Роберта Джеллис - Английская наследница

Скрывая облегчение, Роджер потащил Леонию к выходу. Они быстро пошли в указанном направлении, а потом свернули обратно к конюшне, где были оставлены лошадь и повозка.

— Мне это не нравится, — сказал Роджер. — Слишком все спокойно. Как будто люди боятся дышать. Думаю, нам следует попытаться выбраться отсюда. Одному Богу известно, что мы будем делать, если Линдсей уехал, но у меня такое чувство, что скоро в Париже будет очень неспокойно.

Леония не возражала. Она от всей души надеялась, что Линдсей уехал, но у нее было такое же предчувствие. Они запрягли лошадь и направились к западным воротам по направлению к Версалю. Когда они проезжали улицу Риволи, Роджер вскрикнул. Медная дощечка на двери адвоката, с которым он долгое время имел дела, была на месте. Более того, она ярко сверкала, недавно начищенная. Роджер остановил лошадь.

— Фуше все еще здесь, — сказал он. — Это один из моих знакомых, я не думаю, что он меня выдаст, даже если Франция и Англия на пороге войны. Попытаем удачи, Леония, или ты хочешь скорее уехать?

— Давай попробуем, — быстро ответила она. — Не думаю, что несколько минут, которые мы потратим, так уж важны. Если он может разменять ассигнацию, нам гораздо легче будет уехать.

— На улице было спокойно. Роджер усадил Леонию в глубь коляски, где ее не было видно, и дал револьвер с взведенным курком! Он не думал, что она попадет в цель, если придется стрелять, но на звук выстрела он прибежал бы к ней на помощь.

Через несколько минут он вышел в сопровождении клерка, который занялся лошадью.

— Пойдем, Леония, — сказал Роджер. — Фуше здесь, он поможет нам по мере возможностей, но боюсь, что завлек тебя в ловушку.

— Какую ловушку?

— Никто не имеет права уехать из Парижа. Вот почему мы просто въехали. Их не волнуют шпионы, потому что обратной дороги у них нет.

— Но это не может быть надолго, Роджер, — ответила она. — Это безумие. Прекратится торговля. Начнется голод. Раньше или позже они должны это отменить.

Роджер открыл дверь перед Леонией. Мэтр Фуше поднялся с кресла и Роджер сказал:

— Мэтр Фуше, позвольте представить леди Леонию де Коньер, дочь графа Стоура. Некоторое время она жила во Франции, но из-за сложившегося положения ее семья попросила доставить ее домой. К несчастью, я был недостаточно расторопен, и у нас появились затруднения. Мне только сейчас сказали, что мы, кажется, попали в Париже в западню.

— Мое почтение, ваша милость, — сказал Фуше.

Он не спрашивает, отметила Леония, откуда я приехала. Ясно, он догадался, что я аристократка и скрывалась. Или он бессилен помочь и чувствует, что незнание истинного положения — защита для нее, или просто не желает впутываться во что-то опасное, этого Леония не могла угадать. Она отвечала на его вопросы, но потом вернулась к теме, с которой они начали.

Фуше улыбнулся ей:

— Вы совершенно правы, ваша милость, но вы не поняли. Не то чтобы никому не позволено уехать, хотя это и действует всего несколько дней. Для того чтобы выбраться, необходимо специальное разрешение, паспорт, подписанный офицером Парижской Коммуны. Для меня дошли очень тревожные слухи. У нас есть «друзья», которые заседают в галерее собрания, слушают, участвуют в дебатах и приносят нам новости. — В Жирондистском клубе я слышал, что какое-то важное собрание проходит именно сейчас, — сказал Роджер.

— Да, Дантон, — Фуше посмотрел по сторонам, желая удостовериться, что он довольно далеко от открытого окна, и продолжил тихим голосом, так что Леонии и Роджеру пришлось нагнуться, чтобы слышать. — Это чудовище, этот предатель своего рода призывает арестовать «всех предателей». Он подразумевает под этим всех, кто против него.

— Вы не думаете, что нам следует уехать, пока дебаты не закончились? — спросил Роджер.

— Нет, Боже упаси, нет! Они будут подозревать любого, кто сейчас собирается уезжать. Они подумают, что вы спасаетесь бегством от пруссаков, и допросят вас более чем сурово.

Роджер засмеялся:

— Наверное, с пруссаками мы бы чувствовали себя в большей безопасности! — И посерьезнев, добавил, — не могли бы вы разменять ассигнации? Я знаю, что сейчас они ничего не стоят, но я отдам долг, когда вернусь в Англию. Если у нас будут деньги, мы сможем остаться в Париже на несколько дней и уехать, когда…

— Я дам вам денег, — перебил Фуше. — Но вам нужны бумаги или протекция, которую я не могу составить. Хотел бы, но не могу. Действительно, я хочу этого всем сердцем, месье Сэнт Эйр, и надеюсь, вы поверите, что я не боюсь опасности. Хотя я и не под подозрением, насколько мне известно, мои связи с бывшим правительством…

— Не беспокойтесь, — сказал Роджер. — Мне кажется, я знаю, как все устроить. — Он рассказал Фуше, как он использовал прикрытие оружейного мастера, чтобы не обнаружить цели своего путешествия во Францию, затем описал разговор, который произошел в Жирондистском клубе, и показал Фуше записку Лефрона. — Если я добровольно принесу мушкеты, которые взял, чтобы сыграть роль оружейного мастера, и предложу их для защиты Франции, я смогу, возможно, добиться от какого-нибудь депутата «Свидетельства о проживании» или что там еще требуется. Все, о чем я прошу, это подтвердить, что вы вели для гражданина Сэнт Эйра какое-нибудь пустячное дело, если вас спросят. Не нужно говорить, что мы знакомы. По сути, это никому не принесет пользы.

— Да, понимаю. Это подтвердит, что вы приехали действительно из Бретани.

Дело будто бы заключалось в том, что английский мастер отказался заменить некоторые части, которые прибыли поврежденными. Фуше, как было известно, имел связи в Англии. Он дал Роджеру большую сумму денег.

— И еще одно, — сказал Роджер, — у меня лошадь и повозка. Как вы думаете, небезопасно держать их?

— Небезопасно? В наше время и дышать опасно, — горько сказал Фуше. — Оставьте их у меня, если хотите.

Он объяснил Роджеру, где найти коляску и как дать знать, если она понадобится. Они направились к кафе «Бретон», где Леония и Роджер с удивлением обнаружили, что их поджидает хозяин.

— Интересно, что же с вами произошло? — встревожено спросил он. — Гражданин Лефрон приходил час назад и спрашивал о вас. Он сказал, что вы хотели поговорить с гражданином Бриссо, который зайдет ненадолго.

— Мне нужно было забрать товар и инструменты, — ответил Роджер.

— Мы заблудились, — добавила Леония, сообразив, что прошло намного больше времени, чем нужно для того, чтобы забрать имущество Роджера.

— Клянусь, мы исколесили весь Париж, прежде чем добрались до вас.

— А-а, — сказал хозяин, лицо его прояснилось, — с новичками такое может случиться. Это ваш первый приезд в Париж?