Андреа Кейн - Сокровенное желание

– Потом. Не сейчас. Я не продержусь так долго. – Он стал целовать шею Александрины, пока она не застонала от удовольствия. – Ах, Алекс, Алекс! Я весь горю от желания.

Его губы заскользили вниз, пока не достигли ее груди. Алекс почувствовала жар во всем теле. А когда Дрейк взял губами ее сосок, Александрина вскрикнула, изгибаясь всем телом, а ее голова заметалась по подушке.

Услышав ее сдавленный стон наслаждения, Дрейк почувствовал, что Алекс готова.

– Пора, милая! Иди ко мне.

С этими словами он ринулся вперед, окончательно овладевая телом жены.

Острая боль пронзила Александрину, заставив ее вскрикнуть. Алекс вся напряглась и убрала руки, которыми только что гладила спину Дрейка. Она положила руки на грудь мужа и, упираясь, попыталась его оттолкнуть.

Дрейк понял боль Александрины и ее замешательство. Он знал, что ему нужно ободрить жену, успокоить, но он на миг потерял дар речи и боялся пошевелиться. Сделав паузу, он стал целовать ее волосы и нежно поглаживать бедра.

– Не оставляй меня сейчас, любимая, – прошептал он. – Обещаю, впереди нас ждет блаженство. – Он вдохнул запах ее волос. – Я подожду тебя, милая, пока ты не привыкнешь к своим ощущениям.

Дрейк почувствовал, что Александрина постепенно успокоилась и расслабилась. Боль стихла, а желание вспыхнуло с новой силой. Последний барьер был сметен, уничтожен всепоглощающей волной желания. Безрассудная страсть овладела ими обоими. Дрейк лихорадочно покрывал жадными поцелуями ее лицо, шею и грудь, прижимая Александрину к себе как безумный.

– Дрейк! О, Дрейк! – в беспамятстве шептала Алекс. Ее голова бессильно откинулась. Она тяжело дышала, задыхаясь от желания и умоляя Дрейка положить конец этой сладостной муке, терзавшей ее тело и разрывавшей на части душу.

И он подчинился ее страстной мольбе.

– Алекс... – наконец вырвалось из его груди. – Сейчас, милая, это случится сейчас!

Александрина открыла глаза. Ей показалось, что время на мгновение остановилось, и она вдруг отчетливо поняла, что любит своего мужа. Она снова закрыла глаза, а потом закричала, целиком отдаваясь жаркому экстазу, от которого содрогалось все ее тело. Она прижалась ртом к плечу Дрейка, ощущая соленый пот и умирая в его объятиях.

Дрейк наклонился над ней, напрягая каждый мускул своего тела. Наконец, когда напряжение достигло предела, его тело взорвалось, изливая в Алекс мощный поток мучительного наслаждения.

У Дрейка не осталось и тени сомнения в том, что, несмотря на свою репутацию умелого и сдержанного любовника, он окончательно пропал. Впервые за свою жизнь он не мог ни думать, ни дышать, ни сдерживаться, ни оставаться неуязвимым. Все, что он был в состоянии сделать, – это сдаться душой и телом на милость единственной женщины, которая пробила стену его самозащиты.

На милость его жены.

Глава 15

– Что-то уж чересчур тихо, капитан.

Смитти сложил руки на груди, всматриваясь в озерную даль. Его обветренное лицо выражало беспокойство.

– Очень напоминает затишье перед бурей.

И это была правда.

Шел второй день их плавания. На озере Онтарио не было замечено никаких кораблей. Напротив, все вокруг казалось таким спокойным.

– Это меня не очень-то беспокоит, Смитти, – ответил Дрейк, который в этот момент стоял за штурвалом. – Вроде бы начало войны обозначено только на бумаге. Официально провозглашенное начало военных действий пока без признаков кровопролития. Вспомни, ведь на то, чтобы весть о войне достигла Йорка, ушло целых девять дней. Многие канадцы до сих пор даже и не подозревают о том, что началась война. Я хотел покинуть Йорк как можно скорее, пока не возникла всеобщая паника и не начались боевые действия.

Смитти кивнул.

Погода благоприятствовала. Ярко-голубое небо и кристальные воды озера Онтарио сверкали на солнце, а сильный западный ветер подгонял их к реке Святого Лаврентия.

Смитти немного расслабился.

– Как бы там ни было, капитан, еще засветло мы прибудем в Кингстон.

– Да, я тоже на это надеюсь. Чем быстрее мы минуем американские воды, тем с большим облегчением я вздохну.

– Но перед этим нам нужно преодолеть довольно значительное расстояние, – напомнил Смитти капитану. – Эти недели будут сопряжены с опасностью. Я молюсь, чтобы мы смогли благополучно вернуться в Лондон.

– Вернемся. – Это прозвучало как констатация факта. – Люди и оружие готовы, если вдруг возникнет такая необходимость?

– Разумеется, капитан.

Дрейк еще сильнее сжал штурвал.

– Значит, ничто не остановит нас на нашем пути.

– Я вижу, вы решительно настроены защитить ее, – улыбнулся Смитти.

Дрейк удивился:

– Я всегда защищал «Прекрасную мечту».

– Я имел в виду вашу жену, а не «Мечту».

Дрейк посветлел лицом. Его черты заметно смягчились, что не ускользнуло от внимания наблюдательного Смитти.

– Да, Смитти, я сумею защитить Александрину. В конце концов, это мой долг.

– Разумеется, капитан, – уверенно ответил Смитти.

Дрейк понимал, что не сможет обмануть своего старого товарища, вскользь упоминая имя Александрины. Но он не хотел ни с кем обсуждать свою жену. Черт возьми, и так собственные чувства к ней вызывали у него массу беспокойства, которое он старательно пытался преодолеть.

До вчерашней ночи Дрейку еще удавалось сохранять самообладание, но теперь все изменилось. Он не мог успокоить и потушить яркое пламя, которое пылало в его сердце. Эта ночь только подлила масла в огонь, и языки пламени поднимались все выше и выше. Тело его горело. И воспламенилось что-то в его душе. Что-то очень важное. Его это совсем не радовало. Внутренний голос вопил от страха, предупреждая Дрейка, что он становится уязвимым.

Александрина не сдерживала своих порывов. Несмотря на страх и неопытность, она словно раскрылась, превратившись в его объятиях в прекрасный цветок. Она отдала ему свою невинность и пробуждающуюся страсть... Когда спустя некоторое время Алекс заснула, Дрейк внимательно рассматривал ее лицо, пытаясь понять глубину ее чувств. Он с трудом поборол внезапно возникшее желание разбудить ее и снова заняться с ней любовью...

Проспав несколько часов, Дрейк с трудом оторвал себя от теплого мягкого тела жены, оделся и вышел на палубу. Он пытался понять чувства, которые испытал этой ночью.

Дрейк точно знал, что эта ночь с Алекс сделала его еще более зависимым от нее. Он сходил с ума от страха, что никогда не сможет оторваться от нее и избавиться от этого влечения.

– Смитти, ты еще не видел сегодня Александрину? – внезапно спросил он.

– Нет, капитан. Когда я вышел из своей каюты, леди Александрина все еще спала.