Мэри Патни - Демонический барон

Джейсон судорожно вздохнул, начиная понимать, куда она клонит. Джессика окинула его задумчивым взглядом и продолжила:

— Я поклялась себе, что не покорюсь ему и выйду замуж только по любви. Когда мы познакомились, отец готовил меня — под надзором тетки — к выходу в свет. Я поняла, что ты тот, о ком я мечтала; мне было хорошо и легко с тобой, как ни с кем другим. Мне казалось, что то же испытываешь и ты. И когда ты сделал мне предложение, я хотела лишь одного — услышать от тебя слова любви. О твоем состоянии и титуле я ровным счетом ничего не знала и не желала знать. Мое девичье сердце ждало нежных слов и клятв в вечной верности. Да, я стала бы твоей, если бы ты признался тогда мне в любви…

— А я лепетал, что ты самая красивая девушка на свете, — перебил ее Джейсон, взяв за подбородок и заглянув в глаза, — и не нашел слов, чтобы выразить свои чувства. Правда, я предложил тебе стать моей женой и обещал окружить вниманием и заботой. Позволь мне исправить ошибку, Джессика. Я всегда любил тебя одну! Ты сводишь меня с ума своей красотой. А за то, что ты такая лихая наездница, я люблю тебя еще сильнее! — Он подкрепил эти слова долгим и нежным поцелуем. — Я ведь тоже вырос в семье, где любовь ничего не значила. Я был младшим сыном, поэтому на меня смотрели лишь как на «запасного» наследника. У меня было незавидное положение в обществе и скромное состояние. Поэтому я не смел поверить, что интересен такой, как ты, и предложил тебе то немногое, чем располагал. Если бы я только знал, что ты хочешь любви! Ведь чувство переполняло меня! Но я был слишком молод и неопытен. — Джейсон наклонился и снова нежно поцеловал ее. — В ту пору мне все равно не хватило бы ни слов, ни решительности, ни опыта, чтобы выразить чувства, сказать, как страстно я желал и любил тебя.

— Я поняла это, — усмехнулась Джессика, — но слишком поздно. А тогда, услышав совсем не то, чего страстно ждала, я не совладала со своим бешеным нравом и наговорила тебе гадостей. Потом я долго носилась верхом на лошади, пытаясь разобраться в случившемся. Наконец, поняв все, прискакала к твоему дому. Но тебя там уже не оказалось — ты уехал.

— Как, значит, ты была у дома Лонгфорда? Впервые об этом слышу, — искренне удивился Джейсон. — Но я покинул его лишь через два часа после того, как ты отвергла мое предложение. Мне трудно было находиться поблизости от тебя. Наверное, ты не знала, куда мне написать…

— Я знала о тебе очень мало, — покачала головой Джессика. — А навести справки не решилась: дворецкий, сообщивший мне о твоем отъезде, всем своим видом давал понять, что думает о развязных девицах, осмеливающихся посещать джентльмена без компаньонки. Поняв, что ты возненавидишь меня, я готова была рвать на себе волосы от отчаяния. Зная, что ничего уже не исправить, я подчинилась воле отца и поехала в Лондон. Я надеялась не полюбить, а рассеяться на балах. Ко мне сваталось много состоятельных господ, однако отцу казалось, что ни один из них не достоин меня, и он отказывал всем поклонникам. — Джессика лукаво усмехнулась. — Он так и не узнал, однако, что один наследный герцог пренебрег правилами и сделал мне предложение, не переговорив предварительно с ним. Отца хватил бы удар, прознай он, что я отвергла его. Мне делали предложения и другого свойства, причем два герцога — члены королевской семьи.

— Позволь мне угадать их имена.

— Настоящая леди никогда не хвастает своими победами! — Джессика шутливо погрозила ему пальчиком. — В ту весну я познакомилась с Джоном Стерлингом. Мы подружились. Он тогда был в чине капитана. Выяснилось, что Джон родом из Уилтшира, живет неподалеку от усадьбы Ханскомбов и знает меня с давних пор. Светский сезон уже походил к концу, когда Джон сказал, что я всегда нравилась ему и он только ждал, пока я вырасту. Я ответила, что люблю другого, но он заявил, что твердо решил жениться на мне. — Джессика вздохнула. — В ту пору я очень нуждалась в любви. Отец возражал, но я настояла на своем и поклялась, что убегу из дома, если он не благословит наш брак. Отец испугался и оставил меня в покое. Мы с Джоном поженились и вскоре покинули Англию. Муж многому научил меня. Он был само великодушие, никогда не требовал от меня больше, чем я готова была ему дать. Со временем и я полюбила его, конечно, не так страстно, как тебя. — Джессика поднялась. — И вот я здесь, с тобой. И очень благодарна судьбе за то, что она позволила мне объясниться и попросить у тебя прощения.

Джейсон схватил ее за руку и снова усадил рядом с собой.

— Неужели ты собираешься покинуть меня после всего, что произошло? Неужели считаешь, что я позволю тебе вновь уйти из моей жизни?

Джессика пристально посмотрела в его темные глаза.

— Возможно, при иных обстоятельствах я и согласилась бы стать твоей любовницей. Но не теперь, когда ты женишься на моей племяннице. Я слишком уважаю Каролину…

— К дьяволу Каролину! — вскричал Джейсон. — Я хочу жениться на тебе! Разве ты не любишь меня?

В голосе барона явственно звучала мольба и решимость.

Джессика коснулась красивого лица Джейсона. Его густые нахмуренные брови, так пугавшие Каролину, загорелая и обветренная кожа и неожиданно теплые губы очень нравились ей.

— Но ведь ты предназначен другой!

— Я знаю, что только женщина вправе расторгнуть помолвку, и всегда находил это неестественным. Но мне безразлично, как отнесутся к этому окружающие. А разве для тебя это имеет значение?

Он поцеловал ее ладонь.

Джессика вздохнула и отняла руку.

— Лично мне наплевать на сплетни, но я не хочу портить репутацию дочери.

— У Каролины тоже могут возникнуть осложнения, но ей, кажется, до этого мало дела. По-моему, папаша торгует девушкой, как твой когда-то продал ее матушку.

— Отчасти ты прав. Сэру Альфреду нужны деньги, из-за этого Каролина и дала согласие.

— Она согласилась выйти за людоеда из-за денег? — поморщился барон, с недоверием глядя на Джессику.

— Каролина совершенно равнодушна к богатству, я это точно знаю. Но она души не чает в своей сестре Джине, а родители сказали, что не отдадут ту за Гидеона, если Каролина не выйдет за тебя.

— Значит, ее принесли в жертву чудовищу ради счастья сестры! Да пусть сэр Альфред заберет эти проклятые деньги и оставит несчастную Каролину в покое! Я готов на это ради нашей любви.

— Ты знаешь, что это невозможно!

— Отчего же? Деньги — мои, и я могу распоряжаться ими по своему усмотрению. Или ты полагаешь, что такой расход не позволит мне в должной мере обеспечить тебя?

— Если бы все ограничилось только расходами или скандалом, я вышла бы за тебя завтра же! Но дело зашло чересчур далеко. Ты заметил вчера, как выглядела Каролина?