Патриция Хэган - Пылающие души

Нахмурившись, он полез в нижний ящик стола за припрятанной флягой рома, откупорил ее, поднес к губам и сделал большой глоток. Вытирая губы тыльной стороной ладони, Дерек выругал себя за слабость и попытку забыться с помощью спиртного.

Океан бушевал все сильнее, подбрасывая корабль на высоких волнах. Издалека доносились раскаты грома, то и дело на чернильно-черном фоне неба виднелись ослепительные зигзаги молний. Гроза, собиравшаяся несколько дней, теперь, казалось, вырвалась на волю. Дерек знал: во время шторма управление кораблем требует опыта и сосредоточенности. Он не мог позволить себе прятаться в каюте, утешаясь ромом.

И вместе с тем он понимал, почему ему понадобился глоток крепкого напитка. Его влекло к Джулии. Еще никогда в жизни он не пылал такой страстью к женщине. Возможно, дело было не только в страсти. Нахмурившись, Дерек напомнил себе, что Джулия – всего-навсего случайная любовница, не более. С тех пор как Дерек узнал, какое наслаждение может доставить мужчине женщина, он ни разу не подал виду, что дорожит какой-нибудь из своих временных подружек.

В каком-то смысле женщина – не что иное, как ночной сосуд. И не важно, как она прелестна, желанна и притягательна.

Только Богу известно, сколько женщин Дерек познал за свою жизнь. Он и не пытался вести им счет. Но ни к одной из подруг он не возвращался дважды – если не считать Опал, хозяйки ричмондского борделя. Но это было совсем другое дело. Дерек щедро платил ей, а задачей Опал было ублажать его. Она никогда не требовала жениться на ней, при расставании не обещала ждать. Опал знала, для чего на свете существуют женщины, и была сведуща в своем ремесле. По мнению Дерека, именно такой и должна быть женщина. Жену ему заменяло море. Никто не мог разлучить Дерека с морем – по крайней мере надолго.

И все-таки он иногда удивлялся своему пристрастию к суровой жизни моряка. Чем же все это кончится? Когда-нибудь он состарится, солнце и ветер избороздят морщинами его кожу. Согбенные плечи будут ныть от сырости и холода. И что же дальше? Ему останется лишь сидеть на пристани, наблюдая за отплывающими кораблями, и делиться морскими байками с товарищами по несчастью, ждущими смерти.

Черт!

Дерек со стуком опустил ноги на мерно раскачивающийся пол каюты. Не время предаваться мрачным мыслям. Должно быть, гнетущее чувство у него вызвала война. По правде говоря, за время войны он заработал столько денег, сколько раньше ему и не снилось. Когда война завершится – не важно, кто победит в ней, – он купит себе лучший корабль, какой когда-либо рассекал океанские воды. На закате жизни ему не придется жаловаться на судьбу. Он наймет молодого капитана, поручит ему управление кораблем и будет плавать по морям до самой смерти. В конце концов, его труп поглотят таинственные океанские глубины.

А сейчас пора заняться неотложными делами, с желчной усмешкой решил Дерек. Джулия Маршалл не покинет корабль до тех пор, пока не будет уплачен выкуп. Пусть матросы шушукаются и ворчат сколько влезет. Дерек знал, как он поступит. Он не только получит кругленькую сумму, но и сделает одолжение Джулии – спасет ее от Вирджила Оутса!

Неожиданный раскат грома прогремел над самым кораблем. Дерек бросился к иллюминатору и увидел, как на небе пляшут желто-белые сполохи. Наверное, Джулия сама не своя от страха. Прошла уже неделя с тех пор, как ее доставили на борт корабля и заперли в каюте. Дерек распорядился ни на миг не выпускать ее за дверь. Еду ей приносили в каюту, но каждый раз матрос сообщал Дереку, что Джулия почти ничего не ест. Вероятно, она совсем исхудала – ведь и раньше она была тонкой как тростинка.

Дерек задумчиво почесал заросший щетиной подбородок. Долг вежливости требовал от него лично проведать Джулию. Как-никак он капитан этого судна.

Однако Дерек пообещал себе держаться подальше от Джулии. Он привез ее на корабль только ради денег, да еще в надежде спасти от печального существования в Англии. Но как быть, если выкуп он не получит? Дерек покачал головой.

Раздался еще один раскат, громче первого. И тотчас небо разрезала вспышка молнии. Грозовые тучи повисли над самым кораблем.

Дерек прошел к двери каюты, открыл ее и выглянул наружу. В коридоре никого не было видно. Фонари давно потушил яростный ветер.

Поднявшись по трапу, Дерек вышел на палубу, ежась от пронизывающего ветра. Шторм и вправду будет неистовым, в тревоге подумал он.

Корабль раскачивался на волнах. Дерек приказал матросам спустить и закрепить паруса. Он знал, что некоторые из членов экипажа наверняка пренебрегут своим долгом и поспешат укрыться в кубрике, опасаясь, как бы их не смыло за борт.

При свете молний он разглядел пенистые гребни волн. Никогда еще он не видел океан в таком бешенстве – казалось, сам Бог в гневе послал на погибель кораблю своих самых мстительных фурий.

Дерек медленно двигался по палубе, держась за снасти и нащупывая дорогу в полутьме. Он хотел убедиться, что все паруса убраны. Порой он не доверял ни Гаррису, ни Уотсону.

– Сэр!

Дерек обернулся; он уже промок до нитки. Его окликнул Терман Дебнам, кочегар, который тоже был насквозь мокрым. Сгибаясь в три погибели под порывами свирепого ветра, кочегар одной рукой придерживал фуражку, а второй хватался за свисающие снасти.

– Шторм разошелся вовсю, – крикнул кочегар, перекрывая вой ветра. – Я велел набить топки доверху. Нам остается лишь задраить палубные люки и молиться. Мистер Гаррис приказал всем матросам спуститься вниз. На палубе сейчас небезопасно. Гарднер чуть не свалился за борт – хорошо еще, его успели схватить за ноги и перетащить через поручни.

Дерек встревожился, но опыт подсказывал, что ни в коем случае нельзя выказывать опасения в присутствии матросов. Гордо выпрямившись и возвышаясь над Дебнамом, Дерек взглянул на него с таким видом, словно спокойно обдумывал положение. Наконец он быстро и повелительно кивнул со словами:

– Отлично. Ступай вниз. Все обойдется, Дебнам, – не впервой. Где наша не пропадала!

– А как же, сэр! – отозвался кочегар и двинулся прочь. Дерек видел, как Дебнам поскользнулся на мокрой палубе и рухнул ничком. Схватившись за крышку люка, он тяжело поднялся и пошел дальше.

Внезапно судно накренилось, и Дереку пришлось уцепиться за поручни – палуба стала уходить из-под ног. Оставаться наверху и впрямь было опасно. Дерек двинулся к своей каюте, но передумал. Джулия наверняка перепугана. Он запретил матросам разговаривать с ней – значит, к ее опасениям примешивается тоска.

Из гуманных побуждений Дерек решил навестить ее. Он осторожно спустился вниз и остановился в коридоре. С промокшей одежды ручьями лила вода.