Паола Маршалл - Жемчужина Сиднея

Джек подъехал к роще камедных деревьев, желая скрыться от яркого солнца. Там он долго сидел в одиночестве… пока не увидел людей.

Из зарослей выехали двое всадников. Одним из них оказался этот хам Дилхорн, одетый в странный наряд: белую шелковую рубашку, широкие черные штаны, заправленные в кавалерийские сапоги, и серую широкополую шляпу.

Другим всадником оказался мальчишка-подросток! На нем был черно-белый жокейский костюм и кепка с широким козырьком, отбрасывающим тень на лицо.

Сердце Джека наполнилось радостью. Теперь ему будет что рассказать Сиднею! Том Дилхорн разгуливает в буше с мальчиком!

Джек видел, как они спешились. Дилхорн первым соскочил с лошади и помог слезть мальчишке. Несколько мгновений они стояли вплотную, разговаривая, но Джек не различал слов: было слишком далеко.

Дилхорн вынул из седельной сумки мяч, а затем они с мальчиком направились к деревьям, перебрасываясь мячом на ходу.

Остановившись на лужайке, они встали лицом друг к другу, продолжая игру. Расстояние между ними постепенно увеличивалось.

Мальчишка казался ловким, но что-то в его движениях показалось Джеку странным. Сначала Дилхорн отправлял мяч прямо ему в руки, но затем его броски стали все более сложными, пока однажды мяч не пролетел очень низко.

Мальчик метнулся в сторону, каким-то чудом поймав мяч, и с победоносным видом взмахнул рукой. Кепка слетела с его головы, и Джек понял, что рассказывать об увиденном ему не придется, потому что «мальчиком» оказалась Эстер Дилхорн!

У Джека зашумело в ушах, и дальше он смотрел на игру, терзаясь муками ревности. Закончилось все тем, что Эстер выбилась из сил, а Дилхорн запустил мяч слишком высоко. Пытаясь поймать его, женщина подпрыгнула и упала на спину прямо в заросли кустарника.

Дилхорн подбежал к ней и помог подняться, а затем обнял и поцеловал. К счастью для Джека, их игра не имела продолжения, поскольку они торопились на обед к Уиллу Френчу, и времени для любви не оставалось.

Несколько минут они простояли, обнявшись. Дилхорн чмокнул Эстер в щеку, перед тем, как помочь ей влезть в седло, а она в ответ поцеловала его руку. Они сорвались с места, промчавшись мимо убежища Джека, и последним, что он слышал, был возглас Эстер:

— Едем домой!

Джек не знал, сколько он там просидел. Он весь взмок, его переполняли совершенно незнакомые чувства. Почему такое сокровище досталось этому дьяволу? Как он может быть таким безжалостным к ней? Он смеялся, когда бедная малышка упала в кусты. Он, Джек, заботился бы о ней гораздо лучше.

Джек и сам не знал, что оказалось причиной столь неожиданно вспыхнувшего желания: красота Эстер или то, что она принадлежит Дилхорну. Но после бала он потерял покой и сон.

А теперь эту изящную малышку обрюхатил негодяй Дилхорн. Этого нельзя так оставить. Придется разделаться с ним и одним ударом убить двух зайцев: отомстить обидчику и сделать Эстер своей. Естественно, после смерти Дилхорна она будет более благосклонна к человеку, который так сильно ее любит.

Охваченный ненавистью, Джек вернулся в Сидней и начал следить за каждым шагом Дилхорна. Он выяснил, что его враг каждую неделю ездит в каменоломни, и решил подстеречь его на пути домой.

Джек взял с собой мушкет и пистолет. Спешившись, он затаился в рощице недалеко от дороги, по которой проезжал Том. Лежа в кустах, дожидаясь свою жертву, он испытывал поистине адские муки.

Увидев Дилхорна, Джек поднял мушкет и, затаив дыхание, выстрелил, желая покончить с мерзким хамом раз и навсегда.

Выстрел сбил шляпу с головы Тома. Его лошадь взвилась на дыбы, испугавшись выстрела, а Том скатился с ее спины и залег в кустах, надеясь застать нападавшего врасплох. Если ему повезет, убийца или уберется восвояси или подойдет ближе, чтобы добить жертву, и тогда можно будет схватиться с ним.

Тишину нарушал лишь топот убегающей лошади. Джек встал, сжал в руке пистолет и задумался, стоит ли подходить к жертве. Осторожность победила.

Нет. Лучше оставить все, как есть. Если он мертв, отлично, если нет, глупо приближаться к такому силачу, который, вероятно, только того и ждет. Проще дождаться другой подходящей возможности.

Джек не мог признаться даже себе, что его страх перед Дилхорном оказался сильнее ненависти.

Том лежал ничком, вытянув правую руку (падая, он успел выхватить из-за пояса пистолет), и готов был к встрече с врагом. Он услышал удаляющийся стук копыт, но встал далеко не сразу.

Его лошадь убежала недалеко и теперь мирно пощипывала травку. Том поймал ее, не переставая размышлять о происшедшем. Нападение явно было делом рук Кэмерона. И этим он не ограничится.

Эстер не должна ничего узнать. Ей сейчас нельзя волноваться.

Когда Том вернулся домой, ни по его виду, ни по поведению невозможно было догадаться о том, что он стал жертвой нападения. Впрочем, Эстер, с ее обострившимся чутьем поняла, что что-то неладно. Но мудро промолчала.

Вскоре Джек узнал, что его покушение провалилось, и с горя запил. Но есть ведь и более безопасные способы разделаться с Дилхорном. У Джека есть друзья в Скалах, которые с радостью окажут ему подобную услугу. Так или иначе, он доберется до этого мерзавца.

Тринадцатая глава

— Тебя что-то тревожит, Том? — спросила Эстер.

Они играли в шахматы. С физическими упражнениями давно было покончено. Теперь Эстер с трудом носила свой огромный живот.

Прекратились шумные игры на свежем воздухе, поездки в каменоломни или на прочие предприятия Сиднея, где все давно уже привыкли видеть рядом с Томом маленькую миссис Дилхорн. Впрочем, Эстер не жаловалась: мужество, приобретенное за месяцы нищеты, не позволяло ей упасть духом.

Том придумывал для нее развлечения, не требующие усилий. Они играли в карты; Том показывал ей фокусы и раскрывал их секреты. По вечерам Эстер читала ему вслух. Он продолжал советоваться с ней по всем деловым вопросам.

— Как вы выросли, миссис Дилхорн, — заметил Том однажды вечером. — Теперь вы не просто жена.

Это была цитата из пьесы, которую они читали накануне.

— Ты мой партнер, и должна разбираться в делах. Ты можешь заниматься ребенком, но ни в коем случае не посвящай ему всю свою жизнь, потому что ребенок вырастет, и что у тебя останется?

В последнее время Том начал настойчиво требовать, чтобы она была в курсе всех его дел. Однажды Эстер услышала, как Джозеф Смит просит Тома не взваливать столько забот на беременную жену.

— Ей-богу, парень, — ответил Том, — если со мной что-нибудь случится, я не хочу, чтобы она попала в число тех невежественных и глупых вдов, которых мошенники так часто обводят вокруг пальца.