Карин Эссекс - Лебеди Леонардо

— Ты многого не знаешь, Изабелла, — вступила в разговор Беатриче. — Леонардо уверяет нас, что проводит дни и ночи в работе над скульптурой, а нам доносят, что на самом деле он занят изобретением машины, при помощи которой человек сможет летать по воздуху, как птица!

— А вы никогда не пытались задержать Леонардо жалованье? — спросила Изабелла. — Голод быстро подскажет magistro, как важно выполнять обещания.

— Разве могу я так сурово обойтись с гением! — воскликнул Лодовико и схватился за голову, словно сожалея о собственном мягкосердечии.

Затем Лодовико принялся разглагольствовать о том, что Леонардо дни напролет проводит в конюшне, разглядывая лошадей и делая зарисовки с разных углов.

— Он провел больше времени, любуясь на конские зады, чем любой человек в истории! — пожаловался Лодовико. — Наверное, пытается разглядеть в лошадиной заднице меня!

Беатриче залилась смехом.

— Нельзя торопить гения, — промолвила Изабелла.

Лодовико явно подготавливал почву для отказа. Вот сейчас он заявит ей, что о позировании Леонардо не может идти и речи.

— Я вне себя от злости, — продолжал Лодовико. — Несколько месяцев назад я попросил Лоренцо Великолепного прислать мне какого-нибудь флорентийского скульптора, способного изваять конную статую. Однако Лоренцо — да упокоит Господь его жестокую душу — оставил этот мир. Кем теперь заменить Леонардо?

— Вам стоит отдохнуть, Лодовико, — снова вступила в разговор Беатриче. — В конце концов все образуется.

Она взяла Изабеллу под руку и вывела сестру из комнаты.

— Неужели Лодовико на самом деле решил прогнать magistro?

Изабелла все еще надеялась похитить Леонардо из Милана, не вызвав гнева Il Moro.

— Вряд ли. Лодовико скоро успокоится. Эти двое словно пожилая семейная пара. К концу дня непременно помирятся.

Возможность побыть с Лодовико наедине представилась Изабелле, когда хозяин замка пригласил ее посетить Башню сокровищ. Лодовико забрал ключи у дворецкого и отпустил его. Затем сам отпер дверь и предложил Изабелле войти. Охрана меняется каждые восемь часов, объяснил Лодовико. Изабелла услышала, как за спиной захлопнулась дверь.

Свет падал сквозь высокое четырехугольное окно на бесчисленные сосуды с серебром, расположенные в строгом порядке в соответствии с весом и достоинством монет. На длинных полках лежали украшения и драгоценные камни. Поверхность стола, размером не меньше обеденного, покрывали серебряные кресты, украшенные бриллиантами. Цепи и пояса, сияя каменьями, ждали своего часа, чтобы украсить шеи и талии счастливцев. Гобелены и картины занимали стены от пола до потолка. Сундуки с серебром примостились на коврах ручной работы, тонкие светильники из благородных металлов, числом не менее двух сотен, сгрудились в углу, словно заколдованная армия. В дальних углах залы высились горы монет — настолько высокие, что даже Беатриче на своем лучшем скакуне вряд ли перепрыгнула бы их с разбегу.

От такого богатства голова Изабеллы пошла кругом. Она прекрасно понимала, что перед ней не что иное, как шкатулка с драгоценностями ее родной сестрицы.

— Невероятно, — выдохнула она, обращаясь к Лодовико, уже давно ожидавшего ее реакции.

— И это не все, — сказал он, вынимая из кармана еще один железный ключ.

Затем Лодовико принялся открывать шкатулки, стоявшие у стен. В шкатулках обнаружились короны, кольца, драгоценные камни, нитки черного и белого жемчуга, шитые золотом ткани и тяжелая парча.

— Для меня это слишком, — промолвила Изабелла, — просто глаза разбегаются.

— Внутри этой комнаты — богатство целого королевства, — согласился Лодовико.

— Да и сама комната прелестна, — заметила Изабелла, показывая на изысканный резной плющ, украшавший двери.

Она попыталась глазами проследить змеевидный узор, но закружилась голова.

— Сам magistro задумывал и украшал эту комнату, — пояснил Лодовико.

«Ага, — подумала Изабелла, — вот и повод».

— За его согласие писать мой портрет я отдала бы все богатства, что хранятся в вашей сокровищнице, — заметила она словно про себя.

— И тем не менее я могу предложить вам любую вещь, кроме той, о которой вы просите, — услышала она ответ Лодовико.

Изабелла обернулась к нему. Пляшущие искорки в его глазах, которые она помнила с их последней встречи, погасли. Изабелле показалось, что в его глазах сестры поменялись местами: теперь Изабелла казалась Лодовико моложе, а Беатриче старше и мудрее. Неужели ожидание ребенка так меняет женщину?

— Не стану лукавить с вами, маркиза. — Официальный тон Лодовико подсказал Изабелле, что со всякой близостью между ними покончено навсегда. — Я обсуждал этот вопрос с женой. Она не хочет, чтобы все вокруг думали, будто я влюблен в вас.

— Но ведь magistro может нарисовать ее первой!

Внизу живота Изабелла ощутила пустоту: подумать только, недавно она сама отговаривала от этого сестру!

— Беатриче не хочет позировать magistro. Ей неприятно равняться с моими любовницами.

Чтобы не упасть, Изабелла оперлась рукой о стол. Как могла она вести себя так глупо, так жестоко? Теперь Господь наказывает ее за грехи, и поделом.

Однако Изабелла не собиралась сдаваться. Портрет кисти magistro — не жемчужное кольцо или античная ваза. Отказавшись от него, она откажется от бессмертия. Но в эту минуту Изабелле казалось, что она увязла в центре паутины и наружу уже не выбраться.

— Вам нездоровится, Изабелла.

Лодовико по-отечески коснулся ее руки. Куда девалась его былая страсть? Изабелла почувствовала, как на глаза наворачиваются слезы.

— Что же делать?

— Пока ничего. О нас и так болтают много лишнего. Как ни стараюсь я заводить друзей, но все время обнаруживаю, что окружен врагами. Я не могу допустить, чтобы к моим недругам прибавилась жена.

Лодовико попытался смягчить боль, которую причинил Изабелле в сокровищнице, щедрым подарком.

— Сшейте себе что-нибудь прелестное.

С этими словами он преподнес ей рулон золотой парчи. Затем Лодовико поцеловал Изабеллу в лоб. В лоб! Он взял ее руки в свои и с прежним воодушевлением принялся убеждать ее, что она должна быть терпеливой. Однако в подробные объяснения Лодовико вдаваться не стал, предоставляя Изабелле возможность гадать, что он имел в виду.

На следующий день Изабелле пришлось испытать еще большее потрясение. Спустившись к обеду, она обнаружила за столом красивую светловолосую даму — с нежным профилем, соблазнительными формами и проницательными глазами, зелеными, как море. Женщина смеялась, глядя, как Беатриче забавляется с живым и подвижным малышом. Несмотря на то что с того времени, когда дама позировала magistro, прошло десять лет, Изабелла сразу узнала Цецилию Галлерани и ее сына, который унаследовал от отца темно-каштановый цвет волос и пухлые губы.