Стефани Блэйк - Обжигающий огонь страсти

– Мне почему-то страшно, – пробормотала она. Вскоре они остановились и сели ужинать у обочины дороги в тени высокого эвкалипта.

– Чего же вы боитесь, дорогая Аделаида? – неожиданно спросил Лайт.

– Не так-то просто появиться перед своими родителями после столь долгого отсутствия. Что я скажу им? – Адди небрежно взмахнула рукой. – Привет, дорогие, надеюсь, вы не очень-то беспокоились? Конечно, я должна была написать вам, но… – Она сделала паузу, и они с Лайтом рассмеялись. – Боюсь, как бы они не прогнали нас.

– Аделаида, поверьте: никто и никогда не сможет отвернуться от вас. Я, например, пожертвовал бы рукой и ногой, только бы оказаться на его месте.

Она нахмурилась.

– На чьем месте?

– На месте Крега Мак-Дугала, разумеется.

Глаза Лайта так и пронзали ее насквозь. В них горела плохо скрываемая страсть. Адди никак не могла подобрать нужных слов, чтобы ответить ему:

– Уильям… я…

– Простите, я не хотел смутить вас, Аделаида, но прежде чем мы расстанемся, и расстанемся, по всей вероятности, навсегда, я хочу с вами объясниться. – Порывистым движением он взял ее за руку и, низко наклонившись, очень тихо, так, чтобы никто не расслышал его слов, сказал:

– Аделаида, я вас люблю. Ее щеки вспыхнули.

– Вы сами не знаете, что говорите, Уильям.

– Я отдаю себе полный отчет в своих словах. И никогда еще не говорил так откровенно. Я люблю вас. И всегда буду любить.

Она медленно покачала головой.

– Я хорошо знаю, Аделаида, что в вашей жизни, покуда он жив, никогда не будет другого мужчины. Но жизнь полна неожиданностей. Если что-нибудь случится с… Я хочу сказать, если судьба разорвет узы, связывающие вас с Крегом, возможно, вы сможете проникнуться чувством к такому человеку, как я…

Адди искренне сочувствовала Лайту, ведь неразделенная любовь – настоящая трагедия. Она пожала его руку и улыбнулась:

– Дорогой Уильям, вы хороший, сильный, красивый мужчина, и любая женщина будет польщена вашим вниманием. Не только польщена – счастлива. Я никогда не забуду вас, Уильям. – Она встала и поцеловала его в щеку. – Не пора ли нам отправляться дальше?

На окраине Парраматты фургон Лайта отделился от обоза.

– Увидимся в губернаторском доме! – крикнул он Уэнтворту. – Передай мои извинения губернатору Макуэри, если я запоздаю. Уверен, что он поймет.

Адди казалось, что ее сердце разорвется, когда она увидит свой дом. Все эти годы она даже не осознавала в полной мере, насколько велика ее тоска по дому и родным. Только теперь она поняла, что закрывала глаза на реальность.

«Ни один человек не является одиноким островом… – размышляла она. – Ни мужчина, ни женщина, как бы сильна ни была их любовь, какие бы крепкие узы их ни связывали».

Фургон уже катил по подъездной дороге, и Адди с трудом сдерживала слезы, глядя на такие знакомые места. Вот раскидистые дубы и вязы, которые, казалось, приветливо ей кивали. Сад играл яркими красками. Гордо высились дорические колонны. С северной стороны под воздействием зимних и осенних бурь штукатурка с них осыпалась. Адди не забыла ни одной детали – помнила даже разбитый кирпич слева от парадной двери.

Она невольно всплеснула руками.

Лайт улыбнулся:

– Ну что, хорошо дома?

– Да, очень, – кивнула Адди с виноватым видом. У нее возникло чувство, что она совершает предательство, – ведь ее дом там, где человек, которого она любит.

Натянув поводья, Лайт посмотрел на широкие ступени крыльца.

– Вы предпочитаете войти в дом одна?

– Нет. – Адди судорожно схватилась за его руку. – Пойдемте с нами. Боюсь, мне потребуется моральная поддержка. – Она улыбнулась.

Дети, разглядывая особняк, громко выражали свое восхищение.

– Мы правда тут будем жить? – спросил Джейсон. – В этом огромном доме?

Джуно потянула мать за рукав, показывая на лошадей, резво скачущих в загоне.

– Мама, мамочка, посмотри на этих лошадок. И я тоже смогу ездить на лошадке?

– Конечно, моя милая. – Адди прижала к себе дочь – не столько для того, чтобы успокоить ее, сколько для того, чтобы успокоиться самой.

Джейсон выпрыгнул из фургона и побежал к парадной двери.

– Обожди нас! – окликнула сына Адди.

Лайт выбрался из фургона и зашел с другой стороны, чтобы помочь спуститься Адди и ее дочери.

Поднявшись по ступеням, Адди взялась за медный дверной молоток и невольно опустила руку. Затем все же заставила себя сделать три коротких удара.

Стоя в ожидании, она затаила дыхание. Прошло, казалось, несколько часов, прежде чем дверь отворилась и она увидела знакомые ирландские черты служанки Юнис Келли. За прошедшие годы Юнис пополнела, ее лицо округлилось, а вокруг голубых глаз появились едва приметные морщинки. Но в целом она не очень изменилась. Служанка смотрела на Адди с недоумением.

– Что вам здесь нужно? Адди рассмеялась.

– Ты что, не узнаешь меня, Юнис? Присмотрись хорошенько. – Молодая женщина сняла шляпу, и золотистые волосы рассыпались по ее плечам.

Юнис, побледнев, отступила на шаг и схватилась рукой за горло. Другую руку она выставила перед собой, словно пыталась отогнать привидение.

– Хвала Господу! Неужели это вы, мисс Аделаида? О, неужели вы не призрак? – Глаза Юнис закатились, и она с воплем рухнула у порога.

И тотчас же весь дом наполнился громкими криками. Со всех сторон сбежалась прислуга. Наконец появился и Сэм Диринг. Несколько мгновений дочь и отец молча смотрели друг на друга. Затем он протянул к ней руки:

– Неужели это ты, Адди? В самом деле ты?

– Папочка, дорогой…

Они обнялись и прослезились. Лайт и дети смотрели на них в почтительном молчании.

Вскоре они уже сидели в кабинете. Похудевший и поседевший Сэмюел Диринг расположился в своем кожаном кресле с внуком и внучкой на коленях. Он радостно улыбался.

– Никак не могу поверить, что это не сон, – сказал он, покачивая головой. – Никак не могу поверить.

– Что касается детей, папа, то можешь не сомневаться в их реальности, – заверила Адди. – Они еще не раз напомнят тебе о своем существовании. Уж на что крепкий человек их отец, а они и его доводили до полного изнеможения.

– Ха-ха! Они могут съесть меня с потрохами, если у них появится такое желание.

– Дедушка, дедушка, – вновь и вновь повторяла Джуно, поглаживая Сэма по лицу своими крохотными ладошками.

Мальчик демонстрировал свою любовь не столь деликатным образом. Он несколько раз ткнул в живот Сэма своим маленьким, но твердым кулачком.

– Ты должен посмотреть, дедушка, как я умею драться. А еще охотиться, плавать и бросать бумеранг. Показать?

– Уф… Для такого мальца у тебя неплохой удар. Мы сделаем все, что ты захочешь. Но сначала надо подняться к твоей бабушке. Вы ведь хотите повидать свою бабушку?