Кэт Мартин - Ни о чем не жалея

– Вы не должны себя винить. Вы же представления не имели, что этот молодой человек делает. Он вступил в права наследства только в прошлом году. Кто бы мог подумать, что он так неумно распорядится своим состоянием, а поняв, что поправить содеянное уже невозможно, предпримет такой чудовищный шаг?

Но Рэнд все равно себя винил. Джонатан был молод и горяч. Много лет назад, еще будучи мальчишкой, он поклялся разбогатеть, во много раз увеличив небольшое наследство, оставленное ему отцом, дядей Рэнда. А вместо этого потерял то немногое, что у него было, и, впав в отчаяние, убил себя.

Рэнд вновь взглянул на колонку цифр.

– Здесь нет никакого намека на то, куда ушли деньги.

– Совершенно верно. – Взяв другой лист, Эфрам положил его поверх первого. – Как видите, почти все деньги отошли судоходной компании «Мерриуэзер» и предназначались для закупки копры в Вест-Индии. При благоприятном исходе дела состояние вашего кузена могло бы удвоиться. К сожалению, корабль затонул во время шторма, вся команда корабля погибла, а Джонатан лишился всех своих средств.

Что-то в голосе Эфрама насторожило Рэнда. Этот человек был его доверенным лицом в течение многих лет, с тех пор как умер отец и Рэнд унаследовал герцогство.

– Хорошо, друг мой. Похоже, вы знаете больше, чем мне говорите. Прошу вас, не утаивайте от меня ничего.

Сняв очки в железной оправе, Эфрам положил их на полированную дубовую столешницу.

– Хорошо зная вас, я подумал, что вы захотите узнать о судоходной компании «Мерриуэзер» как можно больше. Я навел кое-какие справки, неофициальным путем, как вы понимаете. Оказалось, что уже неоднократно бывали случаи, когда корабли этой компании благополучно шли ко дну, в результате чего целый ряд инвесторов лишался крупных сумм.

На секунду Рэнд плотно сжал губы, после чего коротко бросил:

– На что вы намекаете, Эфрам?

– Я лишь хочу сказать, что отправка груза полностью финансировалась инвестором. Если бы корабль не затонул, а благополучно добрался до берега, даже не английского, а какого-нибудь другого, всю прибыль получил бы его владелец.

Рэнд так и подался вперед.

– Вы хотите сказать, что все это предприятие – сплошной обман?

– Я хочу сказать, что судоходная компания «Мерриуэзер» вполне могла заявить о кораблекрушении, а на самом деле привести корабль в порт под другим именем. Прибыль, которую они могли бы получить, была бы огромна.

Ярость охватила Рэнда. Его кузен мертв. Молодой человек, чье будущее могло бы быть ясным и безоблачным, лежит в ледяной могиле.

Преисполненный холодной решимости, Рэнд взглянул на Эфрама.

– Я хочу знать, что случилось с тем кораблем. И я хочу знать все о судоходной компании «Мерриуэзер». Выясните, кто стоит во главе ее... и особенно кто добывает деньги для отправки грузов. – Крепко сжав подлокотник кресла, он продолжал: – Я непременно узнаю, что произошло с моим кузеном, и не успокоюсь, пока не удостоверюсь в том, что смерть Джонатана либо произошла в результате неверных расчетов... либо какой-то жадный подонок воспользовался его доверчивостью и привел к гибели.

Глава 2

В зеркальных стенах салона четко виднелось отражение мужчины. Оно передвигалось по мере того, как передвигался он сам. Филипп Радерфорд, барон Талмидж, – довольно невзрачный тип, подумал Рэнд, совсем не такой, каким он его себе представлял: светло-каштановые волосы, светло-карие глаза, на добрый десяток сантиметров его ниже, на столько же килограммов легче и на столько же лет старше. Лет сорока, может, чуть больше.

Стоя в дверях салона, Рэнд наблюдал за бароном с самого своего приезда. Довольно контактный, легко вступает в беседу с окружающими и, похоже, пользуется любовью большинства членов великосветского общества.

Впрочем, человек, выуживающий у людей деньги, чтобы набивать потом ими свои карманы, именно таким и должен быть.

Продолжая следить за бароном, Рэнд отметил, как уверенно он движется, и понял, что его кузен вполне мог обмануться. Интересно, почему они до сих пор не знакомы, продолжал размышлять Рэнд. Что ж, до конца вечера он твердо намерен исправить это упущение. Внезапно что-то отвлекло его внимание, и Рэнд, еще не понимая, что именно, оторвал взгляд от объекта своего наблюдения.

И внезапно его осенило. Смех. Глубокий, мелодичный, чувственный. Он отлично его помнил, как и миниатюрную американку, которой этот смех принадлежал. Никто из его знакомых женщин не смеялся так откровенно, и Рэнд опять почувствовал прилив желания.

На мгновение он забыл про мужчину в бордовом фраке, ради которого приехал на этот вечер, и принялся отыскивать взглядом женщину с огненно-рыжими волосами.

Выйдя из-за мраморной колонны, он увидел ее. Лицо ее по-прежнему было покрыто румянцем, в глубоком вырезе синего шелкового платья виднелась высокая грудь.

– Почему это меня вдруг посетило чувство дежа-вю? – Рэнд поднял голову: к нему с ухмылкой на лице направлялся Ник Уорринг. – Ведь ты именно мисс Хармон пожирал глазами, когда мы с тобой в последний раз встречались?

Рэнд перевел взгляд на рыжеволосую красотку.

– Именно ее, – подтвердил он, но на сей раз вместе с желанием на него нахлынуло недоброе чувство. За несколько дней, прошедших после встречи с поверенным, он случайно узнал кое-какую не очень приятную информацию о Кейтлин Хармон, а точнее – о ее отце.

Оказывается, Донован Хармон был партнером Филиппа Радерфорда – человека, по мнению Рэнда, обманом выудившего у его молодого кузена все его состояние, что в конечном счете привело того к смерти.

Почесав подбородок, пытаясь тем самым скрыть досаду, Рэнд вздохнул. Как было бы хорошо, если бы Кейт Хармон была дочерью кого-нибудь другого, подумал он, не отрывая от нее глаз.

– А она очень даже ничего, верно? – Пристально глядя на Рэнда, Ник сделал глоток джина – он предпочитал его всем другим напиткам.

– Верно.

– И она живет у моей сестры. Ты знаешь?

Рэнд прекрасно это знал. Как знал и то, что ее отец работает сейчас вместе с Талмиджем, выманивая деньги для предстоящей экспедиции у подходящих представителей аристократии – точно так же, как барон поступил с молодым Джонатаном. Если Кейтлин Хармон работала с отцом, ей должно быть многое известно о его деятельности. А это означает, что ей кое-что известно и о бароне Талмидже.

Рэнд вновь окинул Кейт оценивающим взглядом. Она оживленно разговаривала о чем-то с сестрой Ника, Мэгги, и выглядела сегодня также ослепительно, как и в тот вечер, когда они познакомились, а может, даже еще лучше. Сияющая улыбка, загорелая кожа, стройная фигурка выигрышно отличали ее от остальных женщин в зале – они не шли с ней ни в какое сравнение.