Джоржетт Хейер - Черная моль

Полюбовавшись на свое отражение несколько секунд, Карстерс нахмурился и обернулся через плечо.

— Я передумал, Джим. Надену, пожалуй, синее.

Солтер испустил вздох отчаяния.

— Но то, что на вас, очень идет вам, сэр, — выдавил он.

Джек упрямо помотал головой и сел.

— У меня выработалась неприязнь… нет, не неприязнь, самая настоящая ненависть к красно-коричневому. Надену синее.

— Ну вот, сэр, опять переодеваться! Да вы так устанете и не хватит силенок и с лестницы сойти. Помните, что говорил доктор.

Милорд с жаром отмел напоминание о докторе и его мудром совете.

— Ах, сэр, но…

— Доктор человек, конечно, полезный, Джим, однако смыслит в нарядах еще меньше тебя. Ему не понять душевных терзаний человека, вынужденного первый раз появиться в красно-коричневом…

— Но…

— Синий камзол с золотой отделкой.

— Сэр…

— Это приказ! Я настаиваю! Или синее, или ничего!

— Слушаюсь, сэр! — и Джим решительным шагом направился к гардеробу.

Когда наконец его светлость был одет и остался доволен своим нарядом, стоял уже жаркий июньский полдень, и мисс Бетти постучала в дверь, желая узнать, спустится мистер Карр или нет.

Карстерс поправил повязку и, взяв шляпу, немного нетвердой походкой направился к двери.

— Вам помочь, сэр?

Мисс Бетти присела в низком реверансе.

— Ах, мистер Карр!

Джон низко поклонился.

— Приветствую вас, мадам, — сказал он. — Я как раз собирался спуститься. Спасибо, Джим, — и он крепко оперся на руку слуги.

Мисс Бетти обошла вокруг него, громко выражая свое восхищение.

— Боже мой! Как же вы элегантны! Нет, я протестую, мне просто неловко!..

— Пустяки, мисс Бетти! Отчего это неловко?

— Оказывается, вы старше, чем я предполагала, — застенчиво ответила она.

— Помните, мадам, я ведь не пытался вас обмануть. Я человек пожилой и…

— Тридцать, надо же! — усмехнулась она и продолжала: — Идемте, дитя мое, и осторожней, там ступенька!

Внизу, у подножья лестницы стоял мистер Болей, мужчина среднего роста, тонкогубый, с серыми глазами. Он шагнул навстречу и протянул руку.

— Счастлив видеть, что вам лучше, сэр. Надеюсь, плечо уже не так беспокоит?

Милорд вежливо отодвинул Джима в сторону и пожал протянутую руку.

— Благодарю, сэр, почти не беспокоит. Однако мисс Бетти, истинный, как мне показалось, тиран по призванию, настояла, чтоб я носил эту несносную повязку.

Мистер Болей слабо улыбнулся.

— О да, она всех нас держит в ежовых рукавицах, не так ли, Бетти? Не желаете ли немного прогуляться по саду? Там, на лужайке, есть кресла, и там моя дочь…

Он махнул рукой в сторону двери, и Карстерс, обернувшись, тут же заметил Диану.

Девушка стояла на фоне темной зелени в янтарного цвета шелковом платье, отделанном старинным кружевом на рукавах и лифе. Волосы темные, словно ночь, над высоким белым лбом вьются мелкие кудряшки. Один локон, выбившийся из прически, спадал на плечо, остальные были подобраны под маленькую кружевную шляпку-кибитку, которая держалась на голове с помощью широкой ленты, завязанной под подбородком.

Джек все смотрел и смотрел, Диана же в свою очередь разглядывала его широко расставленными карими глазами, в которых читалась почти детская невинность. Затем веки ее дрогнули, загнутые вверх ресницы затенили бездонную глубину этого взора, а по щекам разлился румянец смущения.

Опомнившись, милорд раскланялся с изысканной учтивостью — так, как некогда учил его отец.

— Любовь моя, прошу, познакомиться, это мистер Карр…

Диана присела в реверансе.

— А это, мистер Карр, моя дочь Диана…

— Счастлив познакомиться с вами, мисс Болей, — сказал Джон и поднес ее руку к губам.

Тонкие нежные пальчики слегка дрогнули в его руке, розовые губки раздвинулись в скромнейшей и восхитительнейшей из улыбок, которые он когда-либо видел.

— На самом деле, сэр, мы уже знакомы. Я не из тех, кто забывает своих спасителей.

— Счастлив, что имел честь оказать вам услугу, мадемуазель. Поверьте, это действительно огромная честь — сразиться ради вас, — глаза его были устремлены на очаровательную ямочку, играющую у ее губ.

— Очень мило с вашей стороны, сэр. Однако, боюсь, мы доставили вам массу неудобств и… — она указала на повязку.

— Сущие пустяки, мадемуазель. Напротив, это я вам премного обязан.

Тут мисс Бетти не выдержала.

— Ну, довольно! От роду не слышала столь дурацкого обмена любезностями! Вы выглядите немного усталым, мистер Карр. Идите в сад, там можно отдохнуть.

Солтер шагнул к хозяину, но Диана остановила его, подняв пальчик.

— Не желает ли мистер Карр принять от меня руку помощи? — спросила она.

Джек покраснел.

— О нет, мисс Болей, я не имею…

— Ах ты, Боже мой, какие нежности! — воскликнула мисс Бетти. — Ну, довольно этих сюсюканий. Бери его под руку, Ди!

Мистер Болей к этому времени уже ушел. Его мир заключался в стенах библиотеки, и он никогда не покидал ее надолго. Вот и сейчас, улучив момент, когда сестра на него не смотрела, он тихонько удалился; обернувшись, мисс Бетти успела лишь заметить, как за ним затворилась дверь.

— Твой папа снова удрал! — объявила она племяннице. — Что за скучный человек, Бог ты мой!

Она последовала за молодыми людьми к лужайке и помогла Карстерсу усесться в шезлонг под огромным вязом. Под раненое плечо тут же подсунули подушку, под спину — вторую.

— Вы уверены, что вам вполне удобно? — заботливо склонившись над ним, спросила мисс Бетти.

Джек рассмеялся.

— Вполне. Благодарю, мадам. Однако, где же сядете вы?

— Я — вон в то кресло, а Ди — на подушку. Вот тут… у моих ног.

— Вижу, вами здесь правит железная рука, мадемуазель, — заметил Джек Диане и снова отметил дрожанье ямочки у губ.

— Да уж, сэр. И это весьма прискорбно.

Мисс Бетти хмыкнула и развернула пакет с мотками шелковых ниток, потом бросила его на колени племяннице.

— Будь умницей, помоги их рассортировать, птичка моя, — сказала она и достала вышивание.

— Позвольте мне помочь! — вызвался Джек.

Диана встала и положила свою подушку возле его кресла. Затем опустилась на колени и вывалила разноцветные мотки.

— О, это будет просто чудесно! Только внимательно отделяйте цвета. Вот, видите, это розовый, а это цвета семги, здесь палевая роза, тут бледно-розовый и красный… ах, места больше нет, придется положить красный вот в этот пакетик.

— Определенно, — согласился Карстерс.

— А другие цвета не будем сортировать, пока не покончим с розовым.