Джулия Бирн - Пленница викинга

Торольв нахмурился.

– Может, Рорик с ним знаком. Но сначала его надо найти, а только воронам Одина известно, как далеко он ушел. Ивейна, сиди в своей спальне, пока мы не вернемся. А ты, Анна, не отходи от нее. Не хватало, чтобы ты разгуливала по дому одна.

Анна вспыхнула, растеряв свою обычную невозмутимость.

– Хорошо, Торольв, – на удивление кротко ответила она.

Торольв усмехнулся и потрепал ее по щеке.

– Прости, если я плохо отзывался об англичанках. – А затем повернулся к Ивейне. – Рорик мог изменить свое мнение после встречи с тобой, но смерть Ситрика долгие годы не давала ему покоя. Я плохо знал Ситрика, но в детстве нам с Рориком он казался героем. Знаешь, такой огромный, шумный мужчина, способный на любые подвиги. – Он покачал головой, пробормотал: – Как все запутано, – и вышел из зала.

– По-моему, он пытался меня утешить, – проворчала Ивейна, когда они с Анной заперлись в спальне. – Но суть в том, что я замужем за человеком, героический родственник которого был убит моим родственником. Между прочим, Альфред тоже был героем. Он не стал бы казнить человека ни за что, ни про что.

– Меня больше Гуннхильд тревожит, – призналась Анна. – Может, это глупо, госпожа, но я все время вспоминаю слова той ведьмы. О том, что смерть витает над тобой.

Ивейна вздрогнула, но взяла себя в руки.

– Что такого особенного сказала Катя, Анна? Она видела путешествие. Но как еще мы могли очутиться здесь?

– А два корабля?

– Гм. Может, Эдуард выслал за мной погоню, но они отстали и повернули обратно? А что до смерти, так ведь все знали, что Эгиль умирает.

Анна покачала головой.

– Поскорее бы Рорик и Торольв вернулись.

Ивейна кивнула. Она знала, что ей тоже будет спокойнее с Рориком, хотя мысль о встрече с ним приводила ее в ужас. Если он еще раз посмотрит на нее таким холодным, равнодушным взглядом, ее сердце истечет кровью. И все же, словно больной, который, несмотря на страдания, вновь и вновь бередит свою рану, она будет упорно выяснять правду о том, почему Рорик женился на ней.

Надежду нелегко убить. Особенно когда любишь.

Рорик стоял под сосной, прислонившись к толстому стволу, и глядел на горные вершины, окутанные золотистым сиянием заката. Ручей журчал у его ног, извивался среди камней и падал с обрыва в лежащий далеко внизу фиорд.

Здесь он мальчишкой мечтал о сражениях и странствиях к неизведанным землям. Здесь пытался забыть обиды, нанесенные злой и ревнивой женщиной. В этом месте царила первобытная красота, и все-таки в короткую ночь страсти оно перестало быть частью его души.

Он зажмурил глаза, прижавшись затылком к шершавому стволу. А затем чутье заставило его выпрямиться и оглянуться задолго до того, как над ручьем послышался шорох шагов.

– Опасно уходить так далеко одному, – заметил Торольв. – Вместо меня сюда мог прийти кто угодно.

Рорик снова прислонился к сосне.

– Только мы с тобой знаем это место.

– Да, но когда мы были мальчишками, забираться сюда было легче.

Не дождавшись ответа, Торольв решил применить другую тактику.

– Ингрид мертва, – заявил он.

Рорик выгнул бровь.

– Что ж, она очень старая, а после такого дня…

– Дело не в возрасте. Она утонула в фиорде. Ивейна думает, что ее убили.

Боль охватила его при звуках этого имени. Такой же жестокий удар поразил его в зале, когда он понял, что теряет ее. Эта мысль высасывала из него силы, пока он не спрятал пугающее осознание собственной уязвимости за стеной холодного равнодушия. Он сделал это тогда. Сделает и сейчас.

– С чего она это взяла?

– Она уверена, что старуха сказала не все.

Смех вырвался из его груди, такой резкий, что птицы с тревожными криками вспорхнули с ветвей.

– Хель! Что еще она хочет узнать? Меня предал родной отец. Какая еще месть ей нужна?

– Я не верю в это, как не верил, что ты женился на ней ради мести, – возразил Торольв. – Но если ты не хочешь слушать, я подожду. Надеюсь, ждать придется недолго. По ночам здесь ужасно холодно.

– Никто не просит тебя остаться. – Рорик, прищурившись, взглянул на друга, развалившегося на траве. – Намеки понимаешь?

– Нет. В сравнении с той драчкой, тут такая тишина и покой. Наверное, я здесь переночую.

– Драчка? Какая еще драчка? И как ты мог оставить Ивейну одну в Эйнарвике? Я же просил тебя присмотреть за ней до моего возвращения.

Рорик бросился вниз по тропинке с такой скоростью, что Торольву пришлось его догонять.

– Пока Ивейна в безопасности. Я запретил ей выходить из спальни. Но она не хочет, чтобы я был ее защитником. Ты же ее муж, а не я.

– У нее не было выбора. Но я это исправлю.

– Что ты имеешь в виду?

– Я отвезу Ивейну в Англию к ее кузену.

Торольв уставился на него.

– Чтобы получить выкуп? А они не подумают, что она… э…?

– Нет, не ради выкупа. А что касается остального… – Рорик замедлил шаг и мрачно взглянул на Торольва. – На месте разберусь.

– Гм. Возможно, тебе придется отложить поездку. Ты знаешь человека по имени Торкель?

– А при чем тут Торкель?

– Значит, есть такой? И кто же он?

– Старик, который когда-то ходил в море с моим… с Эгилем. Я его сто лет не видел. Он живет на летнем пастбище в горах.

Торольв разинул рот.

– Круглый год?

Рорик невольно улыбнулся.

– Можно подумать, тебе не приходилось зимой ночевать под открытым небом. Он ценит уединение. Мне повезло меньше.

Торольв сделал вид, будто не понял намека.

– Ингрид сказала Ивейне, что если с ней что-нибудь случится, надо разыскать Торкеля.

– Зачем?

– Понятия не имею. Но я одно знаю, Рорик. Эгиль дураком не был. Хель! Он не хотел, чтобы Оттар появился на свет, и уж тем более не хотел оставлять ему в наследство хоть что-нибудь кроме доли младшего сына. Найди этого Торкеля и выслушай.

Рорик раздраженно отмахнулся.

– Что он может сказать? Все равно моя мать была рабыней-англичанкой. – Он помолчал, а затем добавил: – Но это кое-что объясняет.

– Что именно?

– Почему отец не возражал против моего брака с Ивейной. Я думал, он будет рвать и метать. А потом решил, что он не хочет больше отпускать меня в море и надеется привязать к дому.

– Возможно, – согласился Торольв. – Более того…

– И теперь ясно, почему я не хотел оставаться дома. Почему меня снова и снова тянуло…

– В Англию? – Торольв нахмурился. – Я думал, это из-за Ситрика.

– Нет. А теперь появилась еще одна причина.

– Что ж, я не собираюсь торчать тут и смотреть, как Оттар упивается своей властью, так что можешь рассчитывать на меня.

Впервые за день на губах Рорика расцвела настоящая улыбка.

– Спасибо, дружище.