Эмили Брайан - Обольстительная герцогиня

Тревелин предложил ей присесть на кушетку, однако сам остался стоять. Он прислонился к стене и выглядывал из-за плотных занавесок на улицу. Неужели он думает, что за ней могли следить?

– Полагаю, мадам, вы пришли ко мне с определенной целью, – промолвил он, наконец, запустив руку в густые волосы.

– Вы говорили, что я могу обращаться к вам, как только в этом возникнет необходимость, – сказала она.

Темная прядь упала Тревелину на лоб, и Артемизия почувствовала непреодолимое желание откинуть ее назад. Она смотрела на Тревелина, стоящего со скрещенными на груди руками, и ей показалось, будто бы что-то шевельнулось внизу ее живота. Нужда в его помощи действительно возникла, однако ей казалось, что он не совсем то имел в виду, когда предложил ей свои услуги. Герцогиня ценой неимоверных усилий сдержала желание прижаться к нему.

– Да, мне необходимо, чтобы вы прояснили несколько моментов. – Артемизия откашлялась и сняла бархатную шляпку, показывая, что готова оставаться до тех пор, пока его ответы не удовлетворят ее любопытство. – Однажды утром вы помогали отцу в саду…

– Полагаю, помогал – это слишком смело сказано, ваша светлость. – Тревелин сел на стул и забросил одну ногу на другую. – Мы с мистером Далримплом просто вели приятный разговор.

– Именно об этом мне и хотелось с вами поговорить, – сказала Артемизия, поправляя юбку так, чтобы она распределилась одинаково с обеих сторон, – все, что угодно, лишь бы только избежать его прямого взгляда. – Мне кажется, вы упомянули какой-то ключ.

– Возможно, – сказал он. – Мы также говорили о розах, и, прежде чем вы выпрыгнули из-за куста, вроде бы ваш отец прочел мне небольшую лекцию о тле, а затем рассказал о различных видах удобрений.

– О нет. Вы обсуждали привычки тигрицы и медведя. Немного странная тема для разговора в саду, вам так не кажется?

Он пожал плечами.

– А потом отец послал вас на поиски мистера Беддингтона, хотя, как мне кажется, это было вашей целью с самого начала, – сказала она, не желая раскрывать больше информации, чем следует. – Мистер Деверидж, вы знаете что-то об этом ключе. Почему вы его ищете? – Она подалась вперед. – Пожалуйста, расскажите, что вам известно. Поверьте, это крайне важно.

Он слегка прищурил глаза:

– Зачем вам знать?

Тихий стук в дверь прервал их разговор.

– Вероятно, наша похлебка, – сказал он и подошел к двери, чтобы впустить хозяйку.

Пожилая женщина принесла больше, нежели просто похлебку. Свежая буханка черного хлеба, теплая, словно только что из печи, а также мисочка с густыми сливками и горшочек с вареньем из крыжовника, кувшин эля, темного и ароматного, как и было заказано, и, наконец, «немного, чаю для леди».

Один только запах кушаний был просто божественным. Миссис Фартингейл поставила полный яств поднос перед Артемизией, и та решила, что вряд ли мистеру Шипуошу поможет, если она умрет от голода. Она поблагодарила добрую женщину и, последовав примеру Тревелина, приступила к еде.

– Видимо, вы приехали из Уилтшира, как и ваш братец. Знаете, моя тетка, старая дева, живет в Эймсбери, – сказала миссис Фартингейл. – Так вы из какой части графства, мисс Доверспайк?

– Уверен, Гортензия с удовольствием пообщается с вами, как только немного отдохнет с дороги. – Тревелин встал и хитрым маневром оттеснил женщину к двери. – Она зайдет к вам позже, миссис Фартингейл. Большое вам спасибо.

Закрыв за ней дверь, Тревелин приложил ухо к двери, прислушиваясь к тяжелой походке своей хозяйки.

– Что касается ключа…

– Ш-ш! – остановил ее Тревелин, подняв руку. Артемизия подождала, когда Тревелин к ней присоединится.

– Вы рассказывали мне о ключе.

– Вовсе нет. – Он снова сел и отправил в рот полную ложку горячей похлебки. Артемизия сдержала смешок, когда ему пришлось быстро запить ее огромным глотком эля. – Я спрашивал: почему вы хотите знать?

– Очень хорошо. Вот вам ответ: мистера Шипуоша, помощника мистера Беддингтона, похитили и согласились обменять лишь на какой-то загадочный ключ.

– Что вы говорите! – Тревелин отставил миску и начал расхаживать по комнате. – Вы представляете, кто мог это сделать?

– Нет, я надеялась, что, возможно, вы знаете.

– Я? Откуда? – удивился Тревелин.

– Поскольку вы, очевидно, ищете ту же самую вещь, то можете знать, кто еще ею интересуется. – Она вопросительно подняла бровь, но он отмахнулся от ее вопроса.

– Почему вы не спросите Беддингтона? У него может быть ответ к вашей загадке.

– Он не знает.

Несколько секунд Тревелин потирал подбородок, явно размышляя над сложившейся ситуацией.

– Что бы он вам ни рассказал, у меня есть причины полагать, что ключ у мистера Беддингтона. Позвольте предложить вам мою помощь. Я буду счастлив доставить от вашего лица этот предмет похитителям и освободить мистера Шипуоша. Где должен состояться обмен? Артемизия ответила коротким смешком.

– Вы считаете меня столь наивной? Почему я должна верить вам и отдавать то, что, как я знаю, вы уже давно ищете сами?

– Безупречная логика. – Он признал ее правоту с едва заметной улыбкой. – Однако раз вы пришли ко мне за помощью, то, видимо, понимаете, что все-таки придется мне довериться.

Она посмотрела в его карие глаза. Все ее существо хотело лишь одного – довериться ему.

– Как мне вам доверять? – прошептала она. – Для вас лгать столь же просто, как дышать.

Он резко отпрянул, словно от удара, а затем некоторое время молча смотрел на нее. Наконец Тревелин опустил взгляд в пол и нахмурил брови.

– Очень хорошо, мадам, – сказал он, – кажется, я должен вам довериться.

Глава 20

– Уверен, вы понимаете: то, что люди читают в газетах, не всегда можно назвать правдой, – начал он.

– Без сомнения.

– Так же и с людьми. Иногда они не совсем такие, какими кажутся. Например, ваш отец.

– Не понимаю, при чем тут мой отец…

Он протянул руку через сундук между ними и приложил палец к ее губам. Она ощутила легкое покалывание от его прикосновения.

– Позвольте мне договорить, прежде чем вы будете делать выводы. Мир знает Ангуса Далримпла как удачливого и ловкого коммерсанта, который заработал состояние в Индии. – Тревелин медленно убрал руку, словно не хотел прерывать мимолетную связь между ними. – Однако этим его личность не исчерпывается.

– Здесь я не буду спорить с вами. – Она поставила чашку и отвела глаза, чтобы прийти в себя. Ей меньше всего хотелось усложнять и так уже непростую ситуацию, а это могло произойти, если она поддастся пробегающим между ними искрам. – Ангус Далримпл был, то есть, я хочу сказать, является также замечательным отцом.