Элизабет Бойл - Без ума от герцога

— Не знаю, с чего начать, — покачала головой леди Стэндон. — Иногда непросто понять человека.

Тоскливые нотки в ее голосе ужалили Джеймса.

— Правда? Когда-то я согласился бы с вами. Сказал бы, что нет способа узнать, что у другого на сердце.

— А теперь?

— Моя невестка утверждает, что человек тотчас понимает, что встретил свою вторую половину, — ответил он, взявшись за поводья, поскольку лошади, казалось, действовали по собственному разумению.

— Как понимает, что встретил человека, умеющего править лошадьми, — поддразнила Элинор.

— Я умею, — заверил Джеймс. Не слишком хорошо, но он умел. — Хотя, если это один из ваших критериев, полагаю, вам придется расширить поиски, поскольку я не уверен, что Лонгфорд или Эйвенбери достойные возницы.

— Им это совсем не нужно. Для этого у них есть кучеры.

— Но разве вам не захочется иногда отправиться на пикник, как сейчас?

— Это восхитительно, — вздохнув, призналась она. — Но сомневаюсь, что в будущем у меня будут такие спонтанные вылазки.

— Тогда вам стоит добавить в ваш список еще несколько имен.

— Вы еще с этими не закончили, — заметила она.

— Как насчет Паркертона? — с деланной беспечностью спросил Джеймс.

— Герцог Паркертон? — фыркнула Элинор. — Он слишком старый.

— Старый?! Мадам, мне из авторитетных источников известно, что он одного возраста со мной.

Оглядев его, Элинор покачала головой:

— Не может быть, ему сорок с хвостиком.

— Как и мне.

— О Господи! Не может быть, что вы такой старый!

— Не нужно делать из меня Мафусаила.

Элинор рассмеялась:

— Просто на вид вам чуть больше тридцати.

— Сочту это за комплимент. Но мне сорок с хвостиком.

— Правда? — Леди Стэндон снова вгляделась в него, на этот раз в поисках признаков надвигающейся дряхлости. — Не могу поверить, что вам столько лет.

— Я и не чувствую себя старым, по крайней мере не чувствовал несколько минут назад.

— Простите, что обидела вас, — рассмеялась она.

— А вы, мадам? Сколько вам лет?

— Не понимаю, какое это имеет… — ершисто начала леди Стэндон.

— Конечно, имеет. Я же должен рассказать вашим избранникам о вас. Что, если они думают о вас то же самое?

— Что я слишком старая?

— Именно.

— Ну и ну! — Она скрестила на груди руки. — Мне двадцать девять.

Взглянув на нее, Джеймс поднял бровь, будто не поверил. Он и не поверил, поскольку заглянул в справочник Дебретта.

Леди Стэндон застонала:

— Мне тридцать. Недавно исполнилось.

Джеймс кашлянул.

— Тридцать один, — обиженно уточнила она. — Да, мне за тридцать. Я старуха. Вышла в тираж. Вы довольны?

Кивнув, он подмигнул ей, они оба рассмеялись и в этот момент поняли, что значит иметь что-то общее. Иметь такой миг единения, который связывает людей вместе.

Джеймс чувствовал это, и что бы ни произошло с ним после удара Клифтона, у него появился шанс, который ускользал от него всю жизнь.

И хотя он знал, что, возможно, от всего этого откажется, сейчас он намеревался наслаждаться каждым мгновением в обществе Элинор.

Не леди Стэндон.

Элинор! Его Элинор!

Поскольку когда она рядом, мир расстилается перед ним, готовый к исследованию, готовый к единению.

Они подъезжали к деревне, Джеймс повернулся что— то сказать Элинор и краем глаза заметил на дороге яму.

Он пытался повернуть лошадей, натягивал поводья, чтобы сдержать их, но было слишком поздно. Колесо угодило в яму, карету тряхнуло. И мир перевернулся вверх тормашками.

Глава 10

Элинор слышала удар, треск оси. Все произошло мгновенно — карета перевернулась, заржали лошади, залаяли собаки.

Сент-Мор тянул ее к себе, прижимая ближе, когда они падали. Это все, что она сознавала.

То, что она не сломала себе шею и вообще ничего не сломала, это результат молниеносных действий Сент-Мора.

Они приземлились на пыльной дороге, колесо, вихляясь, покатилось в сторону, карета лежала в десятке ярдов впереди.

— Вы в порядке? — спросил он, придерживая Элинор.

— Да, — Она чувствовала себя помятой, но была невредима. — А вы?

— Жив. — Он всматривался в кучу обломков. — Что произошло, черт возьми?

— Думаю, колесо отвалилось, — сказала она и рассмеялась. Все это просто невероятно. Вот они, в объятиях друг друга, оба невредимы. А карета превратилась в руины. Это просто чудо.

Глянув на нее, Джеймс тоже засмеялся:

— Да, но как оно отвалилось?

— Вы угодили в яму. Колесо бы удержалось. Но вы влетели еще в три. — Элинор улыбнулась, — Вы уверены, что вы не герцог?

— На что вы намекаете?

— Ни на что, просто вы сказали, что большинство герцогов плохие возницы.

Он выпрямился.

— Вы хотите сказать…

— Нет, Сент-Мор. Я ничего не хочу сказать. Просто яма слишком маленькая, чтобы из-за нее колесо отвалилось. Вы должны жаловаться на того, кто дал вам эту карету. Она опасна.

— Была, — сказал Джеймс, оглядывая обломки.

— О Господи! Они ведь не заставят вас платить за ущерб?

Элинор готова была поклясться, что Сент-Мор пробормотал:

— Кое-кто за это заплатит.

Вокруг них с лаем носились собаки.

Треск и шум разбудил сонную деревню, и теперь все высыпали из домов посмотреть на аварию.

Прежде чем Элинор сообразила, в чем дело, жена хозяина постоялого двора в компании других женщин деревни увела ее. Ее усадили в теплый угол, потчевали горячим чаем и засыпали вопросами.

— И он спас вас? — повторяла одна из женщин.

— Ну конечно, — сказала другая. — Ты же его видела.

Элинор кивнула, испытав прилив гордости за Сент-Мора, которую не имела права высказать.

— Он поймал меня в тот момент, когда колесо отвалилось, и я чуть не вылетела.

— Да вы могли себе шею сломать! — сказала служанка.

— Или хуже, — серьезно добавила другая.

Все дружно кивнули, хотя Элинор так и не поняла, что может быть хуже сломанной шеи.

— Куда вы ехали, мэм?

— В Колстон. На пикник.

— На пикник? В эту пору?

По их взглядам было ясно, что авария не самое большое несчастье в этой истории.

— Мистер Сент-Мор инспектирует реконструкцию в Колстоне. Он думал, что меня развлечет поездка в провинцию.

— Вам нравится провинция, миссис Сент-Мор?

— Я не миссис Сент-Мор, — не подумав, сказала Элинор и почувствовала, как достопочтенные деревенские жены отпрянули от нее, словно у нее вторая голова выросла. — Я леди Стэндон, — объявила она, но это не улучшило ее положения. — Мистер Сент-Мор мой поверенный. — Элинор, безуспешно пыталась представить свою поездку без, горничной или компаньонки в лучшем свете, чем это было на самом деле.