Кэт Мартин - Жар сердец

Они вернулись в Бриджтаун лишь поздно вечером.

— Думаю, у майора на сегодняшний вечер уже есть какие-нибудь планы. — Силвер постаралась, чтобы голос не выдал ее волнения.

— Он и Оуэн Мур должны встретиться около горы Ганхилл. Капитан и Мур хотят обсудить дела. Там, около Ганхилл, сегодня должны состояться петушиные бои.

Силвер слышала о петушиных боях, но видеть их ей не доводилось.

— Ты тоже туда собираешься?

Джордан усмехнулся:

— Да. Вместе с Жаком.

— А я могла бы пойти с вами? — Джордан неуверенно взглянул на нее:

— Не думаю, что капитану это понравится.

— Да ладно, Джордан. Если я пойду с тобой и Жаком, то уверена, со мной ничего не случится. Кроме того, майору можно об этом ничего не говорить.

— Я даже не знаю…

— А где сейчас Жак? Почему бы не спросить у него?

Было заметно, что эта идея Джордану понравилась гораздо больше.

— Он либо на «Саванне», либо в «Быке и корове».

— Давай сначала поедем в таверну. — Там с гораздо меньшей вероятностью можно было случайно повстречать Моргана.

Кучера несколько озадачило, когда Силвер приказала ехать к таверне, но спустя несколько минут они были уже перед тем самым домом, из которого Жак вчера выкинул карточного шулера. Джордан отправился внутрь поискать Жака, и вскоре они оба появились на улице.

— Значит, милочка, ты хочешь посмотреть, как дерутся петухи? — Хотя от француза пахло элем, он совсем не казался пьяным.

— Думаю, да. Мне очень интересно.

— Не уверен, что для тебя это будет занимательным зрелищем. — Он сунул руку в карман брюк и вытащил мятый клочок бумаги, на котором был напечатан какой-то текст. — К тому же у нас могут возникнуть кое-какие проблемы.

Силвер разинула рот, увидев выше текста свое собственное изображение; ниже шло объявление о награде, которую ее отец обещал за поимку беглянки.

— Черт бы его побрал! Он всегда находит возможность сделать мою жизнь невыносимой.

— В жизни ты намного прелестнее, чем на рисунке, — произнес Жак. — Должен сказать, две тысячи золотом — очень большие деньги.

— Эти деньги уже затребованы Пинкардом. Неужели мы ничего не можем сделать?

— Я могу пустить об этом весть и постараться, чтобы она разошлась как можно быстрее. Но на это уйдет время. — Он взглянул на Силвер, его похожая на лапу рука деликатно тронула ее щеку. — Может, тебе и в самом деле следует пойти с нами, развеяться. По крайней мере в компании с Жаком Буйяром тебе нечего бояться.

Силвер улыбнулась, не скрывая своей радости:

— Я знала, что мы будем друзьями.

— На петушиных боях бывают и женщины. Не так много, но несколько придут наверняка. Ты не будешь чувствовать себя не в своей тарелке. Мы с Джорданом заедем за тобой в шесть.

— Я буду готова, — пообещала Силвер. Леди Грейсон она скажет, что ее проводит Морган. Поскольку эта женщина выполняет все распоряжения Моргана безоговорочно, никаких препятствий она чинить не будет.

— Не выходи из дома одна, — предупредил Жак.

— Не выйду.

Жак поднес ее руку к губам:

— До вечера, красавица.

Несколькими часами позже нанятый ими экипаж остановился у большого невзрачного дома с тростниковой крышей, стоящего в стороне от главных домов плантации. Двор перед домом был заполнен лошадьми, экипажами, кабриолетами, двуколками и фаэтонами — всеми средствами передвижения, которые только могут доставить пассажиров на грандиозное вечернее мероприятие.

— Я, кажется, начинаю волноваться, — произнесла Силвер.

— Сегодня должна быть крупная игра, — сказал ей Жак. — Ставки будут большими.

Силвер нахмурилась. Ей стало досадно, что у нее нет денег.

— Не волнуйся, Силвер, — произнес Джордан, угадав ее мысли, — Жак сделает для тебя ставку.

— Ну, этого не стоит делать, Джордан. Что, если он проиграет?

— Ты принесешь удачу, — ответил Жак. — Мы обязательно выиграем.

Силвер улыбнулась. Жак Буйяр нравился ей все больше, и она взяла его под руку и позволила провести себя внутрь здания. Сегодня на Силвер было шелковое платье бирюзового цвета, эффектно подчеркивающее прелесть ее лица.

Как и говорил Жак, она заметила несколько женщин. Все они были одеты очень элегантно. Конечно, на петушиные бои прибыло и множество подозрительной публики: игроков и проходимцев всех мастей, а также рабочих пристани, матросов, торговцев, крестьян и девиц легкого поведения. Их разноцветная одежда составляла такую пеструю смесь, что у Силвер закружилась голова.

— Спасибо, что привел меня сюда, — шепнула она Жаку, пока они пробирались через толпу.

— Тебе еще рано благодарить, — коротко бросил он. Одна часть дома была менее многолюдна — там на стульях располагалась элегантно одетая публика. За ней сидели менее состоятельные зрители. Силвер обвела глазами окружающих, надеясь отыскать Моргана, но нигде его не увидела. Они опустились на стулья у самой арены, с правой стороны которой стояли клетки с петухами. Когда птиц вынимали из клеток, они пытались вырваться и отчаянно кукарекали. Вскоре в помещении стало еще шумнее — народ прибывал, поскольку представление должно было начаться с минуты на минуту. В воздухе носился запах опилок и соломы. Напротив Силвер через арену какой-то чернокожий опрокидывал в рот кружку за кружкой горький барбадосский ром, способный убить дьявола; другие зрители довольствовались бренди из сахарного тростника.

Силвер заметила, что Жак не выражает никакого желания промочить горло.

— А что делает вон тот человек? — Силвер показала пальцем на суетливого, похожего на жука человека, который стоял в большой корзине, расположенной над центром ринга.

Жак негромко рассмеялся.

— Этот бедняга не смог заплатить свой долг. Ему придется оставаться там до самого конца вечера.

Силвер рассмеялась. Заточение в корзине казалось совсем легким наказанием, но ей пришлось изменить свое мнение, когда кто-то кинул в должника кружку из-под эля, которая чудом не угодила ему в голову.

— Ну, моя красавица, кто из них победит? — Жак показал на двух птиц, которых вытаскивали из клеток. Первый петух был белым с черными пятнами, второй — рыжим с поблескивающими в свете свисающих с потолка фонарей перьями.

— Красный, конечно. Он гораздо больше.

— Белый петух считается фаворитом, — предостерег Жак. — Он побеждал много раз.

— Но он кажется таким грязным…

Жак рассмеялся, и его черные усы приподнялись.

— Любой настоящий, испытанный боец, думаю, выглядит очень жалко. Но мы поставим на красного. — С этими словами Жак покинул ее, чтобы сделать ставку. Как только петухов поставили на землю, перья встопорщились на их шеях, и петухи начали издавать угрожающее кукареканье, кружа вокруг друг друга. Только сейчас Силвер заметила привязанные к черным ногам петухов стальные ножи.