Анна Делайл - В твоей власти

– Могу я предложить тебе молока?

– Спасибо. – Клементина подняла глаза и подрагивающими руками приняла от мужа горячий напиток. – А в-вы уже поели? – спросила она.

– Нет. Я не думал, что ты проснешься в такую рань, спускался вниз и по дороге встретил Сару, – объяснил Джейми. – Но раз ты встала, мы можем приказать, чтобы нам подали что-нибудь сюда наверх. Если, конечно, ты не хочешь спуститься в зал.

– Да. То есть я хочу сказать: конечно, нет. М-может быть, нам следует сойти вниз? Все же м-могут задуматься, где мы. – Клементина отвела глаза и залилась краской. Трудно было четко излагать мысли под ласкающим взглядом Джейми. Неужели она теперь была обречена постоянно краснеть в его присутствии? И хуже того, он даже не пытался скрыть, как это его забавляет.

– Клементина, ты же знаешь, что никто не встает так рано, как ты и я. Никто не обратит внимания, если мы проведем здесь половину утра. Однако если хочешь, если ты предпочитаешь, я буду рад сопроводить тебя вниз. Тебе нужна Сара, чтобы помочь одеться? Или… – он обвел быстрым взглядом ее фигуру, – или же я могу сегодня исполнить ее обязанности?

Клементина сама удивилась своему смущению. В конце концов, после прошлой ночи Джейми знает каждый дюйм ее тела… Но почему-то в ясном свете дня ее застенчивость, полностью отброшенная ночью, вновь вернулась с необычайной силой. Однако Клементине страшно хотелось угодить Джейми, и эта решимость стать ему хорошей женой придала ей отваги. Она кивнула, соглашаясь, тем самым несказанно удивив Джейми.

– Т-ты отлично с-справишься.

Скользнув на край постели, она выскочила из-под одеяла и торопливо потянулась за халатом, так что Джейми смог лишь мельком увидеть ее стройную наготу.

Ему не нужно было повторять дважды. Он быстро, как кошка, обогнул кровать и помог Клементине набросить розовый атласный пеньюар. С игривой заботой он завязал ленты у ворота, причем его пальцы как бы ненароком касались сливочной гладкой кожи. Он не ожидал, что Клементина согласится на его предложение помочь ей одеться, и был приятно этим удивлен. Значит, она старается преодолеть свою робость перед мужем.

Взгляды их встретились, и Клементина улыбнулась Джейми. Улыбнулась легкой смущенной улыбкой, лишь слегка приподнявшей уголки ее рта. Джейми принял эту улыбку за приглашение и, не тратя времени, приник к ее губам. Он ощутил вкус меда, которым было подслащено молоко, и пробежал языком по ее теплым и нежным, манящим, таким приятным губкам. Его пальцы ловко распустили ленты ее халата, позволив легкому одеянию соскользнуть на пол. Не отрываясь от ее рта, Джейми повлек Клементину обратно к постели, а когда дальше идти было некуда, бережно опустил на покрывало. Затем с невыразимой нежностью он принялся вновь разжигать страсть, слившую их воедино прошлой ночью.

Дело шло к середине дня, когда Джейми и Клементина наконец покинули спальню. Они начали рука об руку спускаться по лестнице, и тут Джейми неожиданно повернул к своей комнате, где обычно проводил деловые переговоры.

– Мне не хочется портить это чудесное утро, Клем, но теперь, когда ты совсем оправилась, нам нужно кое-что обсудить, – произнес Джейми, плотно закрывая за ними дверь.

– Что же такое важное ты собираешься обсуждать со мной, Джейми Камерон? – беспечно откликнулась Клементина. Она пересекла комнату и, подойдя к окну, прижалась щекой к стеклу. – Какая унылая погода. Думаю, скоро пойдет дождь. А может быть, у тебя на уме что-то иное? – И она, обернувшись, кокетливо посмотрела на мужа. Сегодня она ощущала себя совсем другим человеком. Одинокое дитя куда-то исчезло, а вместо него появилась молодая женщина, счастливо уверенная в том, что любимый муж отвечает ей взаимностью. Ну по крайней мере увлечен ею и испытывает к ней привязанность. Такого не скроешь. Возможно, он даже со временем полюбит ее… хотя Клементина подозревала, что такой мужчина нелегко поддастся нежным чувствам.

– Мне жаль, что приходится говорить об этом, – начал Джейми, поглаживая тыльной стороной ладони ее щеку, – но я должен кое-что тебе рассказать.

Клементина сложила ладошки, как послушный ребенок. Улыбка сошла с ее лица. Ей очень не понравился тон мужа, он говорил так мрачно и серьезно. Глаза Джейми, были полны тревоги.

– Сядь рядом со мной. – Он притянул ее к себе на подушку в амбразуре окна. – Я предпочел бы не волновать тебя этим, но боюсь, что теперь, когда ты встала с постели и станешь выходить, я обязан тебя предостеречь. Клем… я не думаю, что твое падение с лошади было случайностью. Я полагаю, что кто-то намеренно хотел тебе навредить. Могу лишь догадываться, что это сделал кто-то обиженный на меня, а тебя просто сочли более легкой мишенью. Я не хочу тебя огорчать, но ты должна быть осторожной. Например, ты не должна уезжать на прогулку без меня. Я вообще думаю, что ты не должна выезжать одна, пока я не разрешу эту проблему.

Джейми протянул руку к щеке Клементины и отвел назад выбившийся локон.

– Можешь не сомневаться, что; пока ты со мной, я никому не дам причинить тебе вред. Я буду защищать тебя ценой жизни.

Клементина успокоилась.

– Джейми, ты не можешь всерьез так думать. Это б-было простое падение с лошади… и не первое для меня. Т-такое может случиться с каждым.

– Нет. Все не так просто. – Джейми поднялся на ноги и, подойдя к письменному столу, открыл один из ящиков. – Вижу, что должен показать тебе кое-что. Это подпруга седла, которым ты пользовалась в тот день. Юный Хэмиш отдал мне его наследующее утро после твоего падения. Он заподозрил – и я должен был с ним согласиться, – что кто-то подрезал ее почти до конца, оставив нетронутой лишь узкую полоску. – Джейми передал Клементине поврежденный ремешок, чтобы она смогла его рассмотреть. – Виновник этого знал, что при быстрой скачке подпруга не выдержит и порвется.

Клементина, не говоря ни слова, помяла в пальцах злосчастный кусочек кожи. Радость, которую она испытывала всего минуту назад, уходила из сердца. Помолчав, она подняла глаза на мужа.

– Нет, Джейми. Я не могу п-поверить в то, что кто-то сделал это намеренно. Подпруга могла просто износиться. Край р-разрыва неровный.

– Да, отрезали не острым ножом, но, по моему мнению, она не могла износиться за один раз. Кроме того, Хэмиш наверняка заметил бы надорванность, когда седлал тебе кобылку в то утро.

– Я ценю твою заботу и тревогу, но не могу с-согласиться, что…

– Твое мнение в этом вопросе не является решающим, – прервал Джейми Клементину, раздосадованный ее возражениями. – Я твой муж. Это дает мне право и обязывает меня делать все для твоего благополучия и защиты. Я запрещаю тебе выезжать верхом без меня, по крайней мере, до того времени, пока я все не выясню. И я не хочу, чтобы ты бродила одна по замку, особенно по отдаленным и запущенным его углам, вроде северной башни, где я как-то тебя застал.