Джейн Арчер - Пленительные мечты

Когда Рейвен вошла в спальню, Слейт стоял возле умывальника. Его нож лежал около таза. Подойдя поближе, она разглядела, что он делал. Слейт высасывал из раны яд и сплевывал буроватую от крови жидкость.

– Слейт, позволь мне помочь тебе. Я могу высосать яд из раны, – сказала она.

Но он продолжал молча заниматься своим делом, не обращая на нее никакого внимания. Рейвен остановилась около него, чувствуя себя беспомощной и виноватой. Это ее должна была укусить змея, а не Слейта.

– С дороги, детка! – воскликнула мамаша Пропер, быстро входя в комнату.

В руках у нее была большая коробка. Посторонившись, Рейвен почувствовала себя еще более беспомощной и бесполезной.

– Весь яд высосал? – спросила мамаша Пропер, обращаясь к Слейту, и когда тот покачал головой, продолжала: – Дай я взгляну. – Она схватила его руку, сжала ее несколько раз, а затем проверила жгут и похвалила: – Отличная работа.

– Спасибо, – сухо сказал Слейт и снова стал высасывать и сплевывать яд. – Все, больше не могу. Дальше мне до него не добраться.

– Хорошо, теперь моя очередь. Возьми этот кувшин с водой и сядь на кровать.

Слейт сел и передал кувшин мамаше Пропер. Рейвен быстро опустилась на постель рядом с ним и взяла его правую ладонь в свои руки, словно хотела успокоить его. Слейт посмотрел на нее и ободряюще улыбнулся, а затем сосредоточил все внимание на действиях мамаши Пропер. Порывшись в коробке, хозяйка вытащила из нее кожаный мешочек, высыпала оттуда немного какого-то порошка на кусок белой замши и, добавив воды, перемешала до образования кашицы. Еще раз внимательно осмотрев рану Слейта, она наложила на нее приготовленное снадобье и туго перевязала куском белой ткани. Довольная своей работой, мамаша Пропер сняла жгут с предплечья Слейта.

– Как выглядела гремучая змея? – спросила мамаша Пропер, убирая мешочек с лекарственным порошком снова в коробку.

– С ромбовидным рисунком на спине, длиной приблизительно пять футов, – ответил Слейт и пнул ногой лежавший на полу узел. Змея тут же вновь начала извиваться и кусать ткань.

– Это самая ядовитая разновидность из всех мне известных. Тебе повезло, техасец, что ты остался в живых. Как ты себя чувствуешь?

– Ничего, как-нибудь оклемаюсь, – ответил Слейт.

– Может быть, нам лучше вызвать доктора? – спросила Рейвен.

– Доктор вряд ли чем-нибудь сможет помочь. Техасец все сделал правильно, а главное, быстро. Я наложила ему повязку с очень сильным зельем, которым пользуются команчи. Оно должно помочь, учитывая, что техасец – крепкий, здоровый парень.

– Меня и раньше кусали гремучие змеи, – сказал Слейт, – и я, как видите, остался жив. Наверное, мой организм обладает особой защитой против яда.

– Возможно, – согласилась мамаша Пропер. – Я слышала об индейцах, которые давали гремучим змеям кусать себя так, чтобы в их организм каждый раз поступала небольшая доза яда. И, в конце концов, они привыкали к нему, им больше не были страшны змеиные укусы.

– Зачем они это делали? – спросила Рейвен.

– Чтобы повысить сопротивляемость организма против яда, – ответила мамаша.

– Я очень рада, что организм Слейта обладает такой сопротивляемостью, но скажите, с ним действительно теперь все будет хорошо?

– Об этом нельзя сказать с полной уверенностью, – осторожно ответила хозяйка, окинув Слейта взглядом, – но мы сделали все, что могли, а теперь нам остается лишь наблюдать за состоянием его здоровья в течение одного или двух дней.

– У нас нет столько времени, – возразил Слейт. – Нам надо продолжить поиски Тайми.

Мамаша Пропер фыркнула.

– Ты никогда не найдешь его, если умрешь или будешь валиться с ног от слабости, – заметила она. – Тебе нельзя браться за серьезные дела, пока ты не отлежишься в постели, и из тебя не выйдут вместе с потом остатки яда.

– Я достаточно хорошо себя чувствую, чтобы завтра утром отправиться в путь, – настаивал на своем Слейт, хотя его лицо покрывала мертвенная бледность, а на лбу выступили капельки пота.

– О, конечно, – притворно согласилась с ним мамаша Пропер, бросив на Рейвен заговорщический взгляд.

– Но ведь он не умрет, как вы считаете? – с беспокойством спросила Рейвен, которую охватила острая тревога за жизнь Слейта.

– Не должен, – отвечала мамаша Пропер. – Этот парень справится с болезнью, если пару дней полежит в постели и хорошенько пропотеет.

– Мне кажется, нам все же надо пригласить к нему доктора, – настаивала Рейвен.

– Несомненно, – согласилась хозяйка пансиона, – но не сегодня. Доктор уехал в лагерь уичито – там кто-то из индейцев сломал ногу – и должен вернуться только завтра днем.

– Рейвен, – промолвил Слейт, – меня не в первый раз кусает змея. Мамаша Пропер знает, что делать в таких случаях, а доктор нам не скажет ничего нового.

– Но если это успокоит Рейвен, давайте завтра вызовем врача, – сказала хозяйка.

– Хорошо, так мы и сделаем, – промолвила Рейвен, почувствовав облегчение при мысли о том, что завтра доктор осмотрит Слейта. – Но мне тоже хочется чем-нибудь помочь ему.

– Вам представится такая возможность, – заявила мамаша Пропер. – Уложите Слейта в постель и всю ночь поите его тем омерзительным отваром, который я скоро принесу сюда. Он будет проклинать меня на чем свет стоит, но пропотеет так, что из его организма выйдет весь яд. А это сейчас – главное. Итак, уложите его и не разрешайте вставать. А я тем временем спущусь в кухню и приготовлю питье.

Когда мамаша Пропер вышла из комнаты, Рейвен обернулась к Слейту и взяла его за руку.

– Итак, ковбой, ты слышал, что сказала леди? – шутливо промолвила она, стараясь снять его напряжение. – Я должна уложить тебя в постель.

– Я подчинюсь, если ты тоже ляжешь со мной, – ответил он, лукаво улыбнувшись.

– О, Слейт, как мы можем шутить! Меня охватывает ужас при мысли, что тебя укусила ядовитая змея.

– Теперь ты понимаешь те чувства, которые я испытал, когда мне сказали, что Хэнк убил тебя.

– Да, я поняла, что тебе довелось тогда пережить, но скажи, ты уверен, что с тобой все будет в порядке?

– Да! Черт возьми, разве могу я оставить тебя одну?

– Ловлю тебя на слове, – сказала она и сжала его руку. – Слейт, не знаю как и благодарить тебя. Ты спас мне жизнь.

– Не надо меня благодарить, Рейвен. Я счастлив, что ты осталась в живых. Честно говоря, я взвесил все «за» и «против» и решил, что дам змее укусить себя. Другого выхода я просто не видел.

Она положила ладонь на его лоб.

– Ты весь горишь и покрыт потом.

– Это потому, что ты рядом.

– О, Слейт, как ты можешь подтрунивать надо мной в такой ситуации? Я очень беспокоюсь за тебя.