Лиза Клейпас - В мечтах о тебе

Перри побледнел. Сара видела, как в его глазах поднимаются злость и обида, но ничего не сказала.

Задул холодный ветерок. Перри, одетый лишь в рубашку и жилет, задрожал.

– Мне холодно, – пробормотал молодой человек.

И не говоря больше ни слова, он повернулся и поспешил к своему дому, туда, где поджидала его мать.

* * *

Как всегда, вид родного домика, стоящего на невысоком холме, успокоил Сару. В доме было четыре комнаты; накрытая тростниковой крышей уборная находилась в саду. Неподалеку от уборной стоял сарай, в котором держали лошади и телеги. Пожилые родители Сары жили в этом доме почти сорок лет, после того как получили его в наследство от ее дедушки и бабушки. И какие бы беды и неприятности не происходили в их жизни, в этом доме царил мир и спокойствие.

Подойдя к дому, Сара увидела, что во всех окнах ярко горит свет. Это могло означать лишь одно – у них гости. “Ох, как некстати!” – подумала девушка. “Добрые” друзья ее отца могли сидеть у них часами, разговаривая и выпивая несметное количество чашек чаю. Она любила гостей, однако сейчас ей хотелось побыть одной. Но делать нечего! Сложив губы в радостную улыбку, Сара, уверенно толкнув дверь, вошла в дом. Как она и предполагала, все стулья и диван в комнате были заняты гостями – Хьюзами, Браунами… Сидел там и недавно овдовевший Арчи Барроуз.

– Здравствуй, доченька. Что-то ты рано вернулась, – приветствовал Сару Исаак, ее отец.

Он был невысокого роста, с широкими плечами и копной серебристо-серых волос. Увидев дочь, он радостно улыбнулся.

– Отведай-ка пирожков, которые принесла миссис Хьюз.

– Нет, не хочется, спасибо, – сказала Сара, в то время как мать помогала ей снять плащ. – Мне хочется отдохнуть после прогулки.

– Посмотрите! – воскликнула миссис Браун. – У бедняжки щеки совсем покраснели от холода. Сегодня такой противный ветер!

– Да, верно, – пробормотала Сара, решив не объяснять, что это вовсе не ветер, а объяснение с Перри заставило ее щеки пылать огнем.

– Как поживает молодой Кингсвуд? – поинтересовалась одна пожилая дама, и все тут же посмотрели на Сару с величайшим интересом. – Хорош, как всегда?

– Очень, – с усилием выдавила из себя Сара, улыбнулась и отправилась к себе в комнату.

Усевшись на узенькую кровать, девушка скрестила на коленях руки и уставилась на висевшую на стене картину. Эту акварель нарисовала одна ее подруга – Мэри Маркум; она была одного возраста с Сарой, но уже давно вышла замуж за местного кузнеца, и у них было трое чудесных детей. Жалость к себе волной поднималась в сердце Сары – никогда прежде она не чувствовала себя такой одинокой. Стиснув зубы, чтобы не разрыдаться в голос, девушка утерла слезы, рекой струящиеся из глаз.

Тут в комнату вошла Кэти.

– Что случилось? – спросила она, усаживаясь рядом с дочерью.

Хотя лицо пожилой женщины избороздили морщины, ее темно-карие глаза были по-прежнему молодыми и живыми. Серебристые кудряшки весело падали ей на лоб.

– Но… твои гости… – начала было Сара.

– Что ты… Они вполне счастливы, слушая в сотый раз анекдоты твоего отца. Впрочем, некоторые из его побасенок настолько стары, что их сейчас можно выдавать за свежие.

Женщины усмехнулись, но затем Сара с несчастным видом покачала головой.

– Мне кажется, я совершила ошибку, – призналась она и рассказала матери о ссоре с Кингсвудом и о своем ультиматуме ему.

Кэти задумалась, поглаживая руку Сары.

– Почему ты думаешь, что это ошибка? Ты поступила так, как считала нужным. Если будешь слушаться своего сердца, то никогда не ошибешься.

– Не знаю, мама. Еще несколько дней назад мое сердце нашептывало мне весьма странные вещи.

Миссис Филдинг сильно сжала ее руку.

– О мистере Кравене? – спросила она.

Сара изумленно уставилась на нее:

– Откуда ты знаешь?

– Просто я слышала, как ты говоришь о нем. Что-то необычное было в твоем голосе, чего я раньше никогда не слыхала. – Хотя Сара совсем немного рассказала о казино и его владельце, ей следовало бы знать, что Кэти обязательно догадается о большем, чем ей рассказывают.

– Мистер Кравен – весьма порочный человек, мама, – потупившись, пробормотала Сара. – Он совершил много ужасных поступков.

– Но что-то в нем привлекает тебя, не так ли, доченька?

Слезы тихо потекли по щекам девушки.

– Если бы хоть кто-то заботился о нем и любил его, научил бы его еще в детстве отличать хорошее от плохого, то он стал бы замечательным человеком. Замечательным, – повторила Сара.

Она вдруг представила себе, каким бы стал Дерек, родись он в одном из семейств в Гринвуд-Корнерз. Наверняка это был бы красивый упитанный мальчуган с зелеными глазами. И вместе с другими детьми он бы играл, шалил, бегал по их чудесным лугам… Но тут же картина перед ее глазами растаяла, и ей на смену пришла другая – щуплый, забитый ребенок, застрявший в дымоходе. Заломив руки, Сара горячо заговорила:

– Знаешь, управляющий мистера Кравена говорил мне, что его хозяин едва ли не конченный человек. И иногда мне кажется, что это правда.

Кэти внимательно посмотрела на дочь.

– Сара, а мистер Кравен признавался в своих чувствах к тебе?

– Ах, нет! – поспешно ответила девушка. – По крайней мере, вы с папой ни за что бы не одобрили того, что он мне говорил.

Сара залилась краской, и мать удивленно посмотрела на нее.

– Ну конечно, – усмехнувшись, промолвила Кэти, – мы бы, пожалуй, не одобрили… внебрачных отношений, – не совсем уверенно пробормотала она.

Сара запустила пальцы в свои пышные волосы, разрушив простенькую прическу, и вынула шпильки, которые, казалось, впилась ей в кожу.

– Не стоит нам говорить о мистере Кравене, – устало улыбнулась она. – Мне хотелось бы связать свою жизнь только с Перри. Больше я никому не нужна. Но, похоже, и этой возможности устроить свою жизнь у меня теперь нет.

– Не знаю… – задумчиво произнесла Кэти. – Я считаю, что ты поступила верно. В глубине души Перри вовсе не желает всю жизнь провести в обществе своей матери. Ему не стать настоящим мужчиной до тех пор, пока он не начнет жить самостоятельно, без подсказок. По сути, Марта держит его в клетке. И вот что меня беспокоит, доченька: вполне возможно, что вместо того, чтобы вырваться из неволи, он затянет туда и тебя.

– Нет! – вздрогнув, воскликнула Сара. – Я этого не вынесу! Я не смогу жить под каблуком его матери.

– Но тебе об этом стоит серьезно подумать, – мягко сказала Кэти. Благослови вас Господь. – Пожав руку дочери, Кэти тепло улыбнулась ей. – А теперь вытри слезы, деточка, и выходи к гостям. Миссис Браун опять расспрашивала про Матильду, а я вечно забываю, что мне надо ей отвечать.