Николь Берд - Красавица в черном

– Ты должна думать как о своем счастье, так и о счастье маркиза, – продолжала Марианна, – иначе твоя помолвка будет чистейшим эгоизмом.

Луиза широко раскрыла голубые глаза.

– Но я уверена, что сумею сделать маркиза счастливым. Я буду стараться изо всех сил.

Марианна вздохнула. Если бы знать, что у нее на сердце! В самом ли деле Луиза испытывает влечение к маркизу или хотя бы начинает его испытывать? Если да, то со стороны Марианны будет низостью стремиться разлучить их, даже если это и в ее власти. Нет, об этом помышлять не стоит…

А тем временем полным ходом шли приготовления к праздничному обеду. Леди Сили, как Марианна и боялась, не смогла прийти, отклонив приглашение с искренним сожалением. Две приятельницы Марианны ответили согласием, и только леди Габриель пока молчала. Марианна решила, что супруги приглашены в какое-то другое место. Она не думала, что Психея способна с пренебрежением отнестись к ее приглашению. Конечно же, она просто ведет активную светскую жизнь.

Марианна не стала говорить заранее Луизе и маркизу, что его родственники могут прийти. Она просто боялась их разочаровать, если вдруг этого не случится.

В среду они вместе с Луизой посетили графиню, и Марианна смогла поболтать со своей старшей подругой. Луиза болтала с какой-то молодой барышней, а Марианна наконец-то получила возможность поговорить спокойно и без помех. К сожалению, Психея на еженедельное чаепитие не пришла.

Графиня причитала:

– Как жаль, что я уже обещала быть у миссис Каулинг. Но я уверена, что ваш обед удастся на славу.

– Надеюсь, – сказала Марианна. – Моя кухарка каждый день испытывает на нас все новые рецепты, а лакей уже дважды отполировал серебро. Впрочем, это не отняло у него много времени, поскольку моя коллекция серебра довольно скромна, – засмеялась она. – Я уже давно не принимала у себя гостей и, должно быть, разучилась это делать. Графиня задумчиво посмотрела на нее.

– Да, милая Марианна, вам не следует превращаться в отшельницу. Вы слишком молоды, чтобы коротать вечера, сидя у камина. А чаще бывая в обществе, вы можете встретить человека, который вам понравится.

Этот разговор не был ей в диковинку, но Марианна и не испытывала желания продолжать его. Чтобы сменить тему, она упомянула о том, что послала приглашение леди Габриель с мужем.

– Я еще не получила от них ответа, но, если они все же выберутся, я очень надеюсь, это порадует лорда Гиллингема.

Графиня замерла. Не донеся чашку до губ, она поставила ее на столик.

– Ну… с братьями трудно сказать наверняка… Марианне показалось, что она была в явном замешательстве.

– Может быть, мне следует знать подробности? – спросила она осторожно.

Леди Сили поджала губы.

– Я не могу открыть чужой секрет, – сказала она.

– Ах конечно! – поспешно воскликнула Марианна. – Я вовсе не настаиваю.

Леди Сили умела хранить чужие секреты, поэтому-то ее подруги и не боялись с ней откровенничать.

– Я просто советую вам не ждать слишком много. Марианна приподняла брови, не думая, что правильно истолковала эту загадочную фразу.

– Я не совсем поняла…

– В некоторых семьях отношения бывают более близкие, в других – наоборот, – выговорила графиня. – Если Психея откажется прийти, тому есть причина.

– Естественно, – пробормотала Марианна, понимая, что графиня имеет в виду вовсе не плотный светский график.

Намечался всего лишь тихий домашний обед, и единственной причиной для тревоги до сих пор была кухарка, чьи амбиции способны загубить разве что соус. Почему же так неприятно засосало у нее под ложечкой?

В четверг пришло короткое письмецо от Психеи, в котором она принимала приглашение. Марианна с облегчением посмотрела на лист розовой бумаги с золотым узором. Она порядком переволновалась уже из-за того, каким будет ответ, памятуя загадочные комментарии графини.

И Марианна пошла на кухню, чтобы сообщить кухарке окончательное число гостей. Там в нос ей ударил едкий запах подгорелого масла.

– Все в порядке, миссис Блант? – спросила Марианна.

Кухарка стояла у плиты, загораживая широкими бедрами нововведения, которые Марианна устроила на своей кухне несколько лет назад. Служанка в углу обмахивалась передником, разгоняя чад.

– Все в порядке, мэм. Я всего лишь пробую приготовить новый соус вместо прежнего, карамельного.

– Хорошо, – кротко произнесла Марианна. – Я полагаюсь на ваше мастерство. Но это всего лишь обычный домашний обед, так что не стоит понапрасну нервничать.

Кухарка вытерла пот со лба.

– Конечно, мэм. Но ведь маркиз! Мы впервые угощаем такую важную особу!

Она сказала это с таким выражением, словно речь шла 6 диком тигре. Марианна с трудом подавила желание улыбнуться.

– Вероятно, следует приготовить побольше закуски? – Кухарка явно горела желанием не посрамить честь дома.

– Прекрасно, – согласилась Марианна. – Но не увлекайтесь чересчур изобретением новых блюд. Обычный карамельный соус вполне подойдет.

– Благодарю, мэм, – сказала миссис Блант. – Ну, если вы так считаете…

Марианна тактично ретировалась, надеясь, что дела на кухне сами собой утрясутся. Луиза ждала ее в холле. Марианна пообещала, что они сходят прогуляться в маленький скверик на площади.

– День такой славный, – взмолилась Луиза. – А мы томимся в четырех стенах.

– Ну хорошо, – кивнула Марианна. – Сейчас только надену капор и перчатки.

Когда они вышли на улицу в сопровождении Мастерса, Марианна рассказала племяннице о новых гостях.

– Отлично! – обрадовалась девушка. – Очень хочется повидать брата лорда Гиллингема и его невестку. Маркиз будет, конечно же, рад.

Марианна кивнула, соглашаясь.

Джон в этот час тоже прогуливался в компании своего невзрачного спаниеля. В первые дни пребывания в Лондоне Крошка без удержу облаивала экипажи и прохожих, но постепенно начала привыкать к фургонам и повозкам. Она даже спокойно относилась к стадам коров, которых каждую неделю гнали по улицам на ярмарку.

Сегодня Крошка послушно трусила за хозяином и задержалась, чтобы исследовать непривычный запах, исходивший от фургона, груженного углем, который прогромыхал мимо.

– Хорошая собака, – похвалил ее Джон. – Ты уже становишься горожанкой. Хотел бы я сказать о себе то же самое! – Он поглубже надвинул шляпу на лоб. С этой деталью своего костюма он решительно не желал расставаться. Сейчас всю его комнату, как ему казалось, заполонили новые костюмы, рубашки, ботинки и прочие предметы одежды, которые портной посчитал обязательными. Столько шума из ничего! Теперь, чтобы надеть облегающий сюртук, приходилось прибегать к помощи гостиничного слуги.