Розалинда Лейкер - Золотой тюльпан. Книга 1

— Кто она? — хрипло спросил Людольф.

— Это я скажу только тому, кто купит картину, — с вызовом сказал Виллем.

— Черт возьми! Вы ведь знаете, что ее куплю я!

Людольф вскочил и подошел к картине совсем близко, чтобы получше рассмотреть лицо девушки.

— Мне предлагают более высокую цену, чем ваша.

Людольф устремил на де Хартога горящий взгляд:

— Назовите свою цену.

Виллем ухмыльнулся про себя. Это была его лучшая сделка за последние годы.

Когда на следующий день Виллем пришел к Хендрику, то не мог забыть его грубые слова, сказанные во время последней встречи. Однако художник встретил его как ни в чем не бывало и приветливо поздоровался. Он только с обидой пожаловался на мизерную цену, за которую Виллем продал «Нищего и бриллиант».

— Зато я только что заключил сделку, которая полностью вознаградит тебя за неудачу с «Нищим», — сказал Виллем.

Они находились в семейной гостиной, где де Хартог и нашел Хендрика, сидящим на стуле у камина. Это был верный признак того, что он забросил работу и снова проводит все свое время за игрой в карты и кости.

— Что, «Богиня весны»? — в глазах Хендрика засветился живой интерес.

— Да, тебе будет приятно узнать, что мои труды увенчались успехом и к нам в сети попала очень крупная рыба.

Хендрик вместе со стулом подвинулся к Виллему:

— Сколько?

Виллем был исполнен решимости заставить друга отдать Франческу в ученицы Яну Вермеру.

— Достаточно, чтобы заплатить за два года учебы твоей старшей дочери, включая плату за жилье и еду. Можно еще купить Франческе целый сундук новых нарядов. Но даже после этого останется сумма, в два раза больше той, что мне удавалось когда-либо выручить от продажи твоих картин.

Откинув голову назад, Хендрик расхохотался. У него был вид победителя. Госпожа Фортуна снова ему улыбалась. Недавно он выиграл в карты, а теперь на него свалилось целое состояние. Хендрик с довольным видом похлопывал себя по коленям.

— Молодец, Виллем! Мы с тобой немного повздорили, но сейчас я снимаю перед тобой шляпу. Когда ты хорошенько поразмыслишь и призовешь на помощь всю свою изобретательность, то прекрасно справляешься с таким тонким делом, как продажа картин великого мастера!

Виллем криво усмехнулся, глядя на довольного собой Хендрика и слушая его хвастливые слова. Однако в душе он чувствовал горечь от того, что этого бесспорно талантливого художника нельзя было причислить к великим мастерам.

— У меня есть для тебя еще одна хорошая новость.

— Да?

— Да, картину покупает богатый корабельный маклер. Его зовут Людольф ван Девентер. Он хочет заказать тебе свой портрет.

Лицо Хендрика помрачнело. Он опустил голову и беспокойно заерзал на стуле. Сейчас Хендрик напоминал Виллему загнанного в угол быка.

— Видишь ли, я не уверен… Ты же знаешь, что я терпеть не могу писать портреты на заказ.

Виллем это прекрасно знал. Хендрик лишился многих заказов, так как кричал на заказчиков, а потом и вовсе бросал работу, говоря, что ему надоело смотреть на их физиономии.

— Что ж, придется сделать над собой усилие.

Если ты постараешься, то на долгие годы получишь богатого и могущественного покровителя. Ван Девентер купил и твою миниатюру с изображением троянского воина. Видишь, твои работы его заинтересовали.

— Хмм-м. — Хендрик оперся рукой о подлокотник кресла и почесал подбородок. — А что он из себя представляет?

— Это человек, который всего добился в жизни сам, а теперь, достигнув зрелого возраста, хочет вкусить плоды своих тяжких трудов. Почему бы тебе не пригласить его на ужин? Его супруга не сможет прийти, так как она все время болеет и никуда не выходит. Вы проведете вместе вечер, и ты сам решишь, принять ли его предложение.

— Думаю, это хорошая мысль, — сказал Хендрик неуверенно. — Говоришь, он очень богат?

— Да, очень.

Хендрик тяжело вздохнул:

— Видишь ли, я много раз думал, что должен дать шанс и Алетте, если, конечно, ее работы этого заслуживают. Сейчас она ото всех прячется и никому не показывает свои картины. Но ведь у нее такой возраст…

— Алетта всегда казалась мне очень разумной и рассудительной. И работы ее очень интересные. Когда ты поправишь свои дела, нужно и ее послать учиться.

— Ну, тогда я, пожалуй, приглашу ван Девентера.

— Да, вот еще что. Я скоро отправлюсь осматривать мастерские во всех провинциях и заеду в Делфт, чтобы решить вопрос об учебе Франчески у Яна Вермера. Это надо решать с Комитетом Гильдии, поэтому прошу тебя ничего пока не говорить Франческе. Не дай Бог произойдет что-либо непредвиденное.

— Ты прав. Я не скажу ни слова, пока ты не вернешься из Делфта с хорошими вестями.

Покидая дом Хендрика, Виллем был в полной уверенности, что сделал все наилучшим образом.

Глава 7

Алетта сидела в приемной и поджидала Питера. Девушка никак не могла отдышаться, так как часть дороги ей пришлось бежать, чтобы успеть к месту встречи до закрытия биржи. Она вышла из дома заблаговременно, но встретила на улице соседку, фрау Зегерс, которая была беременна. После оттепели улицы стали предательски скользкими, и женщина упала. Алетта бросилась ей на помощь, а затем проводила до дома. На это ушло довольно много времени, но все же ей удалось прибежать вовремя, и в запасе оставалось пятнадцать минут.

Она недовольно посмотрела на оборки своих юбок. Ее опасения оказались ненапрасными, юбки волочились по мокрой дороге и теперь были заляпаны грязью. И все же, несмотря на массу неудобств, оттепель наступила весьма кстати. Еще в феврале стали появляться первые пурпурные крокусы и возобновилось движение на лодках, которое было приостановлено на период холодной зимней погоды. Правда, сейчас зимы не были такими суровыми, как в прошлом столетии, когда каналы иногда оставались замерзшими до конца марта. До тепла было еще далеко, но с каждым днем солнце набирало силу, как будто готовясь к встрече весны.

Алетта была в приемной одна, но она отчетливо слышала гул голосов, доносившийся откуда-то изнутри. Девушка попросила посыльного вызвать Питера. Она перевела взгляд на окно под потолком, выходившее в помещение биржи. Было интересно хоть одним глазком взглянуть, что происходит в этом святилище, куда допускаются только мужчины. Любопытство взяло верх над благовоспитанностью. Взбираясь на скамью, стоявшую под окном, Алетта говорила себе, что поступает сейчас не лучше Сибиллы.

Девушка приподнялась на цыпочки и уже хотела заглянуть в окно, как вдруг дверь в приемную широко распахнулась, и вошел статный, красивый, темноволосый юноша в широкополой шляпе с красными перьями. Алетта сразу заметила, что костюм незнакомца был сшит по последней моде. Девушка покраснела до корней волос, как будто бы ее застали за чем-то постыдным. От смущения Алетта была готова провалиться сквозь землю. Однако незнакомец не усмотрел в ее занятии ничего плохого и одобрительно улыбнулся, глядя на девушку веселыми, зеленовато-серыми глазами.