Энн Бэрбор - Удача леди Лайзы

В комнате повисла тишина.

— Я не вижу никакой летучей мыши…

Эти слова, произнесенные нетерпеливым полушепотом, донеслись от старой миссис Тремонт, стоявшей позади всех и тщетно пытавшейся разглядеть, что происходит.

Чад посмотрел наверх.

— Надо думать, она… улетела, — слабым голосом произнес он.

Чарити бросилась туда, где стоял молодой мистер Вэстон, все еще мертвенно-бледный, молчаливый и неподвижный.

— Ох, Джон! — воскликнула она жалобно. — Она была такая большая, и хлопала крыльями, и налетала на меня. Я так испугалась!

Чарити порывисто обвила его руками, но через мгновение, когда он не ответил, отстранилась и неуверенно взглянула на него.

В этот момент Лайза шагнула вперед. Она схватила Чарити за руку и потянула ее к леди Бернселл, все время ясно и отчетливо произнося слова утешения.

— Моя дорогая бедняжка, как это было ужасно! Ты так напугалась. Летучие мыши — такие противные. Конечно, я видела, как она улетала, когда мы вошли. Пойдем, пойдем, — заторопилась она, многозначительно взглянув на мать.

Леди Бернселл мгновенно поняла намек.

— Иди сюда, мое золотко, мы поднимемся наверх и попросим одну из горничных поправить твою прическу. Хочешь немного вина?

Нежно обвив рукой талию дочери и приговаривая еле внятно, но ласково, она увела всхлипывавшую девушку из комнаты. Остальные, горя любопытством, пошли вслед за ними, оставив Лайзу, Джона и Чада одних.

Джон так и не заговорил и не двинулся с места с той самой минуты, как вошел в комнату. Чад тоже молчал — он лишь осторожно взглянул на Лайзу, когда поправлял свой галстук.

— Чад! — это был прерывистый шепот Лайзы. — Как вы могли?!

Чад встретил ее негодующий взгляд точно таким же.

— Как я мог что? — резко парировал он.

— Вы полностью скомпрометировали Чарити!

— Вздор! Я просто разговаривал с ней, когда влетела летучая мышь, и это безмозглое создание сразу же стало метаться по комнате.

Лайзе захотелось пробежать через комнату и забарабанить по нему кулаками.

— Неужели вы серьезно думаете, что кто-то из этих людей, — в ярости выговорила она, указывая пальцем в направлении коридора, — хоть на секунду поверил вашей истории про мышь? Нет, вы и вправду так думаете?! Господи, да вы были наедине в закрытой комнате, и назвать вашу «позу» компрометирующей можно только ради приличия! Это в тысячу раз мягче сказано! Какой бес толкнул вас искать здесь с ней встречи?

— Я бы тоже очень хотел получить ответ на этот вопрос, мистер Локридж.

Ошеломленно взглянув на Джона Вэстона, который наконец обрел дар речи, оба они повернулись друг к другу спиной, словно тот ничего не сказал. Чад не двигался. Его глаза потемнели до цвета мутного бутылочного стекла.

— Вы называете меня лжецом, леди Элизабет? — спросил он спокойно.

— Верю я вам или не верю — не имеет значения… — начала она.

Чад предупреждающе поднял руку:

— А что до того, что я оказался в отдаленной комнате наедине с Чарити, я убежден, этот вопрос вам лучше адресовать мистеру Вэстону.

Лайза мгновенно развернулась и взглянула на Джона Вэстона, чье лицо тут же стало ярко-пунцовым — словно оно и не было мертвенно-бледным несколько секунд назад.

— Я… я не понимаю… — громко произнес он.

— Правда? — жестко спросил Чад. — Тогда я вам расскажу, — он снова обратился к Лайзе, — что ваша настойчивая маленькая сестричка увела меня прогуляться на террасу за час до того. Затем она предложила мне пойти с ней в комнату для игры в карты — как раз перед началом выступления пианиста. Она не дала мне никаких объяснений по поводу этой в высшей степени непонятной просьбы, и то, что она чуть не разрыдалась, когда я начал протестовать, показалось мне подозрительным. Потом она отошла от меня и начала разговаривать с друзьями, но, когда окончился концерт, она опять подошла ко мне и почти силой потащила меня к комнате для игры в карты. При этом она постаралась попасться на глаза своей матери. Леди Бернселл улыбнулась, довольная, что ее дочь находится в надежном обществе. Чарити быстро оглядела комнату в поисках — я уверен — вас, но вас нигде не было видно.

Мы начали играть в пикет, но уже через пять минут ее изобретательное сиятельство пролила бокал вина на свою юбку и вскочила, заявив, что должна отлучиться и привести себя в порядок. Она почти выбежала из комнаты, а я последовал за ней на безопасном расстоянии. Однако она вовсе не отправилась к туалетной комнате для дам, но скользнула в коридор, ведущий к этой комнате, — где я и нашел ее несколько минут спустя. Из этого я мог заключить только одно — здесь у нее было назначено свидание с мистером Вэстоном.

Джон сделал движение, оставленное Лайзой без внимания. Она посмотрела Чаду в лицо, и взгляд ее был острым как бритва.

— Так почему же вы не обратились немедленно ко мне? — почти закричала она.

— Но откуда мне знать, где вас искать? — спросил он подчеркнуто мягко. — В какой из отдаленных комнат я мог вас найти с вашим возлюбленным?

Лайза чуть не задохнулась, но Чад снова заговорил — и она не успела выпалить резкие слова, готовые слететь с ее уст.

— К тому же почти сразу, как я зашел в эту комнату, влетела проклятая мышь. Остальное я вам уже рассказал.

— Могу я спросить, мистер Локридж, — слова Джона Вэстона, хотя и сказанные мягким голосом, прозвучали оглушительно громко в тишине, наступившей после монолога Чада. — Почему… когда вы увидели, что Чарити идет в эту комнату… почему вы просто не пошли в золоченую гостиную и не поделились с леди Бернселл вашими подозрениями?

— Да потому что я не хотел доставить ей еще больше неприятных минут — кроме тех, которых уже не избежать, и… — Он вдруг резко оборвал свою речь, и выражение презрительного удивления проступило у него на лице. — Так вы обвиняете меня в попытке покушения на честь этой юной особы? — спросил он скептически и резко повернулся к молодому человеку. Движение это нельзя было назвать никак иначе, как только угрожающим.

Джон остался там, где стоял.

— Я хочу сказать только, что ситуация выглядела чертовски двусмысленной — с какой точки зрения на нее ни смотри.

Теперь стало совершенно ясно, что Джон Вэстон страшно взбешен.

— Я заметил, что леди Чарити получает необычайное удовольствие от вашего общества — а вы от ее. А что до вашей истории с мышью — могу лишь заметить: трудно поверить, чтобы эта маленькая летучая тварь могла привести платье и прическу леди Чарити в такой беспорядок.

Чад фыркнул:

— Тогда вы абсолютно ничего не знаете о женщинах, мой юный олух.