Джо Беверли - Нежеланный брак

Гораздо меньше ей понравилось присутствие за столом Фебы Суиннамер, которая, как казалось Бет, с трудом сдерживала желание пронзить ее любым острым предметом, который попадется под руку. Рядом с этой красавицей сидел лорд Дариус. Бет надеялась, что ему удастся удовлетворить тщеславные запросы красавицы, хотя и опасалась, что тот факт, что он, как младший сын, не унаследует титул, принизит его в глазах Фебы, до недавнего времени считавшей, что скоро она станет герцогиней.

— Вы давно дружите с маркизом, мистер Бомон? — обратилась Бет к соседу.

— Еще со времен Хэрроу, мисс Армитидж, — ответил он с улыбкой. — Так что я могу рассказать вам такие вещи из его школьного прошлого, которые он наверняка захотел бы от вас утаить.

Судя по тому, как он это сказал, у него и в мыслях не было ее оскорбить, однако маркиз, слушавший их беседу, тут же вмешался:

— Что ты имеешь в виду, Хэл?

— Я считаю, что будет справедливо, если твоя невеста узнает твою самую страшную тайну, Люс.

— Только не про корову! — испугался маркиз, чем вызвал недоумение Бет.

— Конечно, нет, — невозмутимо ответил мистер Бомон.

— Про колокольчики? — с улыбкой предположил маркиз.

— Это пустячный проступок, — небрежно отмахнулся друг. — Я полагаю, что ты и сам им до сих пор гордишься.

— Разумеется, горжусь, — усмехнулся маркиз. — Связать вместе шнуры от колокольчиков у всех слуг в доме… Здесь потребовалась большая изобретательность. Кстати, попытка осуществить этот замысел привела к весьма плачевным результатам.

— Не может быть! Ты этого не сделал! — Мистер Бомон разразился громким хохотом.

— Сделал, — с раскаянием признался маркиз. — Потом мне пришлось распутывать этот узел, после чего мой отец… — возможно, только Бет уловила эту крохотную паузу, — заставил меня выполнять бессмысленную работу по дому, чтобы я понял, что нельзя беспокоить слуг по пустякам.

— Как интересно! — воскликнула мисс Суиннамер. — Разве слуге не все равно, вызывают его по делу или просто так? Он может понадобиться в любой момент.

— Что ж, — вмешался в разговор лорд Дариус, — давайте взглянем на это с точки зрения гостя, который звонит из своей комнаты, чтобы ему принесли завтрак, и не получает его потому, что слуга думает, будто колокольчик звонит из другой комнаты.

— Понятно. — Юная леди тепло улыбнулась собеседнику, очевидно решив, что соседство с младшим сыном герцога тоже кое-чего стоит. — Вы правы, милорд, это было бы огорчительно.

— И стоило бы слуге серьезной выволочки.

— Конечно, лорд Дариус, — ласково произнесла Феба. — За такую провинность можно лишиться места.

— Даже в том случае, если это всего лишь проделка какого-нибудь шалопая? — Лорд Дариус с интересом взглянул на нее.

— Моя мама говорит, что слугам нельзя позволять оправдываться за плохо исполненную службу, иначе они всегда будут увиливать от своих обязанностей, — уверенно заявила мисс Суиннамер. Она огляделась, но не встретила сочувствия среди окружающих. — А тот, кто затеял все это безобразие, безусловно, заслуживает кнута.

— Моя дорогая Феба, — растягивая слова, вмешался маркиз, — вы таким образом выражаете желание отхлестать меня кнутом?

Несчастная Феба не нашлась что ответить и лишь беспомощно хлопала глазами, пока остальные пытались скрыть улыбки.

— Насколько я понимаю, — решила вмешаться Бет, — за нанесенную обиду этот шалопай уже давно наказан. Я совершенно согласна с дисциплинарными методами герцога и уверена, что телесные наказания не приводят ни к чему, кроме озлобления.

— Похоже, моя невеста считает нас озлобленными дикарями. — Маркиз обменялся взглядами с лордом Дариусом и мистером Бомоном. — Возможно, даже бабуинами, — хмыкнул маркиз, покосившись на Бет.

— Бабуинами? — удивленно переспросили они хором. Бет почувствовала, как лицо ее заливает краска, но решила не сдаваться.

— Лорд Арден шутит. Я просто хотела сказать, что дети скорее выучиваются отличать хорошее от плохого не тогда, когда их бьют, а когда им объясняют, в чем их провинность.

— Разве я упустил упоминание о наказании кнутом? — усмехнулся маркиз. — Однако вы выразили свое мнение вполне определенно. Боюсь, моя дорогая, у нас с вами возникнут разногласия по поводу воспитания наших детей.

Упоминание об общих детях вынудило Бет обратиться к мистеру Бомону в поисках более приличной темы для разговора:

— Судя по всему, мне понадобится некоторый боезапас, чтобы отражать нападки маркиза. Так что это за тайна, которой вы собирались поделиться со мной, сэр?

— Это тайна, которую он хранит особенно тщательно, — улыбнулся Бомон. — Хотя я и не представляю, как вы сможете ею воспользоваться, но вы — единственный человек, которому это может пригодиться. — Он бросил насмешливый взгляд на маркиза, который смеялся над какой-то шуткой лорда Дариуса, и понизил голос до шепота, как настоящий конспиратор: — Он блестяще закончил курс. Лучше, чем все мы, вместе взятые.

— Я давно подозревала это, — кивнула Бет. — Но зачем держать это в такой глубокой тайне?

— Господи, мисс, неужто вы не понимаете? Зачем ему репутация образованного человека? Тем более что это всего лишь временное упущение в мировоззрении, которое объясняется его неопытностью. К тому времени, как мы поступили в Кембридж, он успел поумнеть и провел эти годы, не привлекая к себе внимания преподавателей.

Бет готова была возразить против такого искаженного восприятия действительности, но вдруг обнаружила, что в этом есть некое рациональное зерно, и покачала головой:

— А вы, мистер Бомон? Вы в молодости были одаренным человеком?

— О нет! — искренне заверил он ее. — Я обладал средними способностями. Это истинная правда, мисс Армитидж.

— И как же вы обошлись с ними, мистер Бомон? — поинтересовалась Бет, зная, что этот человек вовсе не тупица.

— Я поступил в армию.

— Он лжет, — снова вмешался в разговор маркиз; Бет и раньше подозревала, что он только делает вид, что их не слушает. — Он получил звание майора, хотя предпочитает не говорить об этом сейчас. Его имя упоминалось в депешах так часто, что весь конногвардейский полк устал от этого…

— Разве не со всеми нами произошло то же самое? — перебил его мистер Бомон. — Нас всех швырнуло в войну, поэтому наши имена то и дело оказывались у всех на устах.

— Пусть это послужит тебе уроком, Хэл, — произнес маркиз, и Бет поняла, что он говорит не о войне, а о желании друга разгласить его тайну.

— Я тебя понял, — вздохнул мистер Бомон. — Но не думаю, что мисс Армитидж обидится, узнав, что у тебя есть мозги и что ты иногда ими пользуешься.