Джоан Вулф - Сладкая, как мед

— Ну, я даже не знаю, — с напускной нерешительностью промямлил Паттерсон, явно собираясь сполна насладиться этим моментом.

И леди Линфорд выпалила, более не в силах сдерживаться:

— Послушайте, мы предлагаем вам породниться с благородным Энтони Джорджем Генри Эдвардом Селбурном, герцогом Чевиотом, маркизом Ньюкаслом, графом Олнвиком, бароном Селбурном Корбриджским и бароном Селбурном Беллингемским. Мой племянник также унаследовал титул стража шотландских границ, дарованный нашему роду высочайшим указом его величества короля Эдуарда Третьего! — Графиня остановилась, чтобы перевести дыхание, и продолжала, задрав к потолку свой аристократический носик:

— Вот о ком идет речь, мистер Паттерсон! Вот чья кровь могла бы течь в жилах ваших правнуков! Что, скажите на милость, может противопоставить этому ваш драгоценный мистер Харви?

Она была совершенно права, и Паттерсон это отлично понимал. Он уже сейчас готов был лопнуть от гордости, как и любой другой англичанин на его месте. Ведь все, кто вырос в этой стране, с молоком матери впитывали почтение к голубой крови и истинной аристократии.

Подумать только, его Сара — герцогиня Чевиот!

Однако Паттерсон не был бы преуспевающим купцом, если бы не умел вести торг. Вот и сейчас он был полон решимости сбить спесь со своего противника.

— Так, значит, его мамаша была принцессой крови?

— Совершенно верно, — отчеканила графиня. — И через нее Сара станет родственницей королям Франции.

Торговец сделал вид, что обдумывает эту новость.

— А сколько лет этому вашему герцогу? — вдруг спросил он. — Моей-то крошке едва исполнилось восемнадцать!

— Чевиоту двадцать семь лет, — с завидной выдержкой сообщила графиня.

— Вы можете не сомневаться, что ваша внучка будет счастлива в браке, мистер Паттерсон. Слава рогу, мой племянник умеет вести себя с дамами.

— Так он у вас заправский ловелас, да? — подозрительно прищурился Паттерсон.

— Супруге Чевиота не придется жаловаться на отсутствие уважения со стороны мужа! — вмешался граф.

— А почему вы так уверены, что мои денежки не испарятся точно так же, как испарились деньги его отца? — не унимался Паттерсон.

— Как я уже имел удовольствие вам сообщить, Чевиот является полной противоположностью своего отца, — отчеканил Линфорд. — Он чрезвычайно ответственный молодой человек. И если ваша внучка станет его женой, мистер Паттерсон, то вам не придется беспокоиться ни о ней, ни о ваших деньгах.

— Невилл Харви тоже чрезвычайно ответственный юноша! — злорадно заявил торговец.

Леди Линфорд вскочила с кресла, словно рыцарь, бросающий перчатку в лицо противнику, и промолвила с холодным презрением:

— Возможно, так оно и есть. Но мой племянник готов сделать вашу внучку герцогиней, мистер Паттерсон. А кем она станет при вашем Харви? Королевой хлопкового рынка?

Торговец молча прищурился: удар попал в цель.

— Вы слишком умны, мистер Паттерсон, — продолжала графиня свою атаку,

— чтобы отвергнуть возможность породниться с одним из самых прославленных семейств Англии. Представьте хотя бы, что ваш правнук в один прекрасный день может стать премьер-министром.

«Запросто! — подумал про себя Паттерсон. — Если только унаследует мои мозги».

— Ваша взяла, миледи, — добродушно пробурчал он. — Тут уж мне крыть нечем!

— Вот и отлично. — Графиня едва заметно улыбнулась. — Тогда я предлагаю как можно скорее свести наших молодых.

— И как вы себе это представляете? — иронически осведомился торговец.

— Я приглашу вас с Сарой погостить у нас в Кенте, — изложила свой план леди Линфорд. — Там будет Оливия, наша дочь и подруга вашей внучки, и мой племянник.

Паттерсону стоило большого труда не выдать свой триумф. Он, никому не известный торговец, — званый гость в загородном поместье графа Линфорда!

— Хорошо, миледи, — с суровой миной ответил он. — Я не возражаю против того, чтобы молодые люди встретились. Но учтите, если этот ваш герцог не понравится моей Саре — я не стану выдавать ее за него силой!

— Ни о чем подобном не может быть и речи, мистер Паттерсон! — заверила леди Линфорд с торжествующей улыбкой. — Но ни одна женщина не устоит перед обаянием такого кавалера, как мой племянник!

Торговец лишь презрительно фыркнул в ответ.

— По-моему, было бы разумно не говорить пока Саре о нашей беседе, мистер Паттерсон, — вмешался лорд Линфорд. — Это может смутить ее при знакомстве с герцогом. Пусть их первая встреча будет выглядеть случайной. Полагаю, что дальнейшие шаги мы могли бы доверить самому Чевиоту.

Торговец что-то пробурчал себе под нос.

Лорд Линфорд поднялся с кресла и вышел вперед, протянув руку. Паттерсон тоже встал и ответил на рукопожатие.

— Значит, мы ждем вас в Хартфорд-Корте в этот четверг, — заключила леди Линфорд. Она мило улыбалась, но руку торговцу так и не подала. — Вы ведь согласны, что не стоит откладывать это дело в долгий ящик?

«Еще бы, когда на вас насела такая свора кредиторов! — цинично подумал Паттерсон. — Дураку ясно, что герцог спит и видит, как заграбастает Сарины денежки!»

— Договорились, в четверг, — промолвил он вслух, встал и направился к дверям.

Глава 2

Максвелл Скотт вошел в библиотеку городского особняка Селбурна на Беркли-сквер и остановился, увидев Энтони за рабочим столом, понуро опустившим голову на скрещенные руки.

— Энтони! — окликнул он с тревогой в голосе. — Что с тобой?

— Все в порядке, — заверил тот своего преданного секретаря. — Я немного задумался.

— У тебя усталый вид, — сказал Макс, не отрывая глаз от дорогого ему лица хозяина.

— Я просто устал, — признался герцог с вялой улыбкой. — Слишком долго возился с бумагами, а там сплошь долги, долги и еще раз долги! Какая жалость, что мой родитель не скончался лет этак на десять раньше. Может, тогда еще удалось бы что-то спасти.

Секретарь медленно пересек комнату и остановился перед столом.

— Присаживайся, Макс, — предложил хозяин кабинета и устало махнул рукой в сторону кресла.

Максвелла Скотта нельзя было назвать обычным личным секретарем знатного вельможи. Во время испанской кампании он уже служил лейтенантом в том полку, куда прислали неопытного двадцатилетнего капитана лорда Олнвика. Макс, успевший понюхать пороха, с готовностью взял под свою опеку молодого товарища по оружию и помог ему пройти крещение огнем и сталью, не уронив достоинства перед подчиненными. К тому же не кто иной, как Макс, спас жизнь молодому графу в битве под Саламанкой, когда вывез тяжелораненого капитана с поля боя и доставил в госпиталь.