Роберта Джеллис - Песнь сирены

– Сэр… – Он задохнулся.

Но Вильям остановил его кивком головы.

– Сейчас нет нужды обсуждать это. Но, если я погибну, ты должен сразу же поехать в Марлоу и убедиться, что никто не пытается завладеть Элис или повлиять на ее решение, пока Ричард не освободится от своих дел и не сможет взять мою дочь под опеку. Вот письмо для него, объясняющее все.

– Вы думаете, рейд, который мы планируем, так опасен? – спросил Раймонд, несколько удивленный.

Вильям улыбнулся.

– Нет, но более опасен, чем два предыдущих. Из донесений разведчиков известно: деревню можно использовать как ловушку. Ее-то мы и хотим захлопнуть, предприняв все меры, позволяющие избежать излишнего риска.

– Не думаю, что вы способны умышленно послать меня на верную гибель, – улыбнулся Раймонд. – Вы не сможете это сделать, не рассказав мне всего… столь же откровенно, как говорили о том, что в Уэльсе не стоит ожидать богатой добычи.

– Мальчишка! – воскликнул Вильям, нежно глядя на юношу и улыбаясь его словам. – Да, я не рассказал тебе всего. Иди, принеси нам чего-нибудь поесть, и я скажу тебе кое-что, услышанное на совете. Пора это знать и тебе.

Действительно, Вильям знал гораздо больше, чем рассказывал Раймонду или кому-либо еще, поскольку присутствовал на совете у графа Херфордского. Де Боун, несмотря на свою молодость и ответственностью перед Ричардом, был совсем не глуп. Он догадался, почему Ричард всегда знает, о чем думают его подданные. Поэтому граф Херфордский, как хороший хозяин, всегда советовался со своими людьми, но в его общении с ними присутствовала какая-то недосказанность, сдержанность. Возможно, они предостерегли бы его, если бы то, что он намеревался сделать, могло привести к несчастью. Но, в то же время, опасались давать советы слишком часто, чтобы не задеть его. Однако к сэру Вильяму, другу детства Ричарда, и особо приближенному к нему, это никак не относилось. Поэтому-то граф и приглашал Вильяма на военный совет, на который обычно допускались только знатные вассалы, подчинявшиеся непосредственно королю.

Таким образом, Вильям узнавал все новости и имел более глубокое видение кампании, чем другие рыцари. Оставалось лишь несколько часов до начала операции, и Вильям полагал, что теперь может полностью посвятить Раймонда в обстоятельства дела.

– Ты слышал, думаю, что, кроме этого небольшого похода здесь, в Уэльсе, королю пришлось вести войну с Шотландией, – начал Вильям, когда слуга принес им тарелки с хлебом, кусочками соленого мяса и сыра.

– Да, ходили кое-какие слухи, – подтвердил Раймонд. – Поговаривали о соглашении между Дэвидом, сыном Ллевелина, и королем Александром.

– Возможно, хотя думаю, «соглашение» – сказано слишком сильно. Женившись на дочери Ингельрама де Куси, Александр оказался под влиянием велеречивых речей своего тестя и его уверений в поддержке. Поэтому бросил вызов Генриху, Дэвид, более разумный, решил воспользоваться тем, что Генрих занялся Шотландией, для достижения своих целей, не дожидаясь всегда запоздалых и неуверенных действий папы.

– Война с Шотландией идет тяжело? – спросил Раймонд. Вильям покачал головой.

– Совсем наоборот. Ричард добился подмоги от графа Фландрии. С ней, а также с рекрутами и другими наемниками король отправился на север. Тем временем, Ингельрам умер самым загадочным образом. Его сын Джон решил выполнить обещание отца, но бароны Пяти Портов были предупреждены и увели корабли, поэтому французы повернули обратно.

– Полагаю, это охладило пыл Александра, – сказал Раймонд.

– Да, особенно когда Джон де Куси объявил ему, что чтит обещание отца, но не согласен с ним и выходит из игры.

– И тогда Генрих одержал чистую победу?

– Можно сказать и так, – улыбнулся Вильям, – но никто и пальцем не пошевелил для этого, кроме моего бедного Ричарда, метавшегося между обеими сторонами, пока договор не был заключен.

– Значит, сражений не было.

Вильям опять улыбнулся, услышав в голосе Раймонда разочарование.

– Да, не было. Раймонд нахмурился.

– Думаю, король в большом долгу перед графом Фландрии и его людьми. Разве можно назвать победой то, что достигнуто без борьбы?

– Я не знаю условий мира, – ответил Вильям. – Могу только предположить, мы находимся там, где были до того, как Александр бросил свой вызов. Возможно, Александр оплатит долг Генриха, не знаю. Но когда имеешь дело с Шотландией, такой мир может продлиться дольше, чем установленный силой оружия. В этом есть свое преимущество.

Тень сомнения легла на лицо Раймонда, являвшееся зеркалом его существа. Вильям громко рассмеялся.

– В любом случае, – продолжил он, – мир с Шотландией не имеет для нас особого значения, если не считать того, что когда уэльсцы прослышат о нем, они, без сомнения, решат: Генрих выставит против них большую армию в помощь оставленной здесь. Тогда они разобьются на небольшие отряды и спрячутся в горах, и их невозможно будет втянуть в сражение. Не качай головой. Это их обычная практика.

– Но они оставят свои земли без защиты, – начал было Раймонд, но тут же рассмеялся. – Если нечего защищать, полагаю, не имеет большого значения, что страна останется без защиты.

Вильям пожал плечами.

– Старые люди говорили мне, что большие армии неоднократно вынуждали уйти из Уэльса именно так. Большая армия вскоре начинает голодать в этой дикой местности, и ее боевой дух слабеет от усталости. Удивительно, но нас мало беспокоили нападениями на лагерь и стрелами на марше. Надеюсь, Дэвид не так хитер, как отец, и его можно обмануть. Итак, граф Херфордский и Клэр согласились, чтобы мы устроили эту западню. Посмотрим, что из этого выйдет. Разумеется, если мы хотим нанести им ощутимый урон, то должны быть там в ближайшие дни, пока они не узнали о мире с Александром.

– Мы будем приманкой? – спросил Раймонд.

– Да, верно. Люди, знающие уэльские обычаи, считают: их значительные военные силы расположены где-то поблизости. Если мы сделаем вид, будто вошли в деревню только за добычей, они, возможно, выставят против нас крупные силы. Им нравится уничтожать небольшие отряды противника и затем растворяться в лесах. Мы должны выглядеть как группа грабителей – нести бурдюки для вина, разбредаться по всей деревне в поисках добычи и иметь вид полупьяных. Мы будем слишком заманчивой приманкой, и они не смогут сдержаться. Раймонд поднял брови.

– Сказано хорошо, но в таком беспорядке всех нас перебьют.

– Надеюсь, нет. Как только они пойдут в атаку, ты подожжешь большой амбар, который мы обольем нефтью, – вот что будет в наших винных бурдюках. Когда дым станет заметным, а он поднимется в считанные минуты, к нам на помощь придет сэр Моджер, если на нас нападет небольшая группа. Если же в бой вступит большое войско, Моджер даст сигнал графу Херфордскому, который будет наготове.