Джудит Френч - Мой нежный завоеватель

— Если бы я находился не в Мараканде, а рядом с ней… — Кайан провел пальцем по серой каменной стене. — Я оказался ненужным, владыка Оксиарт, ненужным, как мужчина, и не смог стать полезным, как телохранитель.

— Придержи язык, — предостерег его Оксиарт. — Это не твоя ошибка. Если кто-то и виноват, так это Александр. Тебе было приказано отправляться в Мараканду, чтобы вступить в брак с госпожой Лилией. Для тебя и моей дочери лучше, чтобы ты был женат, поскольку муж Роксаны вовсе не дурак. Ты привез жену с собой?

— Да, господин. Она находится в своих комнатах в женской башне. Лилия вовсе не в восторге от всего этого. Думаю, что она скорее способна полюбить какого-нибудь толстого торгаша из Мараканды, чем меня. — Он выпрямился и замер, когда вверху, на винтовой лестнице, появился Александр.

Прежде чем войти в комнату Роксаны, Александр обменялся несколькими фразами со своим тестем и Кайаном. Окна в спальне были плотно зашторены, ощущался запах ладана. Возле кровати с пологом горели свечи. Отослав жестом персидского лекаря, Александр присел на край постели.

— Выйдите все, — приказал он присутствующим женщинам. — Подождите — сначала откройте окна. Принцессе нечем дышать. — Он положил ладонь на лоб Роксаны, и ее веки дрогнули.

— Тебе не следовало снова приходить. Который сейчас час?

— Три часа после заката. — Он достал из кувшина с водой и лечебными травами кусок ткани, выжал его и положил свежую примочку ей на лоб. — В моей армии начались волнения. Ты задерживаешь выполнение всех моих планов.

— Если ты желаешь моего выздоровления, отправь подальше этих проклятых лекарей. Один из них, косоглазый, хотел заставить меня пить кислое молоко тигрицы. — Она откинулась на подушку, и ее зрачки расширились и стали почти прозрачными. — Мне снились странные сны.

— Это все из-за яда, — успокаивал ее Александр. — Если бы я знал, что у тебя такое серьезное ранение, то закопал бы этих проклятых скифов живьем вместо того, чтобы проявлять милосердие. Ты дурно на меня влияешь, делаешь меня мягкотелым. Враги теперь смогут этим воспользоваться.

— Греки рождаются великодушными.

Его внимание привлекло рычание, донесшееся из-за внутренней двери.

— Что это там?

— Всего лишь Акира, моя любимица. Лекари ее боятся, поэтому Волк сидит с ней в соседней комнате. — Ее веки стали закрываться. — Я не шутила насчет лекарей. Отошли их подальше.

— Они здесь для того, чтобы помочь тебе. — Он поднес к лицу кубок и понюхал янтарную жидкость. — Ты должна принять это? — Он поднес питье к ее губам, приподняв ее голову, чтобы она могла пить.

— Нет! — Она сжала зубы. — После их снадобий меня тошнит. Я не доверяю твоим знахарям. У меня тоже много врагов.

— Ну почему ты так упряма? Я приказываю тебе выпить это.

— Нет, я не буду. — Она отстранила кубок.

— Неужели ты думаешь, что я намерен тебя отравить? — Он попробовал лекарство, сплюнул и выругался. — Напоминает верблюжью мочу!

— Не знаю, так ли это, поскольку мне никогда не доводилось пробовать верблюжью мочу. Безусловно, ты человек гораздо более искушенный в подобных напитках, так как являешься эллином, то есть представителем цивилизованного мира.

— Ты едва жива, но язык твой остается острым, как терновая колючка. — Он поцеловал ее в лоб. — Ты слишком похудела, а мне больше нравишься мягкой и округлой. — Зеленый шелковый халат едва прикрывал ей груди. Царь нежно коснулся одной из них и наклонился, чтобы поцеловать розовый сосок. — Я скучаю по тебе, жена.

— Как это возможно, если ты проводишь ночи в объятиях Европы?

Он замер.

— Мне надоела эта песня. Я уже много раз говорил, что она для меня ничего не значит.

— Я не хотела разгневать тебя. Ты должен выслушать то, что я скажу. Боюсь, что… Мои сны говорят о том, что тебе угрожает большая опасность.

— И в чем она состоит?

— Не знаю, но… — Она судорожно вздохнула и посмотрела на него. — Сновидение всегда одно и то же. Становится темно… затем во мгле возникает вихрь. Я боюсь! — Ее пальцы сжали его кисть. — Прошу тебя! Останься на ночь во дворце. Не возвращайся в лагерь.

— Но какая опасность может поджидать меня в собственном шатре посреди моей армии? Каждый из моих воинов готов отдать за меня жизнь. — Он снова предложил ей снадобье. — Выпей немного. Даже бог не в состоянии вечно удерживать бойцов, находящихся в состоянии неопределенности. Ты должна поскорее поправиться.

Раздался стук в дверь. Два греческих лекаря с поклонами вошли в комнату.

— Твое величество! Мы не рассчитывали увидеть тебя здесь этой ночью. Похоже, принцесса начинает выздоравливать. Ты согласен с этим?

Александр окинул их взглядом.

— Нет, я так не думаю. Как вы можете называть себя выдающимися врачевателями, если не в состоянии вылечить волчий укус? — Он нахмурился. — Асклепий, тебя я знаю. Кто этот жулик рядом с тобой? — Он указал на старшего из двух лекарей.

— Гален, великий царь, — назвался незнакомец. — Приехал из Афин прошлой осенью, чтобы присоединиться к твоим войскам. У меня самые лучшие рекомендации, твое величество, уверяю тебя. Я учился у…

— Твои рекомендации не стоят и медной монеты. Я знаю только то, что вы не смогли вылечить мою жену. Если не хотите, чтобы ваши шкуры пошли на попону для моей лошади, вы добьетесь нужных результатов.

Гален покраснел и выпрямился.

— Мы всего лишь люди, твое величество, а не боги. Не все в нашей власти.

Асклепий взял Роксану за запястье.

— Сегодня вечером ее жизненная сила возросла, великий царь. — Она попыталась выдернуть руку.

— Кто прописал это лекарство? — Александр поднял кубок.

— Я. — Длинноносое лицо Галена было серьезным. — Это эликсир на основе белого морозника, который очищает кровь и убивает инфекцию.

Александр помрачнел.

— Принцесса не в силах его проглотить. Найдите другое снадобье. — Врач прочистил горло и отвел взгляд. — Напиток горький на вкус. Отведай его сам! — приказал Александр.

Когда Гален взял кубок, его рука дрожала, но он залпом выпил все содержимое.

— Это известный рецепт, твое величество, — уверял Асклепий. — Сам Аристотель, твой учитель, рекомендовал его.

— Если я не увижу результатов в течение двух дней, вас обоих заменят. — Он склонился к Роксане. — Я снова навещу тебя утром и приведу своего личного врача, Филиппа. Спокойной ночи.

Она вцепилась в его руку.

— Нет. Ты не должен покидать дворец. Мне явилось видение. Я вижу твою палатку. Опасность поджидает тебя в палатке! — Она попыталась встать, и ее дыхание стало неровным.