Джейн Киддер - Сделка страсти

Нескончаемо долгий уик-энд все-таки подошел к концу. За три дня, проведенные дома в одиночестве, Мег лишь единственный раз вышла на улицу, и то затем, чтобы побывать на воскресной службе в церкви. Коротая светлое время суток за книжкой или какими-нибудь глупыми занятиями по дому, она то и дело с опасением думала о предстоящей ночи. Именно тогда, когда она лежала в холодном поту, раскинув по постели руки, ее оставляли силы и храбрость. Каждое легкое дуновение ветерка воспринималось как попытка кого-то приоткрыть входную дверь, а чуть слышное поскрипывание дома – как чьи-то приближающиеся грозные шаги. И в таком вот страхе она сторожила свою бессонницу, боясь внезапного появления этого отвратительного человека – Питера Фарнзворта.

Но был уже понедельник. Меган взглянула на часы: стрелки показывали почти три часа пополудни. Бережно она сложила записку, написанную Джеффу, и засунула ее в конверт. Утром она побывала у своих ближайших соседей Бенсонов и спросила госпожу Бенсон, может ли ее двенадцатилетний сын Эмо оказать ей услугу и отнести записку в лагерь. Джудит Бенсон сперва удивилась, но, скрыв свое любопытство, почти сразу заверила, что Эмо с радостью возьмется за это дело.

Эмо постучал в дверь ровно в три. Он внимательно выслушал, кому и куда следует отнести конверт, расплылся в улыбке, получив двадцать пять центов, и пообещал немедленно отправиться в лагерь.

Мег закрыла за ним дверь, уверенная, что мальчик сдержит свое слово и добросовестно выполнит ее просьбу. В своей записке, стараясь не напугать Джеффа, она сообщила, что им необходимо увидеться. И в двух словах попыталась намекнуть на возможность примирения.

Если Питер следит за ними, а в этом она была почти уверена, то она должна показать ему, что приезд мужа есть не что иное, как приезд любимого и дорогого человека.

«О Боже, – горячо просила девушка, усаживаясь на диванчик и устало откидываясь назад, – сделай так, чтобы он оставил свою гордыню и приехал сюда. Прошу Тебя!»

Ее разбудил громкий стук в дверь. Приоткрыв глаза, Мег не могла поверить, что ей удалось заснуть, но за окном уже всходило предвещающее новый день летнее солнце.

В смущении девушка осмотрелась. Что это она делала в гостиной? Легкий ужин и тщетная попытка сосредоточиться на сборнике стихов были последними воспоминаниями о вчерашнем вечере. Она смутно помнила, как клевала носом над книгой, но неужели она-заснула на диванчике и провела так всю ночь?

Вновь раздался тяжелый стук. Откидывая свои размышления в сторону, Мег пошла, чувствуя, с каким трудом подчиняются ей ноги, открывать дверь.

– Иду, иду, – отозвалась она, когда стук стал еще более настойчивым. Но, дойдя до прихожей, она приостановилась, неожиданно наполняясь страхом от мысли о том, кто бы это мог быть.

– Кто это? – нервно спросила она.

– Нед Джонсон, – раздался в ответ хриплый голос.

– Нед?

– Да, десятник вашего мужа.

Десятник Джеффа? Зачем он пришел сюда в семь утра? В предчувствии чего-то нехорошего Меган потянула щеколду и открыла дверь. Достаточно было только взглянуть на обеспокоенное лицо старика, чтобы понять, что на самом деле что-то стряслось.

– В чем дело? – поспешила спросить она. – С господином Уэлсли все в порядке?

– С ним произошел несчастный случай… вы должны немедленно ехать со мной.

– Несчастный случай? Что… что-то с поездом? Он сошел с рельсов, да?

– Нет, Джефф вернулся ночью целым и невредимым. Все произошло утром.

– Утром?

– Да. Ранним утром Джефф собирался отправиться к вам, но перед тем хотел часок-другой повозиться со своим каналом. Я говорил ему, что лучше дождаться, пока совсем не рассветет, но он и слушать не хотел.

У Меган закружилась голова, когда она представила себе самое худшее, что могло случиться с Джеффом. Всякий, кто вырос в городе, основным занятием жителей которого была переработка леса, слышал не одну сотню историй о лесорубах, которые попадали под гигантские лезвия пилорам или были раздавлены чудовищных размеров бревнами, упавшими с горы по чьему-то недосмотру.

– Что же случилось? – прошептала она.

– Никто точно не знает, мэм. По-видимому, когда Джефф работал на канале, одно из бревен на горе отвязалось, скатилось вниз и придавило босса.

– Отвязалось? Разве это возможно?

– В том-то все и дело, ни одно из них не могло отвязаться.

– Тогда почему это случилось? – торопила с ответом Мег.

Нед посмотрел на нее.

– Должно быть, кто-то толкнул бревно.

– Господи! – задыхаясь проговорила девушка. – Вы хотите сказать… кто-то намеренно сделал это?

– Вероятнее всего, – кивнул Нед.

– Он… мертв?

– Нет-нет, что вы, – поспешил успокоить ее десятник. – Но с рукой у него что-то серьезное. Мы уже вызвали доктора.

Смертельная бледность Мег сильно напугала Неда.

– С вами все в порядке, мэм?

– Да, – ответила она, с трудом удерживаясь на ногах. – Не беспокойтесь, все хорошо. Вы уверены, что он будет жить?

– Конечно, он будет жить, – убежденно произнес Нед. – Только думаю, вам все же лучше поехать со мной.

– Да-да, обязательно, – приходя в себя, закивала Мег. – Вы приехали на коляске?

– Нет, на коне. На коляске дорога заняла бы больше времени. У вас же есть лошадь?

– Да. – Мег посмотрела на свое платье. – Только я не могу ехать в этом. Вы идите, пожалуйста, и оседлайте мою лошадь, я быстро переоденусь.

Нед кивнул и тут же направился к навесу.

Взбегая по ступенькам, Меган на ходу расстегивала платье. На самом ли деле кто-то пытался убить ее мужа? Скорее всего да. Зачем же еще было спускать бревно по каналу, когда он там работал? Кто же это сделал? Вдруг она остановилась, и рука непроизвольно потянулась к горлу. Питер… это он! Именно об этих угрозах он тогда и говорил, а теперь, видно, решил не тратить время зря и поскорее исполнить свой гнусный план. Но как доказать это?

Да, ей во что бы то ни стало нужно поговорить с Джеффом. Если Фарнзворту станет известно, что ее муж остался в живых, он снова попытается убить его. А может, в этот раз ему удастся расправиться с беспомощным человеком? Сейчас Джеффри даже не удержать винтовку в руках. О Боже, что делать?

Мег принялась судорожно вспоминать, правша ли ее муж. За столом левша всегда выглядит неуклюже, но в поведении Джеффа никогда не было ничего странного. Он держал вилку в левой, а нож – в правой; когда здоровался, ни разу не протянул по ошибке левую руку, а еще, как-то раз заглянув к нему в комнату, она увидела, как тот брился, и бритва тогда тоже была в правой руке.

Окончательно убедив себя, что Джефф правша, она быстро освободилась от нижних юбок и белья. Подскочив к гардеробу, Мег вытащила тяжелую твидовую амазонку, неловко влезла в нее и потратила считанные секунды, чтобы застегнуть пуговицы. Задержавшись в прихожей, она зашнуровала ботинки и выскочила из дома.