Ширли Грин - С первого взгляда

Машина ждала ее на прилегающей к причалу в Вудс-Холе автостоянке. Бедняга терпеливо дожидалась свою хозяйку с того самого дня, когда началось это приключение. Машина завелась без проблем, и через мгновение Абигейл уже следовала по Хайвею-195.

Остров почти исчез из виду. Над заливом опустился густой туман и, похоже, собирался пойти дождь. В том месте, где в последний раз можно было взглянуть на остров, Абби остановила машину. Мысленно простившись с ним и со всеми теми, кто сейчас был на Ютамеке, она вытерла набежавшие на глаза слезы и двинулась в путь, в направлении Виргинии, туда, где находился принадлежащий ее семье дом.

— Так вот, значит, где ты прячешься, — войдя в комнату, заметила мать Абби.

Тупо уставившись в стену, Абигейл сидела на полу в позе йоги. Подойдя ближе, мать слегка коснулась ее головы.

— Ты жива?

— Да, мамочка, — со вздохом ответила она. — К сожалению, да. А что?

Так же, как и все в семействе Спенсер, мать Абби была довольно высокой женщиной, с такой же хорошей фигурой, как и в далекий день ее свадьбы. Удобно расположившись в кресле-качалке, она откинула со лба прядь седых волос и сложила руки.

— Что случилось? — тихо спросила она. — Расскажешь мне? Вот уже пять дней как ты сидишь на полу в этой дурацкой позе, а твоя собака не отходит от входной двери, словно ждет кого-то. Что происходит? Вы обе действительно ждете кого-нибудь?

— Знаешь, мам, — сказала Абби. — Я сделала одну ужасную вещь.

— Ну, это случается с каждым. Ты расскажешь мне обо всем?

— Еще не знаю, — ответила Абби. — Мне нужно подумать.

— Это как-то связано со свадьбой?

Абби резко вскинула на нее взгляд.

— Так ты все знаешь?

Ее мать хмыкнула.

— Неужели ты и впрямь считаешь, что твоя двоюродная бабушка одна могла придумать все это? Половина вины за неудачную затею — на мне.

Показная маска веселости слетела с лица матери.

— Прости нас, Абби. Идея показалась нам такой хорошей! Есть ли у тебя силы, чтобы простить твою глупую, повсюду сующую свой нос мать?

Абби отмахнулась от нее рукой.

— Не беспокойся, мама. На какое-то мгновение эта идея мне тоже понравилась.

— Ну и?..

— У него есть сын, Гарри. Замечательный ребенок, но ему очень нужна мать. Несколько лет назад Селби развелся с женой, но ради ребенка…

— Он, возможно, попытается снова сойтись с ней? — перебила ее мать. Извини, любовь моя, больше я никогда не буду вмешиваться в твои дела.

— Брось, мам. Я переживу это. Со временем все уладится, все встанет на свои места.

Все, кроме моего вдребезги разбитого сердца, подумала она. И кое-чего еще, подсказала ей совесть. Ну, это не столь важно, заверила себя Абигейл, хотя в душе ей было прекрасно известно, что она лжет.

— А на работу ты не собираешься?

— Нет, я ушла из газеты. В редакции хотели, чтобы я топором прошлась по очередному роману Селби. Я не могла пойти на такую подлость и отказалась. Знаешь, что напоследок я сказала редактору? Боже мой, мама, если бы ты только слышала, что я ему наговорила!.. Тебе наверняка стало бы очень стыдно за меня.

— В свое время я тоже знала кое-какие крепкие словечки, — успокоила ее мать. — Да, эта осень действительно какая-то необычная, — продолжила она. Ты уехала отсюда такая бодрая, веселая, с охапкой книг и надеждой на хорошее будущее. А вернулась, едва передвигая ноги. Ты хоть что-нибудь решила для себя? Отец ждет ответа, следует ли подавать в суд, а твои братья жаждут узнать адрес это-то человека, чтобы просто надавать ему по физиономии. Как, кстати, его зовут?

— Селби. Селби Фарнсворт. Скажи, пусть оставят его в покое. Если кто-нибудь из них тронет его хоть одним пальцем, я…

— Дело твое, — многозначительно усмехнулась ее мать. — Так, значит, этот человек тебе абсолютно безразличен? Ну что ж, я передам это отцу.

Она повернулась было, чтобы выйти из комнаты, но затем остановилась.

— Да, совсем забыла. Сегодня тебе пришло письмо. — Положив конверт на колени своей единственной дочери, она нежно потрепала ее по голове и вышла из комнаты.

Интересно, от кого оно, подумала Абби. Я уже совсем забыла, что значит получать письма. Она повертела конверт в руках, прочитала фамилию и адрес отправителя… И внутри у нее все оборвалось.

Письмо было адресовано мистеру и миссис Фарнсворт, проживающим в Фолс-Черч. Адрес был зачеркнут карандашом и сделана приписка, что по данному адресу миссис Фарнсворт не проживает. Возможное местонахождение адресата Манассас Джанкшэн. Отправителем письма значился преподобный Джонатан Плейфейер из церкви Святой Троицы в Хайаннисе, штат Массачусетс. От этого открытия Абби и вовсе стало не по себе.

Пытаясь вскрыть конверт неожиданно задеревеневшими пальцами, такими же задеревеневшими, как и ее мысли, она оторвала уголок конверта и извлекла из него поздравительную открытку.

Я всегда стараюсь, — писал священник, — еще раз письменно поздравить молодоженов, которых соединил брачными узами, и пожелать им всего хорошего. Позвольте, хоть и с небольшим опозданием, все же поздравить и вас обоих со вступлением в брак и пожелать многих лет счастья и благополучия.

Преданный служитель Господа, Джонатан У. Плейфейер, викарий церкви Святой троицы в Хайаннисе.

Боже мой, подумала Абигейл, неужели это возможно? Она взяла вторую находившуюся в конверте бумагу и раскрыла ее. От охватившей ее дрожи строчки поплыли перед глазами. Это было свидетельство о браке.

Как он посмел? И эта надпись на конверте: по данному адресу миссис Фарнсворт не проживает. Чудовище!

— Я тебе покажу, не проживает! — наконец взорвалась Абби. Так, значит, свадебная церемония была настоящей? И все это было подстроено нарочно?

Находящейся внизу миссис Спенсер было слышно, как наверху, в комнате дочери, что-то громко зашлепало. Это, вскочив на ноги, Абби перевернула шкаф вверх дном, пока не извлекла из него несколько нужных ей вещей. Дополнив свой туалет еще и свитером, так как день был холодным, она помчалась вниз, все еще держа брачное свидетельство в руке. У нее был такой свирепый вид, словно она намеревалась убить кого-нибудь.

— Свадьба была настоящей, — пулей пролетая мимо матери, пробормотала она. — Значит, мы вместе до тех самых пор, пока смерть не разлучит нас. Ну да ладно, сейчас он поймет, что его собственная смерть совсем рядом.

— Ты уходишь? — на всякий случай держась подальше, поинтересовалась миссис Спенсер.

— Ухожу, — мрачно заметила Абигейл. — Ты не в курсе, Фолс-Черч, это где?

— В пригороде Вашингтона. Там живут одни богачи. Ты едешь туда?