Лори Хэндленд - Пожар любви

От неожиданности ее лицо стало бесцветным и она, зашатавшись, отступила в сторону.

Двое мужчин вели лошадей под уздцы к их лагерю. Пыль проселочных дорог покрывала их с головы до пят. По всей вероятности, они скакали всю ночь. Об этом же говорила и усталость на их лицах. Но глаза смотрели беспокойно и выжидательно. Первый был высок и тонок, но жилист. Он смотрел на нее с такой злостью, что Анжелина от страха судорожно сглотнула. Второй – пониже ростом и поплотнее – держал себя так, будто был готов к любой неожиданности. Анжелине оба не понравились с первого же взгляд.

– Мэм, – поздоровался с ней тот, что повыше. – Не могли бы мы попросить у вас немного кофе?

«Акцент американский, – подумала Анжелина. – Неужели они уже знают, что Чарли здесь? Или просто хотят кофе, как говорят? «

– Пожалуйста, присаживайтесь, – предложила она, напряженно улыбаясь дрожащими губами. – Я налью вам по чашечке.

«Пожалуйста, Боже, не допусти, чтобы Чарли сейчас вернулся...»– молча молилась она.

Наливая кофе, Анжелина рискнула быстро оглядеться вокруг и не заметила никаких признаков его присутствия. Ей оставалось только надеяться, что Чарли услышал, как к ним пожаловали незваные гости, и решил не показываться, пока она от них не избавится.

Подав мужчинам кофе, Анжелина отошла подальше от них, на противоположную сторону костра.

– Что привело вас, господа, на эту сторону границы?

Мужчины быстро переглянулись, а затем тот, что повыше ростом, пожал плечами и со свистом отпил кофе.

– Мы ищем одного человека. Он разыскивается в Штатах за убийство.

– В самом деле? Как ужасно. И вы думаете, что он едет по этой дороге?

– Да, мэм. Мы преследуем его уже несколько недель. Вам не встречался высокий желтоволосый парень на белой лошади?

Анжелине пришлось стиснуть зубы, чтобы удержаться и тут же не посмотреть поверх их голов туда, где пасся Гейб, частично скрытый ее лошадью. Как ей теперь говорить с ними и не солгать при этом?

– Нет, я не видела никого похожего. Право же, не могу ничем помочь. Мне очень жаль, ведь вы говорите, что его разыскивают за убийство.

– Это среди прочего. За его голову назначена большая награда и доставить парня надо живым или мертвым.

Высокий вел разговор, а короткий то и дело кивал в знак согласия. Болтливый парень отвел взгляд от Анжелины, чтобы осмотреться. Он приметил две походные постели и два седла и долго смотрел на двух лошадей, пока его компаньон пил кофе. Анжелина почувствовала, как от страха обливается потом. Мужчина снова повернулся к ней и пристально посмотрел в глаза, сделав неторопливый глоток кофе. Ей захотелось закричать, предупредить Чарли, чтобы он бежал, скрылся ко всем чертям и больше не возвращался. Она чувствовала, что эти люди опасны. Они намеревались увезти Чарли назад, в Штаты. И предпочли бы увезти его мертвым.

– Где ваш мужчина? – Высокий продолжал подозрительно смотреть на нее.

– М-мой мужчина?

– Угу.

– Как-кой мужчина?

– Тот, что спит на этой постели и ездит в этом седле. Тот, кто, если только меня не подводит моя догадливость, ездит на той большой белой лошади, что пасется вон там.

– Нет-нет. Никакого мужчины здесь не было. Только мать-настоятельница. Она о-чень крупная женщина. И поэтому ей нужна большая лошадь.

Мужчина поперхнулся кофе.

– Мать-настоятельница? Так вы – монахини? И ходите в таком платье? – Он указал на ее коричневое платье с недоверчивой и презрительной гримасой.

– Я всего лишь постуланка. Мое платье порвалось.

– И вы хотите, чтобы я поверил, что вы путешествуете с другой женщиной?

– Это правда. – Анжелина прикусила язык от того, что ей пришлось соврать. Чарли не подавал никаких признаков присутствия. Если б ей только удалось заставить их поверить ее словам.

– Хорошо, так где же тогда эта другая женщина?

– Она... она, – Анжелина поглядела на ручей, – она купается. Да, правда, она пошла искупаться... а потом мы продолжим свой путь в монастырь. – Она взглянула на «охотника за головами» и поняла, что он ей так и не поверил.

– Ну, что ж, я уверен, что мать-настоятельница не станет возражать, если мы поздороваемся с ней. – Он поднялся. Его компаньон последовал за ним.

– Нет! – Анжелина бросилась вперед. – Она может быть еще не одета. Я... Я схожу, позову ее.

Мужчина заколебался и кивнул.

– Хорошо. Но поторопитесь. – И он вынул револьвер из кобуры. – И не пытайтесь над нами шутить. Вы не уйдете далеко без своих лошадей, а мы подождем вас обеих здесь.

Анжелина не стала ждать, пока они передумают, и побежала к ручью, продираясь сквозь щетину кустов и чуть не падая в воду. Она отчаянно искала малейшие признаки пребывания Чарли.

У ручья его не было.

Она не могла этому поверить. И хотя она молилась, чтобы Чарли уехал, все же не могла поверить, что он мог просто бросить ее одну с теми двумя мужчинами.

Но выходило именно так.

«И что теперь? Как я объясню исчезновение мифической матери-настоятельницы?»– подумала она. – Может быть, мне спрятаться где-нибудь, пока эти «охотники за головами» не уедут? «

Анжелина снова огляделась вокруг, прищурив глаза. Она поискала удобное место. Ничего подходящего.

Вокруг лежала такая же бесплодная местность, как и в большинстве районов Техаса.

– Эй, леди? – Крик заставил Анжелину вскочить и закружиться на месте. – Мы не можем сидеть здесь целый день. Приведете ее или мы сами придем, чтобы привести ее сюда.

– Она одевается, – отозвалась Анжелина, чтобы протянуть время. Но прежде, чем слова вылетели из ее рта, она услышала, что оба уже направляются к ней. Страх сдавил грудь. Скрыться некуда. И ее золотого спасителя нигде не видно. Коротышка бросился сквозь кусты, больно схватил ее за руки и дернул к себе. Заговорив в первый раз, он приблизил к ней свое лицо и грубо спросил:

– Где он?

– Кто? Я не знаю, о ком вы говорите.

Тогда он тряхнул ее так сильно, что лязгнули зубы, и ей показалось, что глаза вот-вот выскочат из орбит.

– Колтрейн. Мы знаем, что вы с ним. Где он? Высокий человек подошел, чтобы Анжелина увидела его. Он грустно покачал головой.

– Боюсь, если мой друг по-настоящему рассердится, я не смогу его успокоить. Только скажите ему то, о чем он просит, и мы вас отпустим. Мы не хотим сделать вам больно, леди. Но придется, хотя мы этого и не хотим.