Линси Сэндс - Невинный обман

Томас же на мгновение разомкнул объятия и тотчас же снова обнял девушку. И вновь его губы впились в ее уста. Чарли силилась изобразить страсть — ведь она сейчас играла роль «Элизабет», — однако у нее ничего не получалось. «О Боже, — думала она в ужасе, — как это отвратительно!»

Скрип двери положил конец ее мучениям. Томас вздрогнул от неожиданности, Чарли отшатнулась от него — и увидела Радклиффа, замершего у порога с бокалом в руке. Ошеломленный происходящим, лорд молча смотрел на Томаса и Чарли. Из-за его плеча выглядывала Бет, в ужасе уставившаяся на сестру.

Заметив молнии, сверкавшие в глазах Радклиффа, Чарли похолодела. Однако гроза не разразилась. Лорд, по-прежнему молча, шагнул к Чарли, протянул ей бокал и вышел за дверь. Моубри последовал за ним.

Чарли в смущении поглядывала на сестру. Наконец проговорила:

— Бет, ты ведь не думаешь, что я попросила Томаса поцеловать меня?

Элизабет молчала; казалось, слова сестры не произвели на нее ни малейшего впечатления. И тут Чарли, не думая, что говорит, выпалила:

— Он просто случайно увидел, как мы целовались с Рад…

— Что?! — вскричала Бет. — Радклифф тоже целовал тебя сегодня?

Чарли поняла, что сглупила, не следовало об этом говорить.

— Да… Но Томас подсмотрел за нами и, дождавшись, когда лорд уйдет, вбежал на террасу и… В общем, это было так ужасно!

Элизабет вскинула подбородок.

— Неправда! Томас Моубри знает толк в поцелуях!

— Возможно. Но он — не для меня. Во всяком случае, мне совершенно не понравилось. Кажется, и Томас не получил удовольствия. Он выглядел ужасно разочарованным.

Бет шагнула к двери.

— Неужели он ушел? — пробормотала она.

Чарли хотела что-то сказать, но не успела: Бет помчалась искать Томаса, оставив сестру наедине с ее невеселыми мыслями.

Девушка тяжко вздохнула. Все происходящее озадачивало — и пугало. Почему поцелуй Томаса не воспламенил ее? Почему не вызвал того отклика, какой вызывали поцелуи Радклиффа? Может, это все-таки случайность, может, лорд не единственный, кто способен пробудить в ней чувства? Чарли понимала, что оказалась в чрезвычайно затруднительном положении. К тому же ее терзали угрызения совести: выдавая себя за Элизабет, она принимала ласки, предназначавшиеся сестре. А ведь Бет, вероятно, собиралась выйти замуж за Томаса Моубри…

«Но что же теперь делать?» — размышляла Чарли. Девушка чувствовала, что ее влечет к лорду Радклиффу, и ей очень не хотелось терять его — с ним она переживала такие чудесные мгновения… Может, продолжить любовную игру, пока есть такая возможность? Только что она станет делать, если окажется, что никто, кроме Радклиффа, не способен пробудить в ней страсть? Чарли снова и снова задавала себе этот вопрос, однако ответа не находила. Похоже, она действительно оказалась в безвыходном положении.

— Леди Элизабет, вот вы где!

Чарли вздрогнула и подняла голову. В дверях стоял лорд Норвич.

— О, милорд…

— Почему такая прекрасная девушка скучает в одиночестве? — проговорил он с улыбкой.

— Я просто немного устала, — уклончиво ответила Чарли.

В следующее мгновение она поняла, что внимательно рассматривает Норвича. Не было ни малейших сомнений: перед ней стоял весьма привлекательный мужчина. И кажется, он ей нравился. Конечно, не так, как Радклифф, но все же…

— Вы поцелуете меня? — спросила она и ужаснулась: «Что я наделала?!»

Чарли сама не понимала, что произошло, — ведь она думала в этот момент о Радклиффе! Может, эти слова — следствие ее недавних размышлений? Может, ей хотелось проверить себя, убедиться в том, что Радклифф — не единственный?..

Воцарилось гнетущее молчание. Наконец Чарли в смущении откашлялась и, потупившись, пробормотала:

— О… простите меня, пожалуйста. Господи, какие глупости я говорю!

Девушка попятилась к двери, собираясь покинуть террасу, но Норвич, шагнув к ней, крепко обнял ее — и губы их слились в поцелуе. Все произошло так неожиданно, что Чарли даже вскрикнуть не успела. Сначала она хотела отстраниться, высвободиться из объятий, но потом вдруг почувствовала, что поцелуй Норвича пробуждает в ней первые смутные признаки желания. Впервые за этот вечер смятение в ее душе сменилось некоторым облегчением.

Но уже в следующую секунду Чарли поняла, что ошиблась. Нет, ее совершенно не влекло к этому мужчине, а его ласки — они казались ужасными… Девушка снова попыталась высвободиться, но Норвич, распалившись, еще крепче прижал ее к себе и она вдруг почувствовала, как напряглась и отвердела его плоть.

— Элизабет! — раздался голос Радклиффа.

Норвич мгновенно отпрянул и бросился к дальней двери. Чарли в ужасе замерла.

Несколько секунд они молча смотрели друг на друга. Потом лорд сказал, что уже поздно и пора вернуться в бальный зал. Чарли беспрекословно повиновалась, но шла словно во сне. Лорд Радклифф, по-прежнему молча, следовал за ней.

Однако в зале они не задержались. Глянув по сторонам, лорд взял девушку за руку и, ни слова не говоря, вывел из дома. Затем подвел к экипажу, помог устроиться на сиденье и велел кучеру ехать домой. Отвернувшись к окну, Чарли всю дорогу смотрела на темные улицы — боялась взглянуть лорду в лицо. Смущение, охватившее ее в первые минуты, сменилось злостью — она злилась на себя и на Норвича.

Наконец карета остановилась у дома, и лорд подал девушке руку. Когда они вошли в холл, он жестом предложил ей проследовать в библиотеку. Переступив порог, Чарли остановилась у письменного стола. Лорд же принялся кругами расхаживать по комнате.

Так прошло минут десять, и Чарли снова начала злиться — теперь уже на Радклиффа. Ведь она ни в чем не виновата, это Радклифф во всем виноват! Если бы не поцелуй Радклиффа на террасе, она не стала бы размышлять о том, что он, возможно, единственный мужчина, способный воспламенить ее.

Неожиданно лорд Радклифф остановился и, шагнув к девушке, заглянул ей в глаза.

— Что с вами произошло? Дважды за вечер я застал вас с мужчинами…

— И еще один раз это сделали вы, — перебила Чарли, с вызовом глядя на Радклиффа.

— Поэтому вы считаете, что теперь можете целоваться с первым встречным?

— Я так не считаю! — Чарли залилась румянцем. — Томас сам подошел ко мне и… Если вам так уж хочется узнать, то мне его поцелуй совсем не понравился!

Радклифф усмехнулся.

— А как вам Норвич?

— Я сама попросила его, — ответила девушка.

— Неужели попросили? — снова усмехнулся лорд. — Зачем?

Чарли хотела солгать — не могла же она сказать правду. Но Радклифф вдруг посмотрел на нее с таким отчаянием… Судорожно сглотнув, Чарли пробормотала:

— Я… видите ли… это из-за Томаса.