Блэйн Андерсен - Роковой поцелуй

Хэдли поспешно отреагировал:

– Нет, не нужно.

– А могу я вас спросить, какое дело у вас к мисс Уокер? Мы так поняли, что она сирота. Если вы по поводу неоплаченных счетов на книги Лайли, можете передать их нашему счетоводу – если, конечно, расходы были санкционированы.

– Нет, нет, я не по этой части. – Хэдли понял, что если он хочет, чтобы его впустили, нужно дать о себе более подробную информацию: – Я – лорд… э-э, меня зовут мистер Уокер. Троюродный брат Элисон.

– Она никогда не упоминала о вас.

– Неудивительно. Я долгое время был за границей. Только недавно вернулся – хотел ей сообщить, что дела в нашей семье улучшились.

Лицо миссис Спунер смягчилось:

– Надо было вам сразу об этом сказать. Бедная девочка – она думала, что совсем одна осталась. Она будет очень рада вам – жалко, что все уехали.

– Да уж…

– Может быть, вам стоит съездить в Донегал?

Хэдли вовсе не собирался таскаться по всей стране за этой вздорной девчонкой, но почему бы не выяснить кое-что у этой дамы, которая вроде бы весьма словоохотлива?

– К сожалению, мне нужно пока побыть в Лондоне, но хотелось бы узнать – как тут она, моя сестренка? Может быть, я все-таки могу войти? – Хэдли сделал жест, ткнув пальцем в пространство за дверью, которое миссис Спунер защищала с упорством хорошего бульдога.

– Ну… вообще-то, это не очень принято, без хозяина… Мы обычно не принимаем гостей прислуги. Лорд Грэнвилл – он у нас строгих правил. Но… поскольку вы ее родственник, ладно уж, входите.

Приняв столь трудное решение, миссис Спунер теперь спешила с его выполнением: быстро оставила свой пост, и Хэдли получил полную возможность осмотреть роскошный вестибюль.

Так вот где Элис нашла себе убежище. Дом поменьше, чем его, в Уодби, но стоимость такого участка в центре Лондона, должно быть, очень солидная. Он чуть ли не позавидовал Элис: он в чистом проигрыше, а она…

Правда, вспомнив, какое место она занимает в этом доме, он несколько успокоился…

– Садитесь вот здесь, в гостиной. Я расскажу вам, что смогу, хотя мисс Уокер – довольно замкнутая особа. Впрочем, что я вам говорю – вы же ее лучше знаете!

– Да, наша Элис всегда была нежным цветком. – Хэдли едва мог скрыть свое удивление: Элисон как раз была очень общительной и словоохотливой – как это ей удалось создать здесь о себе такое впечатление?

– Пожалуйста, – миссис Спунер указала на кушетку. Хэдли несколько помедлил у столика, заставленного хрустальными графинами; неплохо было бы сейчас дернуть по маленькой, но от этой мегеры – она, наверное, экономка – черта с два дождешься; да и вряд ли в этом доме принято угощать дальних родственников прислуги.

– Ну, что же вам рассказать?

Хэдли попытался найти какой-то средний вариант между тем, что лично его интересовало, и что должно было бы по идее интересовать троюродного брата.

– Ну как она, здорова?

– Да, она крепенькая, что неудивительно в ее возрасте, хотя с аппетитом у нее не вполне… Я вообще предпочитаю, чтобы у женщины здесь побольше было, – она похлопала себя по широким бедрам. – Да уж, Элис до нее далеко!

– Кстати, а как это она вообще сюда попала? Я полагал, что на этой должности здесь служит ее подруга Беатриса.

Миссис Спунер очень любила посплетничать, и она стада обрушивать информацию на Хэдли с такой скоростью, что тот едва успевал ее воспринимать.

– Ой, Беатриса была при Лайли несколько лет. Но ее сестра слегла, за ней надо ухаживать. И тут, на счастье, подвернулась мисс Уокер, и лорд Грэнвилл ее взял.

– Понятно. И она довольна?

Все было вроде так хорошо – и откуда такое отчаяние в послании Элис?

– Мисс Лайли – сама прелесть. Она и мисс Элисон очень хорошо поладили. Но вот лорд Грэнвилл… – она понизила голос…

Ага, тут что-то есть, надо выяснить…

– Ну, ну?

Толстушка-экономка наклонилась к нему и поспешно зашептала:

– Только вы никому не говорите, а то с меня голову снимут, – но у лорда Грэнвилла бывают заскоки. Нет, сердце у него доброе, но и терпения на него нужно запастись. Бедная мисс Уокер – ей так досталось за этот бал…

– А что такое?

– Ой, это был жуткий скандал. Бог знает, что ей в голову взбрело, но я слышала… Меня там не было, но Том, лакей, видел своими глазами: она на самом деле танцевала, при всем народе, с лордом Чатэмом!

Глаза Хэдли округлились:

– Лордом Чатэмом?

«Ну-ка, что она еще расскажет, вот это да!»

– Да-да, с герцогом Лиддонским! Ну, он-то известный дамский угодник, так что я не удивляюсь, что мисс Уокер не устояла. Но все же так неразумно с ее стороны – если она хотела сохранить свое место! А его светлость – кто знает, о чем он думал, когда потащил гувернантку танцевать в таком обществе?

– Он живет в Лондоне?

– Да, осенью и зимой. А летом, как и наш хозяин – за городом. Он сейчас у нас, в Донегале, пока у него там в Фоксхолле не закончили ремонт. Ой! – миссис Спунер прикрыла рот рукой, а глаза ее вспыхнули озорным огоньком: – Я даже и не подумала раньше: ведь это прямо как спичку в пороховой погреб! Хоть бы мисс Уокер поразумнее себя вела на этот раз!

– Да, да, – пробормотал Хэдли, думая о своем. – «Просто невероятно: Элисон встретила как раз того единственного человека, который мог рассказать ей о попытке Роберты продать Брайархерст по частям. Знает ли она уже об этом? И знает ли этот лорд Чатэм, кто она такая на самом деле? Да, дело принимает серьезный оборот».

Значит так. Даже если он сможет убедить Элисон держаться подальше от Брайархерста, ее знакомство с Чатэмом может в любой момент все разрушить. Если Элисон узнает о плане Роберты, она бросится домой, не раздумывая, – защищать свои права. Да, нужно ее как следует запугать!

– Мистер Уокер!

По тону экономки Хэдли понял, что она уже несколько раз повторяет это обращение.

– Вам не плохо?

– Нет, нет, все нормально. Просто нахлынули воспоминания детства – как мы жили вместе с сестричкой. Наверное, закончу тут свои дела и все-таки навещу ее. Как туда добраться?

Миссис Спунер достала гусиное перо со стола Данкена и нацарапала на куске бумаги маршрут: – Вот – это вам поможет.

– Благодарю.

– Кстати, передайте ей тогда от меня привет, от миссис Спунер. Она такая милашка. Трудно ей, конечно…

Хэдли деланно улыбнулся, демонстрируя сочувствие и понимание. Ох, как ему не хотелось туда ехать!

11

Нарушая все правила приличия, Лайли задрала свою розовую юбочку почти до колен, и, заливаясь счастливым смехом, вихрем пронеслась по сливовой аллее, начинавшейся у фасада донегальского замка. Ну вот, и след ее затерялся в густых зарослях рододендронов. Элис сидела на мраморном бортике пруда, закрыв глаза ладонями и громко считая: «Раз, два, три…» Кейрон видел, как она в такт счету покачивала своей очаровательной головкой. Она досчитала до десяти, встала и произнесла такую обычную и такую милую в ее устах концовку считалки: «…Я иду искать!»