Сильвия Торп - Романтичная леди

Каролайн вежливо благодарила, заверяя, что она уедет из города уже на следующий день и не злоупотребит гостеприимством миссис Помфрет надолго. Втайне она пожалела, что вообще приняла это приглашение. Пожалуй, она чувствовала себя в большей безопасности во время своего заключения в уединённом домике Миков, нежели теперь.

Уже пробило девять часов, и миссис Помфрет, очевидно не придерживавшаяся аристократических привычек, объявила, что она проголодалась и пора ужинать. Они сели за дурно сервированный стол. За столом их с унылым сопением обслуживала неряшливая маленькая служанка, и хотя Каролайн после завтрака ничего практически не ела, как она ни старалась, аппетит исчез, так как ее беспокойство увеличивалось с каждой минутой.

После обеда хозяйка исчезла куда-то вслед за служанкой. Мисс Крессуэлл напрасно ждала ее возвращения. Она вышла из-за стола и села на диване у камина, мистер Тренч же остался с бутылкой вина у стола с явным намерением опустошить ее до дна. Он, похоже, не пьянел, но становился более шумным и разговорчивым. Тренч все говорил и говорил, видимо желая произвести на нее впечатление громкими именами, но Каролайн, до некоторой степени знакомая с высшим обществом, оставалась безучастной.

– Не могу понять, куда это подевался Джордж, – вздохнула она, воспользовавшись паузой в потоке анекдотов из жизни сильных мира сего, которыми без конца сыпал Тренч. – Ему давно пора бы приехать.

– Нет нужды волноваться за Джорджа, любезнейшая, – с приторной ласковостью в голосе успокоил ее Тренч, подливая себе в бокал вина. – Где-нибудь обедает, осмелюсь предположить. Предпочел смыться из дома, вы ведь понимаете. Не в милости у своей мамаши, да и у дедушки тоже, полагаю. Похоже, те не понимают, что нельзя взрослого человека удержать на детских помочах. Джордж – горяч и пылок без меры! Он уже вырос из коротких штанишек и время от времени должен немного поразвлечься.

– Но он что, не понимает, к чему приведут его ссоры с дедушкой? – резко возразила Каролайн. – Вы оказываете Джорджу дурную услугу, мистер Тренч, поощряя его необузданные выходки.

Она замолчала, услышав шаги в прихожей, после которых раздался безошибочно угадываемый звук закрывающейся входной двери. Внезапно заподозрив неладное, Каролайн поспешила к окну. Она успела вовремя. Отодвинув в сторону штору, девушка мельком увидела хозяйку дома, идущую прочь от дома.

Каролайн в волнении воскликнула:

– Миссис Помфрет куда-то ушла!

– Совершенно верно, сударыня, – приветливо откликнулся мистер Тренч, привольно развалившись в кресле. – Пошла навестить друзей. Белла – очень мудрая женщина! Знала, нам не захочется, чтобы нас беспокоили.

Каролайн взглянула на Тренча, смотревшего на нее масляными глазами, и все ее неопределенные подозрения переросли во вполне реальную тревогу. С трудом сдержавшись, чтобы сразу не броситься к двери, она холодно заметила:

– Похоже, милейший, вы с миссис Помфрет сильно ошибаетесь. Я не могу остаться здесь наедине с вами ночью, а вы не имели никакого права предполагать, будто мне это придется по душе.

Мистер Тренч откинулся в кресле, но потом, передумав, поднялся, продолжая приторно улыбаться. Он обошел стол и решительно взял Каролайн за руку:

– Ну же, дражайшая, нет никакой надобности изображать невинность. Со мной можно запросто, это правда. Признаюсь, в прошлом вы обманывали меня своей мнимой щепетильностью, но не больше. Видите ли, теперь-то мне известна ваша маленькая тайна. – Он хихикнул и начал тянуть ее к дивану. – Ну, ну, ладно, не будем больше об этом! Смею надеяться, я человек широких взглядов.

– Как вы смеете, сэр! – Задохнувшись от негодования, Каролайн с силой выдернула руку. – Я не останусь здесь, вы оскорбляете меня подобным образом! Прошу вас, пропустите меня!

Тренч покачал головой. Он все еще продолжал улыбаться, но в его улыбке затаилась змеиная издевка, заставившая ее похолодеть. Каролайн интуитивно почувствовала, что это не просто посягательство мужчины на ее невинность; всего на какую-то секунду в этом человеке приоткрылась его истинная суть, его порочная жестокость, и девушка ужаснулась. Зыбкие надежды, что все обойдется, рассеялись как дым, осталась только омерзительная фамильярность как в словах, так и во взглядах.

– Очень красиво сыграно, сударыня, но со мной вы впустую тратите силы. Я не такой простак, чтобы поверить в сказку, которой вы пытались одурачить вашу тетушку. Визит к родственникам! – Он рассмеялся и пьяно обнял ее за талию. – Нет, нет, это не пройдет! Я немного вращался в обществе, и уж я-то знаю – такое платье, какое вы надели, никогда не сошьют в провинции. Ах, кокетка! Ах, хитрая лисичка!

Вне себя от страха и ярости мисс Крессуэлл поступила опрометчиво, выказав свой нрав. Она изо всех сил размахнулась и нанесла мистеру Тренчу звучную пощечину, от которой обидчик даже задохнулся. Он расжал свои объятия, и Каролайн бросилась к двери. Но негодяй изловчился и поймал ее прежде, чем она успела добежать до порога.

– Показываешь коготки, не так ли? – злобно прошипел он, схватив ее за запястье и не давая ударить себя второй раз. – Глупо, дражайшая. На самом деле очень глупо. Тебя, видно, испортил богатый любовник, но если он терпел истерики, я этого делать не буду. Я быстро научу тебя, милочка, хорошим манерам!

За окном раздался стук подъехавшей кареты. Хлопнула дверца, и затем в дверь громко постучали. Каролайн с новой силой попыталась высвободиться, но Тренч только усмехнулся и подтолкнул ее в глубь комнаты.

– Всего лишь Джордж, любезнейшая, – насмешливо прошипел он, обдавая ее запахом вина, – а уж он-то не станет вмешиваться. Ему это ни к чему. Уж он-то знает. Делает все, как ему сказано. И вы бы лучше слушались, если не хотите, чтобы я делал вам больно. Ну-ка, поцелуйте меня и будем друзьями!

Он попытался прижать ее к себе, она увидела его пылающее страстью лицо совсем близко от себя, и внезапно ее охватил безумный страх. Каролайн что есть силы позвала на помощь. Она слышала, как служанка вышла из кухни, чтобы открыть дверь, и понимала, что даже слабая поддержка Джорджа все же лучше, чем вообще никакой.

– Отпустите меня, вы, животное, – выпалила она, пытаясь разжать потные объятия. – Пустите меня! Джордж! Джордж!

В прихожей раздались быстрые шаги, дверь в комнату распахнулась, но на пороге появился вовсе не Джордж Крессуэлл. Каролайн секунду недоверчиво смотрела на вошедшего, а затем облегченно всхлипнула и, вывернувшись из ослабевшей от неожиданности хватки мистера Тренча, рванулась вперед с протянутыми руками. Мистер Рэйвиншоу крепко сжал ее, проговоривая спокойно: