Джулия Энн Лонг - Соблазн и страсть

— Нисколько в этом не сомневаюсь, дорогая.

— Поверь, Рис, мне жаль, что я невольно огорчила тебя. Но я просто хотела…

— Хотела помочь. Я понимаю. Да, прости меня, Сабрина. Я кое-что упустил из виду. Забыл, что тебе надо назначить денежное содержание. Я обязательно напишу моему поверенному, чтобы он оформил соответствующие бумаги. Если захочешь, то можешь потратить все свои деньги на ковры, — добавил он, снова рассмеявшись. Потом окинул жену внимательным взглядом и спросил: — Значит, модистка уже побывала здесь?

— Да, уже побывала. — Сабрина взглянула на свое вишневое платье.

— Теперь ты выглядишь как настоящая графиня…

— Но ведь ты именно этого и добивался, не так ли? Граф тотчас же изменился в лице — оно вновь стало непроницаемым, и Сабрина, немного смутившись, поспешно добавила:

— Все эти платья такие красивые!..

— Они действительно тебе нравятся? — Он как-то странно посмотрел на нее.

— Да, конечно. Они гораздо красивее тех нарядов, которые у меня были раньше. Спасибо тебе за твою щедрость, Рис. Я даже не знала, что мне идет, а что нет, но мадам Марсо — замечательная модистка. Она помогла разобраться.

— У тебя уже есть камеристка? — спросил он неожиданно. — Ты можешь попросить миссис Бейли, чтобы она направила к тебе несколько девушек для просмотра.

— Но я… — Сабрина хотела сказать, что привыкла раздеваться и одеваться самостоятельно, но вовремя вспомнила о том, как муж относится к своему положению в обществе. Заставив себя улыбнуться, она ответила: — Да, я обязательно переговорю с миссис Бейли.

Рис коротко кивнул и снова окинул ее внимательным взглядом. Потом вдруг чуть приподнялся и, вытянув руку, осторожно провел пальцами по вырезу ее платья.

— У тебя такая нежная кожа… — прошептал он. Его пальцы словно обожгли ее кожу, и она, затрепетав, закрыла глаза.

Сабрина почувствовала, что не может противиться мужу — не может противиться его ласкам. Но как же все просто… и как несправедливо: всего одно прикосновение — и она уже в его власти! А он вдруг поднялся с дивана и, взяв ее за плечи, внимательно посмотрел ей в глаза. Потом провел ладонью по ее груди и, наклонив голову, прижался губами к отвердевшему соску. И в тот же миг из горла Сабрины вырвался восторженный крик — даже сквозь шелк платья она чувствовала его горячий поцелуй, чувствовала так, словно на ней-вовсе не было платья.

А Рис чуть отстранился и осторожно потянул вниз лиф, полностью обнажая ее грудь. Затем снова припал губами к соску, целуя его и легонько покусывая.

«О Боже!» — промелькнуло у Сабрины; у нее перехватило дыхание, так что она даже застонала. Ей хотелось, чтобы это продолжалось бесконечно, но Рис вдруг выпрямился и, заглянув ей в глаза, сказал с веселой улыбкой:

— Интересно, ты обновила весь свой гардероб? — В следующее мгновение он задрал ее юбки, чуть ли не до талии и усадил ее на диван. — О, какие у тебя чудесные шелковые чулочки!

— Но ведь прислуга… — прошептала она, задыхаясь.

— Кажется, кто-то меня уверял, что сюда никто не заходит, — сказал он со смехом.

Сабрина тоже рассмеялась; она нисколько не сомневалась, что ее ждут восхитительные наслаждения.

— Я хочу кое-что тебе показать, дорогая, — сказал Рис неожиданно.

Сабрина посмотрела на него с некоторым удивлением.

«О чем он? — думала она. — Ведь я и так все знаю… И вообще, почему он медлит?»

Но оказалось, что она знала далеко не все. Во всяком случае, она никак не ожидала того, что произошло в следующее мгновение.

Внезапно присев перед ней, Рис коснулся языком сокровенной части ее тела, той, где пылал огонь желания. И ей тотчас же почудилось, что теперь уже вся она вспыхнула, объятая жарким пламенем. Дыхание же вновь перехватило, и Сабрине показалось, что она вот-вот задохнется от нахлынувшего на нее возбуждения, казалось, что она не выдержит этой сладостной пытки. А губы Риса все сильнее прижимались к ее лону, и Сабрина, утопая в блаженстве, мысленно восклицала: «Ах, откуда он все знает?! О, только бы он не останавливался!»

В какой-то момент она вдруг снова вспомнила про слуг, но теперь ее это уже нисколько не волновало. К черту слуг! Пусть заходят! А если им захочется, то они даже могут взять кресла и сесть в них, чтобы им было удобнее смотреть…

Откинувшись на спинку дивана, Сабрина закрыла глаза и вдруг громко вскрикнула, содрогнувшись всем телом. Почувствовав, что Рис отстранился от нее, она открыла глаза и увидела, что он смотрит на нее с восхищением и… пожалуй, даже с некоторым удивлением. «Наверное, на моем лице сейчас точно такое же выражение», — подумала она неожиданно. А Рис, улыбнувшись, оправил ее юбки, спустив их вниз, затем уселся на диван с ней рядом. Какое-то время он молчал, потом вдруг криво усмехнулся и проговорил:

— А теперь, если не возражаешь, я пойду.

После всего произошедшего, его слова показались ужасно обидными. Она взглянула на него в полной растерянности. Но все же нашла в себе силы улыбнуться и ответить:

— Как вам угодно, милорд.

Он тут же поднялся на ноги и, коротко кивнув ей на прощание, вышел из комнаты.

Несколько минут Сабрина в изумлении смотрела на закрывшуюся за мужем дверь. Потом с вздохом встала с дивана и тоже вышла из комнаты.

Граф заперся в своем кабинете, сказав, что должен заняться неотложными делами. И он не сообщил, когда выйдет оттуда, так что Сабрина уже начала опасаться, что муж просидит в одиночестве до самого вечера. Однако в середине дня к ней подошла миссис Бейли.

— Миледи, лорд Роуден приглашает вас отобедать вместе с ним, — сказала она.

Сабрина с удивлением посмотрела на экономку:

— Приглашает отобедать?..

— Совершенно верно, миледи, — ответила миссис Бейли, с невозмутимым видом.

«Быть приглашенной на обед у себя в доме собственным мужем — не очень-то это приятно», — думала Сабрина. Кивнув экономке, она ответила:

— Передайте графу, что я с удовольствием принимаю приглашение.

Перед обедом она переоделась. Искусство мадам Марсо было выше всяческих похвал, и казалось, что глаза Сабрины сверкали как изумруды на фоне чудесного пурпурного платья с приподнятым корсажем и глубоким вырезом, из-за которого соблазнительно выступала ее высокая полная грудь.

Посмотрев на себя в зеркало, Сабрина невольно улыбнулась; она нисколько не сомневалась, что ее уловка не ускользнет от зорких глаз мужа.

— Уиндем как-то обмолвился, что вы с ним, когда воевали, дышали… поэзией войны. Да, кажется, именно так он выразился.

Рис молча посмотрел на жену. Тема была довольно необычная для беседы за обеденным столом, и он не торопился с ответом. Наконец, усмехнувшись, проворчал: