалуйста, не надо, я не хочу, чтобы вы видели меня такой. Я больна и плохо выгляжу.

Ради Бога, не смущайте меня еще больше. Уверяю вас, все будет в порядке. Наверное, я съела что-нибудь не то за ужином. Вероятно, торт был слишком жирен для моего желудка. Я послала служанку принести мне немного чаю. Она должна скоро вернуться.

Адриан помолчал. Мара молила всех богов, чтобы он поскорей ушел. Она не шевелилась и через некоторое время почувствовала, что он встал с постели. На нее нахлынуло несказанное облегчение.

– Хорошо, Арабелла, ваша взяла. Хотя мне это не слишком по душе, я все же совершенно не собираюсь вас беспокоить. Оставляю вас на вашу верную служанку. Выспитесь как следует. Надеюсь, утром вы будете в полном порядке.

– Благодарю вас, милорд, – ответила она из-под покрывала, боясь шевельнуться.

– Вы не хотите, чтобы я остался до прихода вашей служанки?

Да уйдет он когда-нибудь?

– Нет, в этом нет никакой необходимости. Я уверена, что она вот-вот вернется.

– Тогда спокойной ночи, Арабелла.

– Спокойной ночи, Адриан.

Даже услышав, что он закрыл за собой дверь, Мара долго не решалась пошевельнуться. Только когда она окончательно убедилась в том, что он не вернется, она откинула покрывало и, подбежав к туалетному столику, начала наносить краску на волосы.

Именно за этим занятием и застала ее вскоре Сайма.

Руки Мары были в черной жиже, которой она лихорадочно пыталась покрыть каждый локон рыжих волос.

– Что ты делаешь?

Мара обернулась к ней, на щеке у нее виднелось черное пятно.

– Ты что, разве не видишь? Стараюсь втереть этот навоз в волосы.

Сайма бросила плащ на кресло и укоризненно покачала головой.

– Зачем так злиться, девочка?! Я ведь только спросила. – Она подошла к ней и начала распределять краску по ее волосам. – Смой краску с рук, пока они тоже не окрасились в черный цвет. Стоило мне спешить возвращаться от Садбх, чтобы выслушивать от тебя такие слова!