Джейн Киддер - Поцелуй страсти

— И все же я уверена тем не менее, что это весьма комфортабельный экипаж, — заметила девушка, забираясь с помощью Майлза в карету.

— Нисколько в этом не сомневаюсь, — сказал он со смехом, усаживаясь на шелковые подушки с нею рядом. — Стоит, однако, представить себе, что ехать предстоит всего две мили, невольно начинаешь думать о чрезмерности и даже обременительности подобного комфорта.

Две мили они одолели в рекордно короткий срок, и прежде, чем Виктория успела об этом пожалеть, карета остановилась около церкви, в которой должно было проходить венчание.

— Это они вас обсуждают, — заметила Виктория, кивком головы указав на шушукавшихся матрон.

— Только потому, что я нахожусь рядом с вами, — сказал Майлз, помогая девушке сесть на стул в заднем приделе храма.

Виктория знала, что это не так, но все равно порадовалась его словам. Оглянувшись, она доверительно склонилась к Майлзу и прошептала:

— Люблю летние свадьбы, когда вокруг все цветет. Они куда ярче и наряднее зимних. Зимой жениху и невесте приходится вместо цветов довольствоваться еловыми ветками.

— В таком случае, когда настанет ваш черед выходить замуж, вы потребуете от жениха, чтобы свадьба состоялась летом?

— Едва ли. Я не собираюсь выходить замуж — ни зимой, ни летом.

Откровенность Виктории удивила и позабавила Майлза.

— Это почему же?

— Вас наверняка поставили в известность, мистер Уэлсли, что здесь меня считают старой девой.

Майлз нахмурился.

— Если не ошибаюсь, Кэтрин Кроуфорд столько же лет, сколько и вам.

— Тем не менее между нами большая разница. Кэтти всегда мечтала о замужестве, а потому она продолжала выезжать в свет до тех пор, пока ей не сделали предложения. Я же не хочу выходить замуж, потому что считаю: замужество для женщины сродни рабской доле.

Удивлению Майлза не было предела.

— Вы и в самом деле так думаете?

— Да. Брак — это рабство, в особенности для женщины.

— Это самое забавное заявление, какое мне только доводилось слышать!

Виктория посмотрела Майлзу в глаза.

— Вот как? Вы считаете мои слова забавными? А ведь то, что я говорю, — правда. Замужняя женщина призвана ублажать мужчину, вести его дом, развлекать его гостей, воспитывать его детей…

— Уступать его грубым плотским желаниям, — с готовностью продолжил Майлз список претензий Виктории к мужскому полу.

Девушка вспыхнула и отвернулась.

— Такие вещи обсуждать неприлично.

Майлз хотел сказать: напротив, они впервые в разговоре затронули действительно важную тему, но его размышления были прерваны громкими звуками органа, которые заполнили весь храм. Разговаривать стало невозможно, и все присутствующие разом повернулись к кафедре священника.

Венчание продолжалось недолго. Когда жених и невеста рука об руку выходили из храма, Майлз с улыбкой заметил:

— Вы только посмотрите, как счастлива Кэтрин! Вряд ли в эту минуту она думает о том, что ее продали в рабство.

— Интересно, какие чувства она будет испытывать завтра? — бросила с раздражением Виктория. Потом, осознав, что ее слова прозвучали весьма двусмысленно, она хотела было отвести глаза, но не успела — наткнулась на широкую белозубую улыбку Майлза.

Свадьба Кэтрин Кроуфорд и Джеймса Беннингтона считалась самым блестящим событием в светской жизни графства. Прием, который был устроен в честь новобрачных в фамильном поместье Беннингтонов, отличался исключительной пышностью. Бальный зал был убран гирляндами весенних цветов, а для жениха и невесты сплели огромный венок, украшавший арку, стоя под которой новобрачные принимали гостей.

Свадебный пирог напоминал башню и был украшен алыми розами, марципаном и сахарными фигурками жениха и невесты на самом верху.

— Красиво, правда? — спросила Виктория, когда они вошли в бальный зал.

Майлз кивнул, после чего указал на ломившиеся от снеди столы и заметил:

— В жизни не видел такого изобилия. Похоже, нас здесь неплохо покормят.

— Разве в Америке не устраивают свадебный ужин?

— Конечно, устраивают, только он продолжается всего один вечер.

Виктория одарила его смущенным взглядом.

— Но у нас свадебный ужин тоже длится один вечер.

— Не может быть! Здесь такое количество разных вкусностей, что можно кормить гостей два-три дня.

Виктория рассмеялась и указала Майлзу на оркестр из двадцати музыкантов, которые в этот момент настраивали свои инструменты.

— Похоже, нам здесь предложат также и потанцевать, — сказала она.

— Вот и хорошо, — кивнул Майлз. — Я знаю, вы любите танцевать.

Виктория улыбнулась своему кавалеру и позволила ему проводить себя к столу.

Великолепный пир шел своим чередом без всяких происшествий, хотя Майлз пару раз замечал мрачное лицо Хэррисона Гилфлорда, восседавшего в дальнем конце стола.

— По-моему, вашему ухажеру не слишком по нраву, что мы пришли на свадьбу вместе.

Шампанское настроило Викторию на легкомысленный лад, и она неожиданно для Майлза хихикнула:

— Я уже говорила вам, что я старая дева, а потому у меня нет и не может быть «ухажеров» — так, кажется, вы изволили окрестить Гилфорда?

— Не называйте себя старой девой, — попросил Майлз. — К такой красавице, как вы, эти слова не имеют никакого отношения.

Виктория посмотрела на него круглыми от удивления глазами.

— По-моему, мистер Уэлсли, вы только что сказали мне комплимент, причем от чистого сердца.

Майлз минуту рассматривал ее в упор, потом взял у нее бокал с шампанским и поставил на стол.

— Мне кажется, миледи, что шампанского с вас уже довольно. Давайте-ка лучше потанцуем.

Они завершали третий тур вальса, когда кто-то ткнул Майлза пальцем в спину. Молодой человек удивленно оглянулся и увидел перед собой Хэррисона Гилфорда.

— Я очень долго ждал возможности пригласить леди Викторию на танец, — заявил он, — но поскольку вы по неизвестной мне причине решили танцевать с ней вечно, я счел своим долгом вмешаться и разбить вашу пару.

Майлз холодно посмотрел на Хэррисона и обратился к Виктории:

— Не желаете ли потанцевать с мистером Гилфордом?

— С лордом Гилфордом, с вашего разрешения, — прошипел Хэррисон.

Покровительственная улыбка на губах Майлза ясно давала понять, как мало уважения он испытывал к этому титулу.

— Да, да, лорд. Как я мог только об этом забыть! — с ухмылкой произнес он. — Итак, миледи?

Виктория украдкой огляделась, убедилась, что на них поглядывают, и торопливо кивнула.

— Да. Я буду рада сделать тур вальса с лордом Гилфордом.

Услышав такое, Майлз поджал губы, отступил и вложил руку Виктории в ладонь Гилфорда.