Кристи Келли - Скандальная тайна

— О, он, должно быть, скажет тебе, как сильно любит тебя. — Софи взяла оставшееся печенье. — В любом случае ты ничего не узнаешь, если не расскажешь ему.

— Спасибо, Софи.

— Для подруг — все, что могу.

Элизабет поспешила уйти, чтобы, вернувшись домой, рассказать Уиллу о своих чувствах к нему. После этого он должен будет рассказать ей, как он относится к ней и к Эбигейл. Потому что ни при каких обстоятельствах Элизабет не останется с мужчиной, который любит другую женщину.

Войдя в дом, она поразилась царившей в нем тишине. Куда все подевались? Слышно было только слуг, все еще производящих уборку после бала. Но где Уилл? Где дети?

Она вошла в коридор.

— Кеннет, где его светлость?

— Его светлость отправился на прогулку верхом и еще не вернулся.

— А дети?

— Они все уехали на прогулку, кроме леди Элинор и леди Люсии, которые еще не встали.

— Спасибо, Кеннет. — Она пошла в комнату для завтраков.

Дом сегодня показался ей чужим. Она привыкла к детским голосам, к тому, что дети играли и пререкались друг другом. К низкому голосу Уилла, разносившемуся по всему дому. Тишина напомнила ей о том, какой пустой была ее жизнь до появления Уилла.

В комнате для завтраков Элизабет перекусила и выбила чай с пирожком. Никаких запланированных дел у нее не было, но возбуждение не проходило. Мысль о том, чтобы признаться Уиллу в любви, и пугала и волновала ее.

— Леди Элизабет, вас хотят видеть барон и баронесса Хэмфрй, — произнес Кеннет, появившийся в дверях. — Могу я проводить их в гостиную?

«Что им понадобилось?» — подумала Элизабет.

— Да, и принесите туда чай и кексы.

Она медленно отодвинула стул и направилась в гостиную. Еще не войдя в комнату, она услышала раздраженный голос Кэролайн:

— Держи рот на замке, Ричард. Говорить буду я.

— Говорить о чем? — спросила Элизабет, появляясь в дверях.

— Элизабет! — Ричард приветствовал ее легким наклоном головы. — Его светлости нет дома?

— Нет, он отправился покататься верхом. — Элизабет прошла к обитому желтой парчой креслу, которое стояло далеко от гостей.

Кэролайн покачала головой:

— Этот ненормальный не знает даже, в какое время полагается совершать прогулки верхом.

— Там, откуда я, любое время подходит для верховой езды.

Элизабет никогда еще не была так рада видеть Уилла. Он стоял, прислонившись к косяку. Его широкие плечи почти заполняли дверной проем.

— Извините, ваша светлость, — буркнула Кэролайн.

— Ваша светлость, в действительности мы пришли поговорить с вами обоими, — дипломатично начал Ричард.

— И о чем же вам нужно поговорить с нами? — Уилл прошел через комнату и сел рядом с Элизабет.

Она взглянула на, него и улыбнулась. Ей следовало бы напомнить ему, что после верховой езды надо переодеться.

— Ваша светлость, могу я?.. — неуверенно начала Кэролайн.

— Да?

— Прошлой ночью я обратила внимание на некоторую близость между вашей светлостью и Элизабет!

— Ну и? — спросил Уилл, подняв бровь.

— Это должно прекратиться, ваша светлость, — шепнула она.

— Что происходит между мной и леди Элизабет — не ваша забота! — резко сказал Уилл.

— Сплетни, ваша светлость, — сделала еще одну попытку Кэролайн. — В отсутствие ее тети даже ее пребывание в этом доме несколько неприлично.

— Пусть сплетничают, — сказал Уилл.

— Есть еще кое-что, — намекнула Кэролайн и отвела глаза.

— И что же это? — В голосе Уилла звучал сарказм.

Элизабет испытывала невероятную благодарность Уиллу за то, что он вовремя появился. Пока шел этот разговор, она теребила платье. Она не смогла бы разговаривать с ними так свободно.

Кэролайн наклонилась ближе:

— Ваша светлость, вы, конечно, знаете, кто ее отец?

— Что вы хотите сказать о ее отце?

— Покойный герцог не был ее отцом, — зашептала Кэролайн, чтобы не услышали слуги.

— Она была рождена в законном браке. Герцог никогда не отрицал этого, — заметил Уилл.

— Я понимаю, но я не это имею в виду.

— Тогда скажите нам, что вы имеете в виду, Кэролайн. — Уилл скрестил руки на груди.

Кэролайн покачала головой.

— Ваш отец был любовником герцогини. Он отец Элизабет.

Элизабет вцепилась в ручки кресла — все поплыло у нее перед глазами.

— Нет, — не сразу прошептала она. — Этого не может быть.

— Мы пришли не для того, чтобы создавать вам неприятности, просто хотим предупредить — вы не должны становиться слишком близкими людьми, — сказала Кэролайн.

— Нет, — повторила Элизабет. Это не могло быть правдой. Уилл не может быть ее братом. Ей стало нехорошо, и она выбежала из комнаты.

Уилл смотрел в глаза Кэролайн, чтобы увидеть, нет ли в них триумфа.

— Если вы лжете, Кэролайн, я…

— Я клянусь.

— Откуда вам это известно? — спросил Уилл.

Кэролайн вздохнула. — Мой отец был близким другом покойного герцога, Однажды вечером, когда герцог изрядно выпил и находился в добродушном настроении, он признался в этом моему отцу. Когда я вышла замуж в эту семью, мой отец решил, что мне следует знать об этом. Он считал, что мне не следует водить дружбу с Элизабет., Но я всегда говорила ему, что она в этом не виновата.

— Почему вы говорите об этом сейчас? Ведь вы не сегодня узнали об этом.

Она обернулась к мужу, который кивнул ей.

— Прошлой ночью я была в холле, когда услышала, что в двери вашего кабинета повернулся ключ. Я видела, как вы вышли, вошла туда, чтобы погасить свечу, и обнаружила там Элизабет.

— В кабинете тогда ничего не произошло, — сказал Уилл. Только позднее, почти на рассвете.

— Элизабет сказала мне то же самое, и я верю вам обоим. Но если бы вы захотели сблизиться, лучше вам знать всю правду.

Уилл не верил ей. Его отец любил его мать и был безутешен, когда она умерла. Только любовь мачехи вернула его к жизни. Он никогда не стал бы изменять матери Уилла.

— А сейчас вам следует уйти, — сказал Уилл.

— Конечно, ваша светлость. — Ричард помог подняться жене. — Мы сожалеем, если причинили вам боль.

Уилл никак не отреагировал на слова Ричарда. Он неподвижно сидел в кресле, не в силах заняться чем-либо, и думал о том, что они с Элизабет делали этим утром. И около недели назад. Она еще не сказала ему, подозревает ли она, что беременна. Очень возможно, что она уже носит его дитя.

После их ухода он долго сидел, прижав руки к вискам. Он обдумывал ситуацию. Это было неправдоподобно. Но Элизабет не знала его отца и не представляла себе, насколько благородным человеком он был. Ему необходимо сказать ей об этом.