Патриция Хэган - Любовь и честь

– Надеюсь, что такая погода долго не продержится, – ворчала Джейд. – Ужас, волосы намокнут, туфли запачкаются.

– Носите галоши, – сказала практичная Китти. – В такую погоду не следует надевать модные туфли.

– Может быть, вам не важно, в чем ходить, Китти, а я привыкла производить эффектное первое впечатление, – ответила Джейд.

Кит в спор не включилась. Меньше всего она могла сейчас думать о поведении в обществе и внешнем виде. Она была озабочена возвращением в Испанию и началом там собственной новой жизни. Она откинулась на спинку дивана и мечтательно представляла себе маленькое ранчо и покатый склон к реке. Как там будет мило весной, когда распустятся цветы!

В купе вошел Тревис, сел на диван рядом с Китти, откинулся назад и закрыл глаза. Мэрили и Китти обменялись понимающими взглядами: думает о Валери! Джейд мгновение наблюдала за ним, а затем, не в силах больше выносить его настроение, заметила:

– Тревис, ты позволяешь этой девушке испортить путешествие. К тому же твое поведение портит поездку всем. – Тревис молчал, и Джейд продолжила: – Что в ней тебя околдовало? Ты одержим ею! Мне это совсем не нравится. Мы с твоим отцом считаем, что самое лучшее для тебя – забыть ее.

Тревис выпрямился, глаза его пылали.

– Вы не можете говорить мне, что делать, а что – нет. Это моя жизнь!

Дверь открылась, и вошел Колт. Оглядев сидящих в купе, он остановил взгляд на Тревисе:

– Что здесь происходит?

Джейд стала рассказывать, а Тревис устало качал головой. Предмета для спора он не видел и встал, чтобы выйти, но Колт жестом приказал ему сесть:

– Послушай меня, сын. Мне понятны твои переживания. – Он посмотрел на Джейд. – Если твоя мама не хочет меня слушать, можно где-нибудь попить чаю…

Джейд без колебаний поднялась:

– Ты прав, я не хочу. Идемте, девочки. – Когда они не пошевелились, чтобы последовать за матерью, Колт строго взглянул на дочь и племянницу, и они, негодуя, вышли. Китти заснула.

Тревис внимательно слушал Колта, рассказывавшего о своих прошлых любовных приключениях. Он поведал, что в его жизни было много случаев, когда он считал себя влюбленным, а после оставался в дураках. «Но была одна…» Колт сел рядом с сыном, и его лицо приняло мечтательное выражение. Он вспомнил о восхитительной Бриане де Пол, которая околдовала его своей редкой и особой красотой.

– Это была настоящая страсть, но и она прошла, – доверительно сообщил Колт, заглядывая в глаза сыну. – Что я хочу тебе доказать, мальчик? Независимо от того, как ты сильно увлечен этой юной леди сейчас, после нее будет много других. Поэтому продолжай свою жизнь и получай от нее радости, ибо предстоят четыре очень, очень сложных года в академии. Но ты добьешься успеха. Добьешься всего, чего захочешь. Ведь ты один из Колтрейнов!

Китти проснулась и улыбнулась.

– Твой отец прав, Тревис, – тихо сказала она. – Все Колтрейны переживают неудачные романы, прежде чем находят свою истинную любовь.

Тревис перевел взгляд с бабушки на отца.

– Со мной будет все хорошо, – хрипло прошептал он. – Но я хочу, чтобы вы знали: я действительно увлечен Валери… очень увлечен.

– Если этому суждено сбыться, то оно сбудется, – рассудительно заметила Китти. – В таких случаях судьба берет все в свои руки.

Глава 19

Поезд прибыл на вашингтонский вокзал «Юнион стэйшн», и Колтрейны вышли вместе с множеством других пассажиров, приехавших отмечать церемонию вступления в должность Вудро Вильсона в качестве двадцать восьмого президента Америки.

Две автомашины доставили их в престижный район – Золотой берег. Семью пригласил остановиться у себя видный адвокат Вайли Бачер, племянник Сэма Бачера, задушевного друга отца Колта.

Машины остановились перед большим белым домом, и у Китти поднялось настроение, когда она увидела человека, выбежавшего из дома им навстречу. Выходя из автомобиля, она радостно воскликнула:

– Вайли, помилуй Бог, сколько минуло лет, а я где угодно узнаю тебя. Ты – копия Сэма! – В ее глазах блестели слезы, вызванные воспоминаниями о прошлом.

Вайли обнял Китти, потом отступил назад и нахмурился.

– Боже мой, Китти, вы же подхватили лихорадку! – воскликнул он.

– Чепуха, просто разгорячилась во время поездки на машине.

Колт беспомощно пожал плечами:

– Китти довольно упряма, Вайли, но мы примем меры и позаботимся о ней, нравится ли это ей или нет. – Он многозначительно посмотрел на свою мать.

Вайли рассмеялся:

– Я сделаю все, чтобы помочь вам. А теперь я хотел бы показать вам мой дом. – Он провел их по великолепному дому и удостоверился, что их удобно разместили.

В день торжественного вступления в должность президента опять стоял туман, а небо было затянуто облаками. Надев длинную, до пола норковую накидку и широкополую шляпу, Кит, прежде чем отправиться на празднество, забежала на секунду к Китти. Ее очень обеспокоил внешний вид бабушки. Китти лежала бледная и притихшая и тяжело дышала. Кит прикоснулась губами к ее лбу и почувствовала, какой он горячий. Она направилась к двери, чтобы привести отца, но в этот момент Китти неожиданно открыла глаза. Увидев встревоженную Кит, она хрипло прошептала:

– Я просто устала, дорогая. Ступай и хорошо проведи время.

– Но я считаю, тебе нужен врач. Сегодня ты выглядишь хуже, чем вчера, и…

– И, – Китти вымученно улыбнулась, – буду выглядеть завтра хуже, чем сегодня, потому что на день постарею. А теперь марш отсюда. Мне нужен не врач, а просто отдых.

Кит неохотно покинула ее, но сразу же пошла к отцу. Колт заявил, что уже сыт по горло упрямством матери и вызвал семейного врача. Доктор Тэлтон тотчас же пришел и вопреки яростным протестам Китти осмотрел ее. Потом он позвал Колта и сказал, что, по его мнению, у Китти воспаление легких.

Покопавшись в своем потертом кожаном саквояже, он достал небольшой пузырек с пилюлями.

– Ее надо бы поместить в больницу, но она отказывается. Поэтому давайте ей лекарство, согласно указаниям на этикетке. Я зайду вечером, проверю, не улучшилось ли ее состояние.

Убедившись, что Китти находится под надежным наблюдением Эпифани, помощницы доктора, и Карасии, Колтрейны неохотно покинули ее и поехали на церемонию.

На площади Капитолия Вудро Вильсон прочитал присягу и произнес речь по случаю своего вступления в должность. Его слова пробудили у Кит чувство восхищения за родину родителей.

Когда церемония закончилась, Колтрейны оказались в числе привилегированных гостей, приглашенных на прием и экскурсию по зданию Конгресса США – Капитолию. После этого они направились домой, чтобы подготовиться к назначенным на вечер торжественным событиям.