Джо Беверли - Ради твоей улыбки

Тот факт, что Николас дал слугам инструкции, не посоветовавшись с ней, неприятно задел самолюбие Элинор. Вспомнив их разговор по поводу независимости, она решила, что ее муж превысил свои права. И потом, чего ей бояться в своем доме, где она окружена слугами?

— Скажите, чтобы этот человек вошел, Холлигирт, — уверенно сказала Элинор. — Нам нечего бояться.

— Вы уверены, что это разумно, миледи?

— Он мой брат.

Как только Лайонел перешагнул порог комнаты, Элинор предупредила, что в его распоряжении пять минут, не больше.

Гость расплылся в дружелюбной улыбке, в то время как его глаза рыскали из стороны в сторону, рассматривая обстановку.

— Ай-яй-яй, Нелл. Разве так встречают единственного брата?

Оказавшись с ним лицом к лицу, Элинор ощутила, как былой страх вновь заполонил ее душу.

— Дорогого брата, хочешь ты сказать, который всегда был добр и внимателен? — усмехнулась она.

— Но ты ведь не станешь отрицать, что именно моими стараниями оказалась посреди этого великолепия?

Элинор чуть не потеряла дар речи. Ей следовало помнить, что Лайонел понятия не имел о чувстве вины; оставив бесполезные попытки напомнить ему о его вероломстве, она сказала:

— Садись и расскажи мне, что привело тебя сюда, только покороче.

Лайонел сокрушенно вздохнул и уселся на стул.

— Ладно-ладно. Ты никогда не отличалась добротой, моя дорогая. Я только пришел, чтобы сообщить тебе о моей предстоящей женитьбе.

— Ты женишься? — Элинор удивленно приподняла брови.

— Я сделал предложение, и оно было принято.

— И кто эта несчастная? — нахмурившись, спросила Элинор.

— Ай-яй-яй, Нелл. Неудивительно, что твой муж старается как можно меньше бывать дома, если ты и с ним разговариваешь в таком же тоне.

Элинор с трудом подавила раздражение.

— Ты хочешь сказать, что наш пример воодушевил тебя на супружеское счастье?

Его улыбка выглядела откровенно фальшивой.

— Именно так. Моя идея о браке состоит в том, что муж волен делать что хочет, пока жена тихо сидит дома.

Элинор не сразу нашла слова, пораженная столь точным описанием ее собственного положения. На этот раз ее брат попал в самое больное место.

— Ну и твоя будущая жена знает это? — резко спросила она.

— Конечно, нет, — рассмеялся Лайонел.

— Кто же, ради всего святого, твоя избранница?

— Ее имя тебе ничего не скажет. Должен заметить, твой вкус в выборе компаньонов всегда был превосходен. Дебора, к сожалению, не аристократка, зато жутко богата.

Элинор покачала головой:

— Могу себе представить. Тебе еще не указали на дверь?

— С какой стати? Предусмотрительный человек действует постепенно. Разумеется, мистер Дерри может возражать против потенциального зятя, у дверей которого толкутся назойливые кредиторы, поэтому я использую твои денежки, чтобы приукрасить дом и купить милые безделушки для Деборы. Надеюсь, все уладится наилучшим образом.

Элинор почувствовала укол беспокойства.

— Сколько лет твоей невесте, Лайонел?

— О, она очень молода — ей семнадцать. Нежный бутон.

— Господи, это непорядочно. Наверняка даже торговец что-то слышал о твоей репутации. И ты должен ему деньги.

— Должен, — самодовольно улыбнулся Лайонел, — но папаша Дерри верит, что настоящий джентльмен всегда в долгах. К тому же я искренне раскаялся в тех безрассудствах, которые совершил в беспечной юности.

— Короче, ты одурачил его, как одурачил уже многих. — Элинор задумчиво смотрела на брата. — Придется его предупредить.

Улыбка не исчезла с лица Лайонела, но взгляд его стал жестким.

— Это неумно, дорогая сестричка. Я склонен относиться к тебе по-доброму, но если ты вздумаешь вмешиваться в мои дела, могу и передумать.

— Что ты имеешь в виду? Мне от тебя ничего не нужно.

— Я тебе не скажу. Мои угрозы, как тебе известно, всегда замаскированы, но очень реальны. Скажем так, я уверен, что могу сделать кое-что, чтобы повредить тебе.

— Если можешь, то сделай это сейчас, — парировала она. — А еще лучше прекрати свои игры. Ты больше не можешь причинить мне зла, братец.

Лайонел пожал плечами, и к нему снова вернулось хорошее расположение духа.

— Не суйся в мои дела, Нелл. Как я понимаю, у меня нет никакого шанса встретиться с моим обожаемым зятем?

— Сомневаюсь, что ты этого хочешь.

— Я нахожу его просто очаровательным, — запротестовал Лайонел, — и очень благоразумным. Я даже пригласил его к себе на вечеринку, но он вежливо отказался.

— Думаю, из-за отвращения.

— Решительно не понимаю, откуда у тебя такой вздорный характер, Нелл. Честно говоря, судя по теперешним делам твоего мужа, моя вечеринка была совершенно в его вкусе. А вот тебе следовало принять предложение Девсрила — по крайней мере он не пренебрегал бы тобой. — Лайонел притворно вздохнул. — Мне пора идти, Нелл. Твои капризы слишком утомительны и действуют на нервы, а я просто ненавижу, когда кто-то портит мое настроение. До свидания, дорогая сестричка.

Слащаво улыбнувшись, он направился к выходу, но тут дверь распахнулась и на пороге появился Николас.

— А вот и возвращение блудного сына! — с чувством воскликнул сэр Лайонел, нисколько не смутившись и вскидывая руки, словно готовясь обнять вошедшего. — Дорогой сэр, весьма сожалею, что не могу остаться и поболтать с вами. Всего доброго, мистер Дилэни.

Николас гадливо посмотрел ему вслед и с треском захлопнул дверь.

— Что здесь делал этот тип?

Элинор все еще пребывала в воинственном настроении после неожиданной встречи с братом, и тон мужа показался ей возмутительным.

— Не кричите на меня. Брат пришел сообщить, что собирается жениться, это все. И напрасно вы, не посоветовавшись со мной, дали слугам указание отказывать в приеме моим гостям — я в состоянии сделать это сама, если того пожелаю.

— Ваш брат испортил вам настроение, — сказал Николас сдержанно, — одного этого достаточно, чтобы указать ему на дверь. Почему мои приказы игнорируются?

— Не знаю, — отрезала Элинор, — наверное, он подкупил кого-то из слуг.

— Вот как? И кто же его впустил? Элинор была совершенно сбита с толку.

— Ради Бога, Николас, к чему эта буря в стакане воды? Я в состоянии разобраться со своим братом без всякого ущерба для себя. Если это и вызвало во мне некоторое напряжение, то вам-то какая забота?

Не слушая ее, Николас позвонил в колокольчик. Появился Холлигирт:

— Да, сэр?

— Кто впустил сэра Лайонела Чивенхема?

Холлигирт побледнел.

— Новый лакей, сэр.

— Увольте его немедленно!

— Но, Николас! — воскликнула Элинор, но муж оставил без внимания ее протест.