Кэрол Финч - Сладостный плен

– Нечего на меня кричать! – выпалила она. – Может, я и дура, но со слухом у меня все в порядке.

Данте понизил голос.

– Я глаз с тебя не спущу до тех пор, пока мы не встретимся с твоим отцом и Сэбином Кейри. Мне хочется увидеть выражение лица Сэбина, когда он узнает, за кого ты вышла замуж. И я не позволю тебе лишать меня такого удовольствия.

Эрика терпеть не могла, когда на нее кричали или когда ей приказывали. Такое бесцеремонное обращение вывело ее из себя.

– Не думай, что если я поклялась тебе в верности, то теперь ты можешь помыкать мною как хочешь. Я не стану тебе подчиняться и не подумаю выполнять каждую твою прихоть! – заявила она, гордо вскинув голову. – Если бы я хотела, чтобы надо мной измывались, я бы вышла замуж за Сэбина Кейри!

– Ты бы могла запросто избавиться от меня, если бы позволила мне утонуть. Почему ты спасла мне жизнь? – прямо спросил Данте.

Он настолько неожиданно сменил тему разговора, что Эрика опешила.

– Потому что кто-то должен был это сделать, – наконец нашлась она. – Но теперь я начинаю думать, что это еще одна из моих многочисленных ошибок.

Данте, снова помрачнев, крепко стиснул зубы.

– Ты использовала меня в своих целях, и я буду делать то же самое. Ты останешься на моей плантации до тех пор, пока достопочтенный Эвери Беннет и этот подонок Сэбин Кейри не заявятся туда и не заберут тебя домой! – заявил он, стукнув кулаком по тумбочке. Точно так же судья, стукнув молотком по столу, выносит подсудимому приговор. – И все, прекратим спор!

Эта гневная речь привела Эрику в такое негодование, что она чуть было не вспылила, но вовремя сдержалась. И почему, как только они поженились, Данте стал совсем другим? Теперь его не узнать! И это тот самый человек, которого она любила? Впрочем, то, что он собирается держать ее на плантации, – вполне разумное решение, против этого она не стала бы возражать. Однако язвительное замечание в адрес Эвери Беннета подстегнуло ее любопытство, и Эрике очень захотелось узнать, чем это отец так насолил Фаулеру. Этот вопрос не давал ей покоя с того самого момента, когда во время свадебной церемонии Данте, услышав ее фамилию, застыл словно громом пораженный.

– Я требую, чтобы ты мне сказал, что имеешь против моего отца, – заявила Эрика. – Где вы встречались? Я никогда не слышала, чтобы ты произносил его имя.

– На то были свои причины, – ухмыльнулся Данте. – Когда в следующий раз встретишься с отцом, сама спроси его, что между нами произошло. – Он с трудом встал. Голова болела невыносимо, и Данте попытался держать ее прямо, надеясь, что хотя бы в этом положении ему будет полегче. – О Боже, ну и денек сегодня выдался! Хуже не придумаешь.

Эрика негодующе фыркнула, отнеся последнее замечание Данте на счет их женитьбы.

– Поверь, для меня это тоже не самый счастливый день. – И, пожав плечами, добавила: – Нужно мне было выброситься за борт, как только я попала на твой пароход!

Данте решил выйти на палубу подышать свежим воздухом. С издевательской усмешкой он направился к двери, бросив по пути:

– Жаль, что ты боишься высоты.

Эрика вперилась ему в спину мрачным взглядом. Ну и тип! Недаром у нее было предчувствие, что от их женитьбы ничего хорошего ждать нельзя. И зачем она только согласилась выйти за него замуж? Данте, делая ей предложение, явно что-то задумал, не зря ведь так настойчиво ее уговаривал. И теперь, когда она стала его женой, собирается претворить в жизнь неведомые ей планы. У Эрики было предчувствие, что планы эти ей не понравятся. Да, нужно было десять раз подумать, прежде чем соглашаться стать его женой, но она, как всегда, дала волю чувствам. И теперь наверняка лучшую часть жизни будет расплачиваться за свою ошибку. Усевшись на стул и угрюмо уставившись в стену, Эрика ругала себя на чем свет стоит. Когда этот негодяй Данте появился в ее жизни, ослепив ее своей обольстительной улыбкой, она, похоже, окончательно лишилась способности хоть как-то соображать.

Часть четвертая

Никогда мы не обманываемся так легко, как тогда, когда воображаем, что обманываем других.

Глава 12

На рассвете небо потемнело, в любую минуту мог хлынуть дождь, однако Эрика решила потихоньку сбежать с плантации. Момент выдался удобный. Данте как раз не было дома: объезжал свои хлопковые и рисовые поля. В течение двух дней счастливые молодожены пребывали в состоянии военного противостояния, стараясь держаться друг от друга на расстоянии. Обменивались лишь короткими фразами, да и то обращались друг к другу только в случае крайней необходимости. Когда с визитом пришел Эллиот, Эрика была очень рада его видеть. По крайней мере можно спокойно поговорить, не опасаясь, что тебе скажут какую-нибудь гадость. Данте – мастер на всевозможные язвительные замечания и угрожающие взгляды, которые действуют на нервы. И все-таки Эрика понимала, что по-прежнему любит этого зеленоглазого негодяя. Именно поэтому решила предпринять эту поездку одна. Предаваясь грустным размышлениям, она пришпорила лошадь.

Вскоре Эрика уже подъезжала к галантерейному магазину, принадлежавшему тете.

– Эрика? Это ты? – воскликнула Лилиан, когда на пороге возникла ее племянница. – Боже правый! Да ты еще прелестнее, чем в тот день, когда я видела тебя в последний раз… если такое вообще возможно!

Эрика порывисто обняла толстушку тетю и, чуть отстранившись, окинула ее оценивающим взглядом. Наверняка мама была бы такой же жизнерадостной и красивой, как и старшая сестра, если бы не умерла после рождения сына.

– Вы отлично выглядите, тетя Лилиан, – заметила Эрика.

– И пребываю в добром здравии и хорошем настроении, – подхватила Лилиан, провожая Эрику в гостиную, расположенную за торговым залом. – Присмотри за магазином вместо меня, Мэделайн, – попросила она седовласую женщину, скромно сидевшую в углу рядом с какими-то мешками.

Налив две чашки чая, Лилиан уселась в обитое бархатом кресло-качалку и с любопытством уставилась на Эрику.

– Что привело тебя в Натчез? Последний раз, когда я видела твоего отца, он сообщил мне, что ты скоро выходишь замуж. Не ожидала, что ты приедешь ко мне сейчас, когда наверняка идет подготовка к свадьбе.

– Я уже вышла замуж, – объявила Эрика, улыбнувшись, хотя настроение у нее было хуже некуда.

– Ну и ну! – воскликнула Лилиан. – Другая на моем месте смертельно обиделась бы, что ее не пригласили на свадьбу, но я вас прощаю. Ничего другого от твоего отца и ожидать было нельзя.

Эрика давно чувствовала, что между Лилиан и отцом отношения какие-то натянутые. Внешне это ни в чем не проявлялось, но когда им случалось оказаться в одной комнате, Эвери становился сам не свой.