Саманта Джеймс - Непокорное сердце

От его предложения Шана резко выпрямилась. Боже праведный, неужели этот человек рехнулся? В душе у нее закипала ярость, какую трудно себе представить.

– Я не предпочту никого из вас! – с жаром воскликнула она.

– И, тем не менее, принцесса, вы должны выбрать.

Взор Шаны вспыхнул огнем. В глазах графа был триумф, насмешка и откровенное издевательство. Шане хотелось отомстить ему, но от Ньюбери у нее до сих пор по телу пробегала дрожь.

Легкий шорох за спиной привлек ее внимание. Все трое оглянулись, в то время как сэр Квентин вышел из тени.

Он поклонился и быстро заговорил:

– Извините меня, милорд. Я хотел переговорить с часовым. – Он повернулся, желая уйти.

Ньюбери остановил его с громким смехом.

– Нет нужды убегать, сэр Квентин. Король отдал руку леди Шаны графу Вестену. Но сегодня вечером граф великодушно предложил принцессе сделать выбор, которого ей не дал король, – быть ей с графом или со мной! Вот вы и есть тот человек, который нам нужен. Вы можете быть свидетелем, пока она не сделает выбор!

Испытывая неловкость, сэр Квентин перевел взгляд на Торна, который только приподнял бровь и пожал плечами.

– Выбирайте, миледи! Вы предпочитаете Вестена или меня?

Явно испытывая неудобство, сэр Квентин посмотрел на всех троих. Ньюбери глядел на Шану с нескрываемым вожделением, граф просто стоял, и на его губах играла лёгкая улыбка. Девушка почувствовала новую вспышку ярости. О, Торн был так самодоволен, так самоуверен, что она выберет его, а не Ньюбери. Но никто из них не вызывал у нее ни капельки интереса. А для мужчин это было просто соревнованием.

– Вы правы, сэр, – сказала Шана спокойно. – У меня есть выбор, который не предложил король. – При этом она высоко подняла голову. – Поэтому я выбираю сэра Квентина! – И, сказав это, сделала шаг в его сторону.

Наградой ей было то недоумение, которое она прочла на лице Торна, но этот момент не являлся самым подходящим, чтобы смаковать произошедшее. Ньюбери грязно выругался.

– Нет, миледи, вы не отделаетесь так легко! – Прохрипел он. – Вы должны выбрать из двоих, а не из троих!

Шана не отходила от сэра Квентина. На секунду ее взгляд встретился с взглядом Торна, а затем она резко отвернула голову в сторону.

Внимание молодого рыцаря так же было направлено на графа. На какое-то мгновение у сэра Квентина в глазах мелькнул огонек, затем он откашлялся.

– Миледи, – пробормотал он, поворачиваясь к Шане. – Вы делаете мне честь, но я совсем не желаю ссориться с этими мужчинами. – Он посмотрел на Ньюбери. – Милорд, я хочу напомнить вам, что король сам объявил, что леди Шана выходит замуж за Торна де Уайлда. Если вы будете настаивать, то рискуете вызвать неудовольствие не только графа, но и самого короля. Я не думаю, что это разумно. Что, если мы оставим это дело и вернемся в зал? – Он церемонно поклонился Торну и повел невнятно бранящегося Ньюбери по винтовой лестнице.

Принцесса и граф остались наедине.

Шана посмотрела на Торна с вызовом, так как на его губах играла насмешливая улыбка.

– Мне стоило выбрать Ньюбери, – пробормотала она. – Но я не думаю, что он смог бы быть таким же галантным, как сэр Квентин.

– Я бы никогда не позволил вам уйти отсюда ни с одним из них, – просто сказал он. – Я эгоистичный человек, миледи, годы научили меня хорошо беречь то, что принадлежит мне.

– Я вам не принадлежу, – проговорила девушка сквозь зубы. – И никогда не буду принадлежать.

Торн предпочел не обращать на ее слова внимания.

– Ваше счастье, что я увидел вас, когда вы проходили по галерее, принцесса. Или, может, было бы лучше, чтобы Ньюбери проводил вас, если бы я опоздал? – Он посмотрел с укрепления на землю, которая была так далеко внизу, затем повернулся к принцессе. Его лицо улыбалось. – Перспектива замужества так невыносима, что вы предпочли бы броситься со стены, чтобы избежать его?

– Вы льстите себе, – холодно сказала Шана. – Моя жизнь стоит больше, чем такие, как вы. Вам действительно подходит слово невыносимый. Барис – единственный мужчина, за которого я выйду замуж!

– Вы никогда не выйдете за него замуж, – Торн отрицательно покачал головой и намеренно-мягко продолжил: – Король хочет, чтобы церемония бракосочетания состоялась через неделю, и он будет на ней присутствовать.

Шана натянуто улыбнулась.

– Как быстро вы забыли, милорд, что я уже обручена, и, безусловно, Барис уже получил сообщение о выкупе. Не сомневаюсь, что он приедет ко мне, возможно, даже завтра.

– Он не приедет, миледи.

– Ну, если не завтра, так послезавтра.

– Еще раз говорю, Шана. Он не приедет.

– Почему вы так уверены в этом? – требовательно спросила она, не обращая внимания на то, что в ногах появилась слабость. – Согласно требованиям выкупа…

– Боюсь, что я за ним не посылал, – граф небрежно передернул плечами, жестко улыбнувшись. В этой улыбке было нечто большее, чем угроза. Причину этого поступка Торн не мог объяснить или проанализировать. Он только знал, что мысли Шаны о ее любимом Барисе терзали его, как ничто другое.

От этих слов девушка стала белой, как полотно, ее пронзила острая боль, словно игла, попавшая прямо в сердце. Но эту боль она никогда не покажет этому человеку, так как он только использует это против нее.

– Осмелюсь спросить, чем вызвана такая небрежность, милорд? Уж не тем ли, что вы не смогли составить требование для выкупа? – Шана не дала ему возможность ответить. Ее всю трясло от негодования. – Боже, как я вас ненавижу!

Он бросил на нее такой же уничтожающий взгляд.

– Наши чувства друг к другу, наконец, совпали, – спокойно заявил Торн.

– Тогда, как вы можете допустить этот унизительный брак? – выкрикнула она.

– Я не настолько глуп, чтобы не подчиниться королю, принцесса. Не следует этого делать и вам.

Шана положила руки на пояс.

– Вы – кукла, – обвинила она графа. – Кукла, которая надеется, что, ее наградят замком Лэнгли, этой грудой холодного камня! О да, милорд, Ньюбери рассказал мне, что Эдуард пообещал раздавать земли лорда Монтгомери и титулы, как только непокорные валлийцы будут завоеваны. Так скажите же мне, вы уже начали кампанию по уничтожению Мервина? И скоро ли она закончится? Когда река Уай станет красной от крови несчастных валлийских солдат?

– Тот, кто восстает против короля – восстает и против короны. В таких случаях кровь англичан льется так же, как и кровь валлийцев. Мне бы хотелось напомнить вам об этом, принцесса. Я – свободный человек и не думаю иначе. – Голос Торна стал опасно глухим, но Шана не обратила на это внимания.

– Да, действительно, – уколола она графа. – Вы настолько свободный человек, что пожертвуете собой, женившись на мне ради короля и короны. Не знаю, милорд, хвалить вас за это или жалеть?