Мэри Рич - Отважный спаситель

Ник хлопнул по столу ладонью. Черт побери, как же он раньше не додумался до этого! Ведь у него есть ранчо! Он переедет в «Горную долину» и останется там до весны. Ник в задумчивости сделал пару глотков кофе. Его отец построил там дом, когда женился на Маленькой Фаун. Ник бывал там редко, обычно предпочитая компанию деда и Джеффа. Но теперь, когда появилась Саманта…

«Горная долина» отличалась исключительной живописностью. Ранчо располагалось к западу от зимнего лагеря шайеннов, на опушке сосновой и осиновой рощ. С одной стороны, вплоть до подножия иззубренной горной гряды, простирался поросший пышными травами луг. С другой — открывался вид на долину. В ясную погоду Ник мог рассмотреть далеко внизу главное ранчо. Это было пустынное место, куда зимой все проходы и перевалы были перекрыты глубокими снежными заносами. «Надо отправляться немедленно, если я хочу пробраться туда через верхний перевал», — подумал Ник. Отодвинув от себя чашку, он решительно поднялся из-за стола.

Настроение у Ника улучшилось, он, улыбаясь, подошел к мужчине, который был занят мытьем посуды.

— Джо Боб, я собираюсь на ранчо. Приготовь мне запас продуктов, которых хватило бы до весны.

На лице повара появилась щербатая улыбка.

— Конечно, Ник. Сию минуту все сделаю. — Вытерев руки о фартук из мешковины, Джо Боб направился в кладовку.

Зная, что старик наверняка упакует еды в таком количестве, что ее хватит на две зимы, Ник ухмыльнулся. На лошадей он вполне надеялся. Скаут не подведет. Придя в загон, Ник подозвал свистом мерина и крепкую серую лошадь. Оседлав Скаута, приладил вьючное седло серой и привязал обеих лошадей к шесту перед столовой. Затем зашел в дом и достал вьючные мешки из кладовки.

Перекинув их через плечо, он стал подниматься по лестнице, когда услышал мужские голоса, доносящиеся из столовой. Он пошел на цыпочках, желая пробраться в свою бывшую комнату незамеченным. Сердце его гулко стучало, когда он подошел к двери. Ник постучал, однако ответа не последовало. Он открыл дверь и, просунув голову внутрь, с облегчением убедился, что Саманты в комнате нет.

Быстро передвигаясь по комнате, Ник достал тяжелое пальто и прочие вещи, которые ему могли понадобиться. Улыбнувшись, положил в мешок шелковый носовой платок с рыжевато-золотистыми локонами.

Со стены он снял карабин, прихватив две коробки зарядов. Закончив дела, закрыл глаза и вдохнул воздух, ощутив слабый, но явственный запах роз.

— Что ты делаешь, Ник? — раздался с порога голос Саманты.

Он резко обернулся, почувствовав, что дверца западни готова вот-вот захлопнуться.

— Я уезжаю в горы.

«Чтобы обрести свободу», — подумал он.

Саманта посмотрела на сумки, на пальто возле кровати.

— Надолго? — спросила она, широко раскрыв глаза.

— На всю зиму, — ответил Ник, не спуская глаз с ее лица.

— О! — упавшим голосом протянула Саманта. Ник увидел, что зеленые глаза ее наполнились слезами и она быстро заморгала. Нижняя губа у нее задрожала, и пара слезинок скатилась вниз по зарумянившейся щеке.

Проклятие, вот это уже ни к чему! Ник не мог выносить ее слез и рыданий. Он подумал о долгих темных месяцах, когда он не будет ее видеть, не будет слышать ее голоса. О ночах, когда ее не будет рядом и она не будет искушать его, как в тот раз во время грозы. Он судорожно вздохнул.

Сняв перчатки, Ник шагнул к Саманте. Она смотрела на него своими зелеными глазами, полными слез.

— Давай я тебя поцелую.

Подойдя к ней вплотную, Ник обнял ее за плечи и притянул к себе. Их взгляды встретились, он наклонился.

Прижавшись губами к нежным губам Саманты, он просунул язык между ее ровных белоснежных зубов и крепко, яростно поцеловал. Поднял руку и вынул черепаховый гребень из волос. Словно шелк, волосы упали вниз. Когда она стала вырываться, он сунул руку в эту пышную копну, вынудив ее успокоиться. Другая его рука стала шарить по верху голубого ситцевого платья. Он нащупал крохотные пуговицы и почувствовал, как одна из них оторвалась, упала и покатилась по полу.

Саманта била его кулаками в грудь, но он не обращал на это внимания, поскольку перед его глазами стояла картина, как она тянула к нему руки и звала к себе в постель. Усмирив ее неистовым поцелуем, Ник просунул руку под платье, сдвинул нижнюю рубашку и обнажил грудь. Его разгоряченному взору предстали пышные белоснежные округлости. Он сжал одну из них и почувствовал, как ее сосок набухает. Ник стал чертить вокруг него медленные круги, и тот сделался тугим и розовым. Нагнувшись, Ник взял его в рот и принялся посасывать и покусывать, лаская языком.

Саманта застонала, обвила его шею руками и притянула Ника поближе.

Ник проделал с другой грудью то же самое. Когда Саманта стала извиваться от ласк, он оставил сосок, прижался ртом к ее набухшим губам и начал ласкать их кончиком языка.

Глаза Саманты светились желанием, она изо всех сил прижалась к Нику. А Ник снова и снова целовал ее, его язык проник между зубов, а тем временем руки неистово сжимали и тискали ароматную, нежную плоть грудей.

— Ты моя, котенок, моя, — прошептал Ник. Он забормотал, перемежая английские и шайеннские слова любви, а его руки не переставали ласкать ее разгоряченное тело.

Наконец он ослабил объятия. Саманта покачнулась и едва не упала, но он успел подхватить ее за ягодицы. Подняв девушку на руки, он прижался к ее животу возбужденным мужским естеством.

Саманта обвила руки вокруг его шеи. Она вцепилась Нику в волосы на затылке и стала покрывать его лицо нежными поцелуями.

Ник понял, что она готова отдаться. Видит Бог, как долго он этого ждал! Ник, взяв ее поудобнее, понес к кровати. И в этот момент ему вспомнилось, как она, полуобнаженная, целовала Джеффа. Ник испытал мгновенный приступ гнева. Маленькая ведьма! Нет, она не поймает его в ловушку! Ни за что! Ник разомкнул руки и бросил Саманту на матрац.

Рот у нее приоткрылся, она недоумевающе уставилась на Ника.

— А теперь, дорогуша, ты получила свой поцелуй, — хрипло сказал он. Дрожа от переполнявших его эмоций, он схватил собранные вещи и покинул комнату. От того, что месть состоялась, настроение у него поднялось. Он спустился вниз, насвистывая мелодию. «Пусть она целует Джеффа и любит Билли», — злорадно подумал Ник.

Приторочив свои вещи к седлам, Ник минуту постоял и направился к сараю. Взяв чепрак, он положил на него несколько пакетов. Снова войдя в дом, подошел к комнате Розы и тихонько постучал. Дверь открылась, и Ник вошел внутрь.

— Я принес кое-какие вещи и хочу, чтобы ты их положила под елку на Рождество.

— На Рождество? — Роза удивленно вскинула брови. — Не понимаю тебя, Ники. А почему ты не можешь это сделать сам?