Элен Бронтэ - Прекрасная партия

— Не за горами тот день, когда вам исполнится двадцать два года — возраст достаточный для леди, которая до сих пор не помолвлена.

— Увы, мадам, что я могу с этим поделать? Если бы у наших дверей стояла очередь из желающих предложить мне руку и сердце, я бы, безусловно, постаралась исправить это обстоятельство помолвкой с самым достойным из них!

Увы, шутливая беседа не входила в планы старшей из дам.

— Мисс Сьюзен, ваши рассуждения похвальны, но, поскольку мы не имеем этих джентльменов у наших ворот, они теряют смысл. Другое дело, когда такой джентльмен есть в нашем собственном доме!

— Как? Вы имеете в виду…

Сьюзен не сразу поверила в серьезность миссис Элингтон и изумленно уставилась на нее.

— Разумеется, я имею в виду нашего дорогого Джеймса, дитя мое. Вы уже достаточно знакомы с ним, чтобы убедиться в его добропорядочности, ровном спокойном нраве и серьезных помыслах. Для девушки вашего положения он представляет собой прекрасную партию, не так ли?

Вопрос был явно риторическим, и Сьюзен пришлось согласиться, что да, это действительно так и есть.

— Я очень рада, милая моя, что наши с вами мнения по этому поводу совпадают. Со своей стороны, я не желала бы большего счастья для вас обоих. Я уже назвала вашего брата своим сыном и с удовольствием назову вас дочерью!

— Но почему вы думаете, что Джеймс захочет жениться на мне? — ошеломленно вопросила Сьюзен. — Насколько я могла заметить, он не слишком доброжелателен со мной.

— Это потому, что вы не проявляете к нему должного интереса и уважения к его убеждениям. Как раз об этом я и хотела бы с вами поговорить, мисс.

— Уважения? Но как я могу уважать его убеждения, если они противоречат моим собственным? На мой взгляд, он категоричный, узколобый сноб, который…

— Как вы можете говорить такое о Джеймсе! — Любящая мачеха едва ли не кипела от негодования на дерзкую девицу. — Он старше вас на пять лет, он получил образование и повидал свет, он джентльмен, наконец! Как вы можете не соглашаться, с ним, вы, не выезжавшая до недавнего времени из провинциального городка и не имеющая представления о многих вещах, недоступных пониманию леди?! Вы не можете судить, прав он или нет, мисс Шелтон!

От этой отповеди Сьюзен растерялась, но миссис Элингтон и не думала останавливаться.

— Конечно, я понимаю, вам не понравились его слова об этой вашей Италии, но сами-то вы там никогда не были, откуда вам знать, что он не прав? Эта итальянская графиня, которую мы видели на балу у графа Рейли, выглядела совершенно безнравственно в неприлично открытом платье. Если все итальянцы таковы — я полностью согласна с Джеймсом!

— И тем не менее он провел там не один месяц, — попыталась вставить слово Сьюзен. — К тому же не только его суждения об Италии кажутся мне однобокими и поверхностными…

— Всякий джентльмен должен расширить свой кругозор заграничными поездками, до того как женится и остепенится, мисс Шелтон! Но он вовсе не обязан восторгаться чужестранцами, как это делае i граф Рейли, принижая при этом достоинства своих соотечественников! А в других вопросах, я уверена, Джеймс разбирается превосходно!

Спорить было совершенно бессмысленно, Сьюзен и раньше видела миссис Элингтон в подобном настроении, когда она распекала прислугу, мужа или дочерей, и следовало дать ей время выпустить пар. Жалея, что она не находится где-нибудь в другом месте, Сьюзен вжалась в кресло, стараясь сделаться как можно более незаметной.

Но почтенная леди уже и сама поняла, что перегибает палку, и вернулась, не без усилий, к добродушному материнскому тону.

— Милая девочка, оставьте судить о вопросах мироустройства мужчинам и сосредоточьтесь на главном для женщины — муже и хозяйстве. Мой покойный супруг нередко вызывал у меня недоумение своими высказываниями о политике или военном искусстве, но мне и в голову не приходило спорить или хотя бы иметь по этим вопросам собственное мнение. Зато в остальном он всецело полагался на мои способности разумно вести хозяйство и не посягал на мою епархию, что делало нашу супружескую жизнь вполне счастливой.

У Сьюзен было что сказать по этому поводу, но, поскольку покойный мистер Элингтон уже не мог подтвердить или опровергнуть слова своей супруги, ее мнение против утверждения миссис Элингтон ничего не стоило. К тому же уважаемая леди еще не закончила.

— Итак, я осмелюсь надеяться на ваше благоразумие и здравомыслие, мисс Шелтон, не говоря уж о благодарности, которую испытывала бы всякая девушка на вашем месте. Прошу вас приложить все усилия, чтобы ваши таланты не остались скрытыми для Джеймса, и уже летом мы сыграем вам чудесную свадьбу. Посаженым отцом будет лорд Ченсуорт, и даже ваша тетя Элизабет, быть может, удостоит нас своим визитом.

Сьюзен поторопилась прервать эти радужные картины, пока не поздно:

— Но я не люблю мистера Элингтона, точно так же, как и он не любит меня. И какой вам-то прок от нашего брака, мадам, прошу вас, объясните мне!

— Любая мало-мальски сообразительная девушка сможет увлечь джентльмена, если она достаточно красива для этого, а вы вполне обладаете приятной внешностью. Вы сделаете это, тут и говорить не о чем. И я объясню вам, почему.

Мисс Шелтон попыталась возразить, но была прервана широким взмахом руки, что заставило ее еще сильнее вжаться в кресло.

— Мои собственные деньги всегда казались мне источником приятной беззаботной жизни в столице, но я ошибалась. Расходы на содержание дома, платья и драгоценности, в том числе и ваши, мисс, показали мне, что моих средств недостаточно, чтобы поддерживать тот уровень жизни, к какому мы привыкли. Доходы с поместья слишком велики для одного Джеймса, зато их вполне хватит ни нужды семьи. Он молод, богат — словом, во всех отношениях является завидным женихом, а я не имею ни малейшего намерения отдавать Элингтон холл в руки какой-либо предприимчивой особы, которая заставит его позабыть о долге перед семьей. Теперь вам понятно, мисс Шелтон, почему ваш брак представляется наилучшим выходом для всех, в том числе и для вашего брата и его семейства?

— Вполне понятно, миссис Элингтон, — коротко ответила Сьюзен, молясь про себя только об одном — как бы сдержаться до окончания разговора и не наговорить этой женщине слов, о которых потом будет жалеть.

— Вот и прекрасно, дитя мое. В таком случае позвольте мне ознакомить вас с деталями плана, пришедшего мне в голову и, возможно, в силу вашей неопытности неизвестного вам. Во-первых, ваше частое отсутствие дома не идет на пользу вашей репутации, не говоря уж о том, что все эти прогулки вредят здоровью. Вы каждый день приходите в мокрых ботинках, так недалеко и до воспаления легких, о чем вы думаете, милая? Отныне я запрещаю вам выходить из дома пешком и слоняться в парке, как какая-нибудь искательница приключений или нищенка!