Дженнифер Сент-Джайлз - Его тайные желания

Войдя в гостиную, я нашла Стивена и Андре за игрой в шахматы. Их головы склонились над доской, сосредоточенные лица демонстрировали глубокую концентрацию мыслей. Сердце мое переполнилось нежностью. Вместо того чтобы идти и заняться домашними делами, я взяла книгу и села с ней в гостиной, решив немного расслабиться. Я прочитала не более страницы, когда ощутила жаркий взгляд Стивена, который мгновенно воспламенил меня. Слова на странице расплылись и образовали неразборчивое пятно.

– Месье Тревельян, – сказала Миньон, вбегая в комнату, – могла бы Жинетт оторвать вас на короткое время?

– Что такое? – всполошилась я. – Ей стало хуже?

Жинетт перед этим сидела во дворе на солнце и вышивала, но приступ головной боли заставил ее вернуться в комнату.

Миньон покачала головой:

– Нет, она чувствует себя по-прежнему. Сейчас она отдохнула и сказала, что хотела бы видеть месье Тревельяна.

– Да, разумеется. Я буду рад поговорить с ней, – сказал Стивен и поднялся. – Наша игра может немного подождать, правда ведь, Андре?

– Конечно. Но должен предупредить вас, что я воспользуюсь вашим отсутствием и чем дольше продумаю, тем хуже будет для вас, – улыбнулся Андре.

Стивен засмеялся.

– Я рассчитываю на реванш, сэр.

Когда Стивен ушел, я подошла к Андре.

– Малыш, нам нужно поговорить.

– Не хочу разговаривать! – Он отвернулся.

– Но я должна знать, что произошло. С кем ты подрался? С Филиппом или Уиллом?

– Ни с тем, ни с другим.

– В таком случае кто тебе рассказал о твоем отце? Все последнее время я собиралась рассказать тебе, но ожидала сообщения от сыщика, месье Гудзона.

– Зачем? Ты позволила бы мне повидаться с моим отцом?

– Да, – шепотом сказала я. – Хотя я не знаю, что сделала война с его душой, но уверена, что одно время он нежно тебя любил. И я не могла мешать тебе найти ответы на вопросы об отце.

Андре посмотрел на меня с удивлением.

– Значит, ты говорила, что он умер, вовсе не для того, чтобы удержать меня от него?

– Нет! – горячо возразила я. – Я хотела, чтобы ты верил только в хорошие вещи о твоем отце и твоем наследстве. Так скажи, Андре, что произошло?

– Месье Хейес и несколько его друзей находились в лагере и показывали, как стрелять из винтовок.

Я ахнула.

– Они говорили, что мужчина должен уметь защищать и кормить свою семью. Все было хорошо, но чем больше виски они пили, тем необузданней становились. Они начали стрелять в белок и птиц – и все со смехом. Я сказал, что пойду домой, но месье Хейес заявил, что я такой же трус, как мой отец, и еще сказал одному из своих друзей, чтобы он проверил серебро в доме до моего ухода. Этот друг сказал, что проверит меня сейчас же, и разорвал на мне рубаху. Я попытался ударить его, и он съездил мне по лицу. А после этого они рассказали мне, как мой отец украл принадлежащее всем золото и дезертировал из армии.

– А где были Филипп и Уилл?

– Они прятались за деревьями.

Взрослые мужчины сделали это с моим сыном! Почему после многих лет молчания мистер Хейес так жестоко говорил с Андре? Как посмел он так обращаться с моим сыном!

– Андре, я отдала бы свою жизнь, если бы могла избавить тебя от этого.

Он с горечью произнес:

– Мне не нужна твоя жизнь. Все, что мне требовалось, это правда.

– Ты когда-нибудь простишь меня? – шепотом спросила я.

Вначале я подумала, что мне показалось, будто его ладонь легла на мой сжатый кулак. Но затем, когда он усилил давление своих пальцев, предлагая мне разжать кулак, я поняла. Я разжала ладонь, и его рука легла в мою. Лишь тогда я осмелилась встретиться с его взглядом.

– Я очень зол и обижен. Но я люблю тебя, мама. Я люблю Жинетт и Нонни, мамашу Луизу и папашу Джона. Злость не заставит меня разлюбить вас, но я хочу побыть сейчас один. Ты понимаешь меня?

В моем сыне мужества и твердости было больше, чем я подозревала.

– Да. Только знай, что я очень хотела бы обнять тебя. Ты стал человеком, которым я горжусь.

Он широко раскрыл глаза. И тут появился Стивен. Когда они закончили шахматную партию, я подошла к ним.

– Вы не подойдете ко мне во дворе на несколько минут, месье Тревельян?

– Конечно. Я чувствую, что мне неплохо бы глотнуть свежего воздуха. Андре только что жестоко разгромил меня.

– В самом деле?

– Да, мама. Когда мы могли бы сразиться еще, месье Тревельян?

– Завтра вечером, после обеда. Мне требуется время, чтобы выработать стратегию.

Андре засмеялся и тут же ушел, сказав, что должен дочитать «Семью швейцарских Робинзонов».

– Раньше он не проявлял ни малейшего интереса к литературе. Не понимаю, как ты сотворил это чудо, – сказала я, когда мы вышли из помещения, сменив комнатную прохладу на нагретый солнцем воздух, и не сговариваясь направились к фонтану.

– Для этого иногда достаточно самому стать мальчишкой.

– Расскажи мне о Жинетт. Чем была вызвана ее просьба?

Он отвел от меня взгляд, некоторое время смотрел на фонтан, затем вздохнул.

– Она хотела узнать побольше о докторе Марксе. А теперь ответь, почему ты выглядишь расстроенной?

Я рассказала Стивену, что произошло с Андре в лагере.

– Этот инцидент, который учинили Хейес и его команда, никогда бы не случился, не будь меня.

Стивен стукнул кулаком по мраморному основанию фонтана.

– Черта с два, не случился бы! Такие люди, как Хейес, – это нарыв на теле общества. За подлости других людей ты не отвечаешь и не должна себя ни в чем обвинять.

Я достала свой шелковый носовой платок, окунула его в прохладную воду фонтана и приложила к руке Стивена, к его поврежденному суставу пальца.

– Боюсь, моего гардероба не хватит на все твои ранения, Стивен.

Он обхватил пальцами мое запястье.

– А я боюсь, что не выдержу твоих прикосновений. Я хочу тебя, Жюльет. – Глаза его потемнели от страсти.

– Я тоже тебя хочу, – прошептала я.

– Значит ли это, что ты придешь ко мне? Я хочу, чтобы ты прикасалась ко мне, доверяла мне, позволила мне исполнить любое твое желание.

Едва дотрагиваясь, он провел ладонью по моей руке, пробуждая во мне самые сладостные ощущения, самые жаркие чувства. Я вынуждена была закрыть глаза, чтобы удержаться и не прильнуть к нему.

– Я не свободная женщина.

– Так что же, – хрипло спросил он, – ты должна платить за преступления твоего мужа своим вечным одиночеством? Неужели ты сможешь оставаться его женой после всего, что твоя семья вынесла за эти годы?

Я покачала головой.

– Я должна по закону, но на деле не могла бы. – Мое сердце принадлежало Стивену.

Он издал вздох облегчения:

– Это вселяет в меня надежду.

– Что ты имеешь в виду?