Мэри Джо Патни - Не меньше чем леди

Рэндалл принялся распутывать тесемки.

 — Ради вас стоит потерпеть, миледи.

Джулия покраснела и опустила голову. Волосы ее свесились вперед, открыв тыльную сторону шеи. Рэндалл наклонился и запечатлел на ней поцелуй. Его переполняла нежность. Она доверяла ему.

Он почувствовал себя на самом деле женатым.

Глава 20

Почти совсем стемнело, когда карета подкатила к резиденции Эштонов. Джулия уже забыла, как велик особняк герцога. Угадав ее мысли, Рэндалл заметил:

 — Эта величественная громада считается самым большим частным особняком в Лондоне. Вот почему Эштон смог выделить мне отдельные апартаменты без всякого ущерба для себя.

 — Приятно будет пожить на одном месте несколько дней подряд, — оживленно сказала Джулия, когда муж помог ей выйти из кареты. Отлично вышколенный лакей подскочил, чтобы отнести их сумки в дом.

Маккензи тоже выбрался из экипажа, чтобы попрощаться.

 — Леди Джулия, был рад познакомиться с вами. — Он поцеловал ей руку, церемонно раскланиваясь. — Хотя я ужасно разочарован тем, что поездка прошла без особых происшествий.

Джулия удивленно приподняла брови.

 — По-вашему, попытку убить нас, пусть и единственную, нельзя отнести к происшествиям, мистер Маккензи?

 — Разве что к ужасно скучным, — фыркнул он. — Знаете, Искатель приключений на свою голову — мое второе имя.

Рэндалл рассмеялся и пожал Маккензи руку.

 — Спасибо, что сопровождал нас, Мак. И за все остальное.

 — Это доставило мне огромное удовольствие, — ответил тот сразу же посерьезневшим голосом. — Я задолжал тебе услугу или две.

 — В таком случае, когда кто-нибудь пожелает устроить бал в нашу честь, чтобы вновь ввести леди Джулию в свет, ты придешь, если получишь приглашение?

 — Столь обременительное одолжение я тебе не обещал! — С лукавой улыбкой Маккензи взобрался в карету и подал сигнал кучеру ехать.

Джулия взяла Рэндалла под руку, когда они по ступенькам поднимались к парадной двери.

 — Обстоятельства рождения мистера Маккензи мешают ему вращаться в обществе?

 — По правде говоря, нет. Отец его был лордом, его признают Уилл Мастерсон и остальные члены семьи, и он был очень популярен среди отпрысков золотой молодежи в Уэстерфилдской академии. Но Мак всегда предпочитал держаться подальше от светского общества. — Рэндалл поморщился. — Прежде я делал то же самое, но теперь это невозможно.

 — Вы были офицером действующей армии, что служило отличным предлогом игнорировать светскую жизнь. — Джулия взглянула на его профиль. Вот он, ее красавец муж, чья грозная внешность скрывала поразительную доброту и терпение. — Основная причина нашего приезда в Лондон — намерение вернуть меня в светское общество. Но это означает, что вам тоже придется посещать балы и рауты. Это будет вам очень неприятно?

 — Не знаю, — признал он, когда дверь отворилась перед ними. — Я никогда не любил вращаться в этих кругах. Хотя в разумных пределах светская жизнь может оказаться занимательной. Вы очень тосковали по лондонским развлечениям?

 — Поскольку я рано вышла замуж, а потом долго жила особняком в деревне, не могу с уверенностью сказать, что мне понравится бывать в свете. В любом случае предпочла бы умеренность, так же как и вы. — Она сильнее сжала его руку.

Подошел дворецкий с натянутой улыбкой на лице, что, по его меркам, означало признак радушия.

 — Майор Рэндалл, миссис Бэнкрофт, как приятно видеть вас снова! Герцог и герцогиня сегодня обедают дома. Я сообщу им о вашем прибытии.

 — Не стоит прерывать их, когда они едят, Холмс, — сказал Рэндалл. — Доложите о нас после обеда. Мы подождем.

 — Если я немедленно не сообщу им о вас, — сказал Холмс с невозмутимым видом, — это мне будет стоить работы.

Рэндалл взглянул на Джулию, в глазах его искрился смех.

 — В таком случае доложите им, что майор Рэндалл и его жена только что прибыли.

Холмс был так поражен, что высоко поднял брови, прежде чем ответить:

 — Конечно, я так и скажу. — Он поклонился и вышел.

 — Они немедленно примчатся сюда, — сказала Джулия, снимая шляпку. — В особенности Мария.

Ее предсказание, разумеется, сбылось. К тому времени как она освободилась от плаща, послышались легкие, быстро приближающиеся шаги. Герцогиня весело воскликнула:

 — Рэндалл, вы ужасный негодник! Вы изменили свои намерения насчет моей сестры Сары и отвезли ее в Гретна-Грин?

Мария вихрем ворвалась в центральный холл. Ее солнечная жизнерадостность наполнила просторное, с высокими потолками, помещение радостным теплом. Молчаливый сдержанный Эштон следовал за ней в нескольких шагах позади, но на губах его сияла такая же радушная улыбка.

Увидев вновь прибывших, герцогиня остановилась так резко, что ее муж едва не натолкнулся на нее.

 — Джулия! Вы с Рэндаллом поженились?

 — Увы, это так, — тихо призналась Джулия.

 — Адам, ты должен мне пять гиней! — Мария бросилась к Джулии и крепко обняла ее. — Я говорила тебе, что Рэндалл в нее влюблен.

 — В то время как я, будучи наивным мужчиной, думал, что они терпеть друг друга не могут. — Эштон хлопнул Рэндалла по плечу, и они пожали друг другу руки. — Очень мило с твоей стороны, Рэндалл, породниться с лучшей подругой Марии.

 — Джулия, похоже, не слишком-то стремилась к этому, но после того как она вылечила мою больную ногу, я решил, что обязан жениться на ней, чтобы она была под рукой, когда меня в следующий раз покалечат, — объяснил Рэндалл.

 — Ты вполне сносно ходишь. — Зеленые глаза Эштона искрились весельем. — Я уже понял, почему ты выбрал Джулию. Гораздо более удивительно, что она согласилась.

Джулия вспомнила, что герцог — необыкновенно проницательный человек.

 — Я бы охотно оставалась вдовой, но Рэндаллу удалось изменить мое мнение. — Она печально усмехнулась. — Тут были... некоторые особые обстоятельства.

 — Звучит интригующе, — сказала Мария. — Даю вам несколько минут, чтобы освежиться, затем присоединяйтесь к нам за обедом. Переодеваться не нужно. Сегодня у нас без церемоний.

 — Тогда увидимся через десять минут. — Рэндалл предложил Джулии руку, сказав на ходу лакею: — Отнесите багаж леди Джулии в мои апартаменты.

Джулия не видела апартаментов Рэндалла во время прошлого визита в Эштон-Хаус, поэтому с интересом огляделась вокруг, когда он привел ее в гостиную. Это была просторная, прекрасно обставленная комната в спокойных синих и кремовых тонах, с окнами, выходящими в сад позади дома.

 — Как красиво! Неудивительно, что вам здесь так удобно.