Кинли Макгрегор - Нежная подруга

– Уж ты нашел бы, можно не сомневаться, – буркнул Дрейвен.

Саймон пропустил его слова мимо ушей и взял Элис за руку:

– А знаете, дева Элис, вы забыли набрать воды. Что скажете, если я провожу вас к ручью на тот случай, если кабан вернется?

– Я была бы очень благодарна за вашу любезность, милорд.

– Еще одна благодарность на словах, – вздохнул Саймон. – Увы. Что же мне делать?

Элис взяла у Эмили ведро, и по тому, как заблестели у нее глаза, Эмили поняла, что Элис отблагодарит Саймона не только словами.

Вспыхнув при мысли о том, что собирается сделать служанка, Эмили смущенно посмотрела на Дрейвена.

– Лучше бы вы позвали свою служанку обратно, – сказал Дрейвен, глядя, как Элис и Саймон исчезают за деревьями. – У меня такое ощущение, что мой братец хочет не просто напиться воды.

– И у меня такое же предположение относительно Элис.

Воцарилось неловкое молчание, и Эмили с Дрейвеном направились к лагерю.

– Ах, милорд, какое у вас большое, горячее копье! – послышался вдруг громкий возглас Элис.

Дрейвен остановился:

– Я, пожалуй, пойду…

– Нет, – схватила его за руку Эмили. – Пусть себе развлекаются.

Дрейвен искоса посмотрел на нее:

– Немного найдется леди, которые были бы так снисходительны к поведению своих служанок.

– Я знаю, мне следовало устыдиться. Но мы с Элис – подруги, и, хотя она не без греха, сердце у нее доброе и щедрое.

– А больше вам ничего не требуется?

– Ничего. Люди всегда совершают ошибки, но, в конце концов, значение имеет только сердце.

– А если у человека нет сердца?

– Сердце есть у всех, – после небольшой паузы ответила Эмили.

Дрейвен отрицательно покачал головой:

– Не у всех.

– Нет, Дрейвен, у всех, – решительно заявила Эмили. – Знаете, что я думаю, когда смотрю на вас?

Дрейвен настороженно глянул на Эмили и проговорил:

– У меня нет сердца. Оно уже давно вырвано из моей груди.

Эмили положила руку ему на грудь:

– Но и у вас что-то слишком сильно стучит в груди.

Дрейвен посмотрел на руку Эмили, казавшуюся такой маленькой и хрупкой на его мощной груди.

– Но это всего лишь орган.

– Возможно, – проговорила Эмили и заглянула Дрейвену в глаза. – Но я знаю правду о вас.

– И что же это за правда?

Эмили так хотелось, чтобы Дрейвен увидел себя ее глазами. Хотя бы на одно мгновение.

Ему причинили боль. Это она знает. И пусть он грозный воин, но она чувствует, что и у него есть уязвимые места, которые он тщательно скрывает от людей. Когда-нибудь она подберет ключ к его сердцу – ключ, который, по его словам, потерян навеки.

– Когда-нибудь, Дрейвен, – прошептала Эмили, – когда-нибудь вы увидите эту правду, какой ее вижу я. И вы узнаете себя.

– Я надеюсь только на то, что вы никогда не узнаете правды обо мне, – проговорил Дрейвен сквозь стиснутые зубы и, развернувшись, широко зашагал к лагерю.

Эмили несколько раз дорогой попыталась заговорить с ним, но Дрейвен отмалчивался.

Элис и Саймон появились в лагере, когда стемнело. Служанка подбежала к Эмили с сияющими от счастья глазами и, нагнувшись, прошептала:

– Могу сказать одно, миледи, – если лорд Дрейвен хотя бы наполовину одарен так, как его брат, вас ждут жаркие ночи.

– Элис! – возмущенно воскликнула Эмили.

Служанка улыбнулась:

– Вот подождите. Вы понятия не имеете, как…

Элис осеклась, заметив проходившего мимо рыцаря.

Когда они с Элис опять остались одни, она продолжила:

– Вот подождите, – и отправилась помогать готовить ужин.

За едой рыцари рассказывали героические истории, но Эмили не слушала их. Все эти бесчисленные рассказы о подвигах на полях битвы она уже много раз слышала.

Весь ужин Эмили думала о том, как заставить Дрейвена рассмеяться. Жуя мясо жареного зайца, она слушала, как Дрейвен и Саймон говорят о французах и шотландцах. Понятно, почему Дрейвен никогда не смеется. Как можно смеяться, разговаривая на такие скучные темы?

А Дрейвену нужна шутка. Да, шутка, и от этого глаза у него заблестят.

Дождавшись паузы в разговоре, Эмили обратилась к Дрейвену:

– Милорд, а вы знаете, сколько требуется византийцев, чтобы развести костер?

Дрейвен потянулся к своему кубку. На лице его застыло выражение скуки.

– Понятия не имею.

– Два, – ответила Эмили. – Один разводит огонь, а другой объясняет, как это делается.

Саймон разразился хохотом, а Дрейвен только искоса глянул на него.

Не получилось.

Эмили нервно забарабанила пальцами. Нужно придумать что-то другое.

– Ну хорошо. А сколько нужно норвежцев, чтобы развести огонь?

– Трое?

– Нет, зачем возиться с костром, когда за соседним холмом есть монастырь?

На этот раз вместе с Саймоном рассмеялись еще несколько рыцарей. Дрейвен же по-прежнему не выказывал никаких признаков веселья. Напротив, вид у него стал еще более угрюмым.

– А знаешь, Дрейвен, это ведь смешно, – заметил Саймон.

Дрейвен молча отхлебнул из своего кубка.

– А вы еще что-нибудь можете рассказать, миледи? – спросил кто-то из рыцарей.

– Да. Сколько нужно римлян, чтобы развести костер?

Дрейвен пытался не слушать Эмили, но почему-то не мог. Наоборот, он остро замечал все, что касалось ее. Замечал, как легкий ветерок шевелит белокурые пряди ее волос. Как отсвет костра играет на ее лице и усиливает блеск ее глаз.

Он знал, что она задумала. И все равно не мог ничего поделать – она его занимала.

– Понятия не имею, сколько нужно римлян, чтобы развести костер, – ответил рыцарь по имени Николас.

– Тысяча один человек, – сообщила Эмили.

Дрейвен удивленно вскинул бровь.

– Тысяча один? – переспросил он вопреки своему решению не обращать на Эмили внимания.

– Да. Нужно, чтобы император приказал развести костер, чтобы девятьсот девяносто девять римских губернаторов передали это приказание и один раб, чтобы разжечь его.

Всему обществу ответ понравился, и Дрейвен, признаться, тоже нашел его смешным. Будь он из тех, кто умеет смеяться, наверняка сделал бы это вместе со всеми, но прошло слишком много лет с тех пор, когда он смеялся последний раз, да он уже даже не может вспомнить, как это – смеяться.

Эмили сокрушенно вздохнула и посмотрела на Саймона:

– Ваш брат – тяжелый человек.

Дрейвен чуть не подавился.

– Что с вами, милорд? – участливо спросила Эмили и постучала его по спине.

– Все в порядке, – ответил Дрейвен и слегка отстранился. – Ваши слова застали меня врасплох.

Саймон снова расхохотался.

– В чем дело? – удивленно спросила Эмили.

Саймон потряс головой:

– Пусть брат объяснит вам, насколько он на самом деле тяжелый.