Милли Крисуэлл - Неограненный алмаз

– Я не хотел сделать ничего плохого, мисс Пру, – пробормотал Слим. На его лице читалось смущение. – Я просто хотел поцеловать мисс Лорел в щеку. Моя мама всегда делала это, когда мне было грустно, а мисс Лорел показалась мне сегодня очень расстроенной.

Пруденс с сожалением вздохнула и кинула на Брока осуждающий взгляд.

– Я говорила тебе, что это произойдет.

– Я поговорю со Слимом. Объясню ему все о Лорел. – Когда Пруденс кивнула и направилась к двери, Брок добавил: – Но я не думаю, что случившееся было ошибкой. Крики Лорел – это просто выражение ею своих эмоций.

Пруденс не хотела этого признавать, но Брок, по всей видимости, был прав. Так же, как он был прав и относительно намерений Джекоба.

– Тебе пора сдавать экзамены на психолога, Брок. Ты, похоже, знаешь все о человеческой натуре, – язвительно бросила она, направляясь к лестнице.

– Если бы все мои будущие пациенты выглядели так, как ты, Рыжая, я бы не колебался. Я бы с удовольствием занялся расширением твоих познаний о человеческом теле.

Пруденс только раскрыла рот, не зная, что ответить. Повернувшись на ступеньке, она увидела на лице Брока ехидную улыбку. Пруденс вспыхнула и поспешила как можно быстрее преодолеть остаток лестницы.

– Знаешь, Слим, – начал свою воспитательную речь Брок, хлопнув ладонью по широкой спине ковбоя, – только дурак будет спорить со скунсом, ослом и женщиной. Похоже, что я стал дураком.

Глава 15

Многое становится возможным, если вы отдаете этому все свое внимание.

За окнами густыми хлопьями падал снег. Но дома, в столовой, было уютно – мирно потрескивали в камине поленья, наполняя комнату, в которой собрались все обитатели ранчо, теплом и уютом.

Моуди и Сара обменялись взглядами, смысл которых был понятен только им двоим, и полковник поднялся из-за стола. Он негромко и неуверенно кашлянул, и все взгляды обратились к нему.

– Я хотел бы сделать объявление, – хрипло произнес он, нервно одергивая свою синюю кавалерийскую форму – ее он надел для столь серьезного случая по настоянию Сары. – Поскольку Полли собирается нас скоро покинуть, – он мягко улыбнулся молодой девушке, – мы с Сарой думаем, что пора сделать объявление.

Над столом пронесся гул удивления. Брок, сообразивший, в чем дело, повернулся к Пруденс, чтобы понаблюдать за ее реакцией. Отношения Моуди и Сары давно уже ни для кого не были секретом, но не верящая ни во что Пруденс не считала их серьезными.

– Я имею счастье объявить, что мисс Сара Девенпорт оказала мне величайшую честь, согласившись стать моей женой. – Он наклонился к сидящей справа от него смущенной Саре и нежно ее поцеловал.

Пруденс была явно ошеломлена; сообразив, что все смотрят на нее, ожидая ее слов, она постаралась изобразить на своем лице улыбку и, поднявшись, поцеловала обоих в щеку.

– Примите мои поздравления! Я очень за вас рада. – Пруденс действительно была за них рада, хотя эта новость и застала ее врасплох. Она и предположить не могла, что отношения этих двоих людей приведут их к алтарю.

– Ты, старый, облезлый ворон, – громко сказал Брок, – как ты, черт тебя задери, уговорил эту умную женщину стать твоей женой? – И он так жарко поцеловал Сару, что ее щеки порозовели.

В ответ на эти слова засмеялись все, кроме Полли, которая вдруг всхлипнула.

– А я пропущу свадьбу, – грустно произнесла она, вытирая слезинку.

– Ладно, Полли, – положил ей руку на плечо брат. – На Рождество ты будешь дома, с мамой и папой, и будешь делать все, что захочешь.

– Но тебя не будет со мной, Уилл. – Она бросила на него хмурый взгляд, затем быстро взглянула на Мэри, которая невинно изучала стоявшую перед ней тарелку.

– Тише, тише, Полли, – предупредила Луанн, – ты испортишь Саре такой момент!

Прикусив губу, Полли выскочила из-за стола и бросилась из комнаты.

Пруденс поднялась, чтобы пойти за Полли и успокоить ее, но Уилл оказался быстрей:

– Я присмотрю за ней, мисс Пру. Как-никак Полли все еще под моей опекой.

Опустившись на свое место, Моуди смущенно пробурчал:

– Мне очень жаль, что я так расстроил Полли. Я этого не хотел.

– С ней все будет в порядке, полковник, – уверила его Пруденс. – Полли просто жаль уезжать. Завтра утром, когда она начнет собираться, ее мысли будут заняты совершенно другим.

– Вы уверены? Может, мне все-таки поговорить с ней? – спросила Сара, с сожалением глядя на опустевший рядом стул.

Брок отрицательно покачал головой:

– Думаю, стоит позволить Уиллу уладить это дело, У них до сих пор много общего.

Позднее, когда все отправились спать, Уилл нашел Брока на кухне, куда тот пришел, чтобы перехватить чего-нибудь перед сном.

– Могу я поговорить с вами, мистер Питерс? Приготовивший два больших сандвича с ветчиной Брок протянул один Уиллу.

– Конечно, парень. Садись поешь. Проблемы всегда легче решаются на сытый желудок.

– Но мы только что поужинали, – заметил Уилл, что не помешало ему вгрызться в сандвич зубами. Секунду Брок размышлял, почему у этого парня такой же хороший аппетит, как и у него самого. По-видимому, по той же причине – из-за нехватки сексуальных впечатлений.

– Так о чем ты хочешь поговорить, Уилл? – поинтересовался Брок, откусывая кусок сандвича и запивая его холодным молоком.

– Вы не находите, что с моей стороны плохо – не проводить домой сестру?

Брок посмотрел в его полные вины глаза.

– Это тебе Полли сказала? Парень пожал плечами.

– Да. Она считает, что я люблю Мэри больше, чем ее, и что семья стоит превыше всего.

– А ты любишь Мэри, Уилл? – Заметив, как он смутился, Брок невольно улыбнулся.

– Да, сэр! – кивнул Уилл. – Для меня Мэри и Би-Джей – самое дорогое в мире. Это вовсе не значит, что я больше не думаю о Полли. Но я надеюсь когда-нибудь жениться на Мэри. Я просто не могу уехать домой, мистер Питерс. Мне нравится жить здесь, на Западе. Теперь я хорошо разбираюсь во всем, что нужно знать работнику ранчо.

– А о своей семье ты подумал? Они не расстроятся? Пруденс говорила, твой отец хочет, чтобы ты стал юристом. – Все это так знакомо, подумал Брок про себя. Когда-то и он сам выбрал эту профессию под влиянием отца.

Да, он стал адвокатом. Но Кальвин Питерс был адвокатом для богатых, защищал их привилегии, отыскивал для них лазейки в законах. Брок же стал защищать тех самых несчастных, против которых его отец поворачивал меч Фемиды. Их отношения стали враждебными, и после смерти отца Брок все время жалел об этом.

– Да, мистер Питерс. – Эти слова отвлекли Брока от воспоминаний. – Но мы не ладили с отцом. У нас с ним во всем разные вкусы. Он хочет жить в городе, любит красивые вещи, редкие книги, музеи. – Уилл потер нос. – А мне нравятся приключения. Я хочу оставить в мире, в котором живу, свой собственный след, быть хозяином себе – как вы.