Джо Гудмэн - Сладкая месть страсти

— Не представлял, что вы так скоро подружитесь.

— Ты меня совсем не слушаешь! Вряд ли мы когда-нибудь станем близкими подругами, но я считаю, что должна относиться к ней достаточно любезно. И так женитьба твоего отца вызвала громкий скандал. Думаю, это хорошо, что она не собирается возвращаться на сцену.

— Неужели ты действительно не понимаешь, что для нас означает женитьба отца?

— А почему это должно что-либо для нас значить?

— Дело в деньгах, Рия. Всего лишь в деньгах. — Встретив ее непонимающий взгляд, он едва не ударил ее. — Видишь ли, моя дорогая, до сих пор наследником был я, — любезно, даже чересчур любезно, сказал он. — Независимо от желания Кейти отец обязан оставить ей часть состояния.

— Ты же знаешь, что я ничего не понимаю в деньгах. Наверняка нам все равно достанется немало.

— Ты верно говоришь, что ничего не понимаешь в деньгах. За месяц ты больше тратишь на наряды, чем мисс Дакота зарабатывает за год. Содержание этого дома влетает в копеечку. А вечеринки… а приемы? — Он безнадежно махнул рукой. — Впрочем, это не важно. Важно то, что я имею полное право на состояние отца и не позволю, чтобы эта шлюха — его жена — забрала У меня хотя бы его часть.

— Майкл! Пожалуйста, следи за своей речью! Если тебя кто-нибудь услышит… ну ты же не хочешь, чтобы твой отец узнал о твоих мыслях?

— Мой отец не такой дурак, как ты, и должен знать, какие чувства я испытываю к этой суке. Я никогда не делал секрета из того, что не желаю его связи с ней. — Встав с кровати, Майкл засунул руки в карманы и принялся расхаживать по комнате. Его красивое лицо было искажено гневом. — У них может быть ребенок. Об этом ты подумала? Мой отец может сделать этой твари ребенка, и у меня появится брат или сестра. Появится еще один наследник. Кейти молода, — с горечью продолжал он, — достаточно молода, чтобы родить моему отцу еще с дюжину детей! И все они будут наследниками того, что я заработал вместе с отцом. Я не могу ей этого отдать, Рия. Не могу!

«Он говорит совсем как избалованный ребенок. Впрочем, он такой и есть», — подумала Рия, но благоразумно промолчала.

— Ну хорошо, Майкл, — надеясь его успокоить, мягко сказала она. — Если ты поговоришь с отцом и расскажешь ему о своих опасениях, он, возможно, к тебе прислушается. В конце концов вы уже не один год работаете вместе, и у тебя есть доля в магазине и во всех его предприятиях.

Внезапно остановившись, Майкл пристально посмотрел на жену. В ней все было красиво и элегантно. Когда-то Майкл считал Рию с ее смуглой кожей, полными губами и точеной фигурой истинным воплощением женственности. Он был сильно к ней привязан, самозабвенно за ней ухаживал, но, женившись на ней, понял, что не любит. Иногда, особенно если он сравнивал Рию с Кейти Дакотой, Майклу казалось, что он ненавидит свою жену. Все семь лет брака он просил ее только об одном, и каждый раз она его подводила.

— Я хочу ребенка, — ровным, бесстрастным голосом сказал он. — Ты должна родить мне ребенка, Рия. Не считая убийства отца или его жены, это единственный способ получить приличную долю того, что по праву принадлежит мне.

У Рии пересохло во рту. Не смея взглянуть на мужа, так как знала, что он увидит в ее глазах лишь страх и отвращение, она тихо повторила то, что он и без того знал:

— Доктор Тернер говорит, что мне нельзя иметь детей. Еще одна беременность… — К горлу подступил комок, в глазах заблестели слезы. — Ради Бога, Майкл, я не перенесу еще один выкидыш. Даже если я останусь жива, я не смогу с этим жить. Четверо детей! Мы потеряли четверых детей, и всех их я не смогла выносить, я не хочу снова через это пройти.

— Что, мысль о ребенке так тебя страшит? — холодно спросил он.

— Не говори так! Я всегда выполняла свой долг и никогда не возражала против твоих случайных связей. Если у тебя есть ребенок на стороне, мы можем его воспитать. Клянусь тебе, Майкл, я всегда буду любить твоего сына, пусть даже рожденного другой женщиной!

— Как ни трогательно звучит твое предложение, дорогая, но у меня нет детей на стороне, и я не собираюсь их иметь. Мне нужен законный наследник, сын, рожденный моей женой. Мой отец не примет ничего другого, как и я. — Майкл взялся за пояс халата. — Мы можем начать сейчас же, — сбрасывая его, сказал он. — Нет смысла гадать, сколько времени это займет, хотя, насколько я помню, ты легко беременеешь.

— О Боже! — Рия беспомощно прижала к груди подушку. — Не заставляй меня, Майкл! Пожалуйста, не заставляй.

— Не сопротивляйся, Рия, — приблизившись к кровати, сказал Майкл, — и я обещаю, что не сделаю тебе слишком больно — только в пределах необходимого. Ты больше страдаешь от своей холодной натуры, чем от того, что я с тобой делаю.

Бежать было некуда. Рия закрыла глаза. Отобрав у нее подушку и покрывало, Майкл взял ее за руку и подтащил к себе. Когда ее рука коснулась обнаженной груди мужа, Рия почувствовала, как к горлу подступила тошнота. Он такой большой! Волосяной покров на груди Майкла напоминал ей о шерсти животного. Одетый, Майкл казался ей самым красивым мужчиной на земле; голый — вызывал у нее отвращение. Боялась же она его в любом виде.

— Свет, — прошептала Рия. — Пожалуйста, выключи свет.

— Хорошо, — ответил Майкл. В темноте он забывал, кто с ним. В темноте она могла сойти за Мэрилин, или за Кэрол, или за Рэйчел. В темноте она могла сойти даже за Кейти Дакоту. — Хорошо, — хриплым голосом повторил он. — Я возьму тебя в темноте.

Поместье Уиллоуз представляло собой белое здание из тридцати комнат, с выходящей на две стороны широкой открытой верандой и поднимавшейся до второго этажа шпалерой для роз. Когда Виктор говорил о летнем доме, Кейти ожидала увидеть нечто совсем другое — гораздо более скромное. Заранее прибывшая в дом армия слуг успела проветрить все комнаты, так что, когда сюда приехали Кейти и Виктор, строение казалось вполне обжитым — как будто его никогда и не покидали.

До Уиллоуза они добирались на пароходе. С удивлением узнав, что Кейти никогда не путешествовала по воде, Виктор предложил ей съездить в Европу, на что Кейти ответила, что предпочла бы увидеть Калифорнию. Виктор решил, что это даже ему на руку — ведь он едва не сказал, что с ней или ради нее поедет хоть на край света. Кейти, вероятно, было бы неприятно узнать, насколько безнадежно он в нее влюблен.

От пристани к дому вела тропинка под сенью плакучих ив, некоторые из них достигали десятиметровой высоты.

— Розы цветут, — сказал Виктор.

— Да, — взяв его под руку, вздохнула Кейти. Шпалера была вся покрыта белыми и розовыми цветами. — Разве они не прекрасны? — Она так и не узнала, что Виктор говорил о тех розах, которые цвели на ее щеках.