Дженел Тейлор - Судьба моя

Он обратил внимание, что периодически один или несколько тива скрываются в сплетенном из ивовых веток доме на краю леса. Осторожный Волк насчитал три дома, принадлежавших тива. Два больших вигвама, один – для собраний и хранения ритуальных предметов и отличительных знаков, второй – для старых и молодых тива, и еще этот загадочный дом, в котором тива совершали какие-то свои священные обряды. Он заметил, что ни один из ханьюива, включая вождя и шамана, никогда не входит в эти помещения. Главой всех тива был высокий, плотного сложения, держащийся с большим достоинством мужчина, Тива-Шу. Его звали Регим, и он пользовался всеобщей любовью и уважением. Кайони особо почитал его. Чейенн уже узнал, что Регим был братом Мартайи, поэтому такая близость была вполне объяснима.

Он близко познакомился уже почти со всеми многочисленными родственниками Кайони: матерью Мартайи и Регим, родителями Разящего Камня, Маленьким Горностаем и его семьей. Они все ему нравились, за исключением сына Бурого Оленя. Ему Осторожный Волк не доверял.

Мысли чейенна вновь вернулись к тива. Члены этого клана никогда не появлялись на людях без масок или с непокрытыми рисунками лицами. Он подумал, что только тива знают, как они в действительности выглядят. Так как все их маски были разными, их обладателей никогда не путали. Молодые тива жили в вигваме вместе со старыми, которые воспитывали их до шестнадцатилетнего возраста. Однажды Осторожному Волку довелось увидеть, как проводились занятия с двумя молодыми тива. Одному из мальчиков было лет двенадцать, а другому – четырнадцать. Похоже, тива имели те же права, что и мужчины. Они заседали в совете племени, пели и танцевали вместе с остальными, но всегда держались обособленно. Никто не объяснил ему этого, и он не должен был спрашивать, почему у тива такие необычные законы.

Но так как Кайони был тива, Осторожный Волк хотел знать об этом клане все. Он не мог понять, почему его друг иногда кажется таким грустным, а временами даже жестоким. Кайони мог быть спокойным, нежным и покорным. Но потом становился хитрым, безжалостным и непреклонным. Словно в теле охотника жили два разных человека, как будто у Кайони было два лица – одно настоящее, но спрятанное, а другое искусственное, но открытое.

Проходя мимо Осторожного Волка, Тайсинга едва слышно прошептала:

– Иди за мной. Мы выйдем из лагеря. Нам надо поговорить об одной тайне. Проследи, чтобы нас никто не увидел.

Крайне удивленный словами охотника и встревоженный испуганным выражением его лица, чейенн послушно пошел следом. Он вышел из лагеря по другой тропинке, проскользнул вслед за Тайсингой и добрался до места их встречи. По дороге он убедился, что никто не заметил его исчезновения.

– Осторожный Волк, ты должен поклясться своей жизнью и честью, что никому не расскажешь того, что я открою тебе.

Чейенн видел, что тива страшно нервничает и постоянно оглядывается по сторонам.

– Чего ты боишься, Тайсинга?

– Клянись, или я уйду, ничего не сказав тебе.

Осторожный Волк внимательно посмотрел на тива. Маска юноши была совсем не такой, как у Кайони, за исключением черного фона. Если он хотел узнать эту тайну, то ему придется поклясться.

– Я клянусь жизнью и честью, что никогда не выдам тебя. – Если только ты не замыслил зло.

– Если ты меня выдашь, я погибну. Кайони тоже пострадает и понесет наказание. Видение, благодаря которому тебя прислали сюда, не сбудется. Пострадают многие, дружба между нашими племенами будет потеряна навсегда. Ты погибнешь или будешь обесчещен. А без тебя и помощи чейеннов вороны уничтожат наше племя.

Эти слова поразили Осторожного Волка.

– Услышанные от тебя слова не покинут моих губ, – поклялся он. – Какая же тайна может обладать такой силой?

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

Тайсинга еще раз осмотрелась по сторонам. Она прислушалась и убедилась, что поблизости никого нет.

– Тива избираются Ата в возрасте пяти лет. Их обучают, чтобы они стали охотниками и защитниками для своих семей… – Голос Тайсинги был тихим и грустным. – За много лет существования нашего клана лишь несколько тива покинули его и получили возможность создать семью, иметь детей. Чтобы это произошло, избранный должен достигнуть возраста двадцати одного года, выбрать себе спутника, причем только из нашего племени, и совершить четыре подвига, которые предусмотрены законом. Соединяться с другими племенами ханьюива запрещено. Ты не должен совращать Кайони с пути тива, или многие погибнут.

Осторожный Волк недоуменно уставился на охотника. Он совершенно не ожидал услышать ничего подобного и не мог понять, какое отношение эти слова имеют к нему.

– Я и не пытался уговорить Кайони взять жену или уйти в мое племя. Кайони нужен его семье и его племени. Я же только хочу спасти ханьюива. А он – мой помощник, наши цели одинаковы. Поясни свои слова.

– Ты заставляешь Кайони испытывать запретные чувства, совершать странные поступки, а это несет смертельную опасность и Кайони, и всем ханьюива.

– Я не заставлял его ехать со мной, не пытался вынудить нарушать ваши законы и обычаи ради меня. Мы с ним друзья, мы вместе выполняем священную миссию. Я ничем не вредил ему и не совращал его на путь зла.

– Это не имеет отношения к твоему выбору и твоей цели. Происходит борьба могущественных сил – добра и зла. Мы должны служить добру и бороться со злом. Пошли. Мы не можем больше говорить. Иди тихо, как койот, и никем невидимый, как воздух.

Осторожного Волка разбирало любопытство, поэтому он беспрекословно выполнил приказ.

Тайсинга привела его к небольшому водопаду. Вода падала с отвесной скалы, образуя внизу пенистые водовороты, которые превращались в ручьи, текущие через лес к реке. Густые заросли полностью закрывали этот уголок леса. Чтобы увидеть водопад, надо было подойти к нему вплотную. Таяние снегов в горах сделало поток очень мощным, и грохот падающей воды заглушал все звуки. Подножие скалы было усеяно множеством крупных осколков камней, которые служили своеобразным прикрытием. Все мужчины и женщины купались в реке, а этим местом могли пользоваться только тива. Тайсинга была здесь много раз. Она приложила палец к губам, велев Осторожному Волку хранить молчание, затем жестом приказала ему пригнуться.

– Смотри, – прошептала она чейенну на ухо, – и ты поймешь, какую беду можешь навлечь на всех нас, если не будешь сильным и мудрым.

Снедаемый любопытством, чейенн осторожно раздвинул ветки дерева и посмотрел в сторону водопада. Ему открылась удивительная картина. В самом центре бурлящей воды стояла обнаженная и невероятно красивая женщина. У нее было стройное, мускулистое тело, округлые бедра, крепкие ягодицы, плоский живот. Ее полные, высокие груди свидетельствовали о том, что женщина никогда не рожала и не кормила детей. Казалось, что ее тело, такое нежное и гладкое, дышит теплом, несмотря на омывающие его струи холодной воды. Она явно дрожала от холода, но неприятное ощущение не отвратило ее от омовения. Ее длинные черные волосы намокли и завивались во множество блестящих колечек, как и темные завитки, прикрывающие ее лоно. Женщина закрыла глаза и, зачерпывая ладонями воду, лила ее на прекрасное лицо, гибкую шею и великолепную грудь. Солнце играло в каждой капле воды на ее теле. Незнакомка намылила руки, живот и бедра мылом, которое ханьюива делали из корней юкки. Создавалось впечатление, что струи воды и солнечные лучи насквозь пронизывают ее стройную фигурку, насыщая ее изысканным и благословенным наслаждением.