Сьюзен Джонсон - Стихия страсти

— Никто не будет расстраиваться, если ты откажешься от своей очереди отыметь эту потаскуху, правда, Лэнгли? — Толстые губы Хью сложились в презрительную усмешку. — Нам с тобой больше достанется.

— Я не откажусь, Хьюги. — Лэнгли с самодовольным видом отбросил назад свои длинные светлые волосы. — Я вот думаю, не мешало бы ее оставить здесь на некоторое время. Так мы бы сэкономили время на поиски еще одной шлюхи.

— Гм…

Из-за двери послышались голоса. Все трое обернулись на звук и в следующую секунду увидели слугу, стоящего в дверном проеме с Джо. Его лицо выражало смущение.

— Можешь идти, Фрэнк. Закрой за собой дверь.

Джо привели со связанными за спиной руками, в изрядно порванной одежде. Но, несмотря на свое положение, она смотрела на англичан с холодным презрением.

— Вы знаете, кто я?

— Одна из симпатичных потаскух, и поэтому мы хотим как следует с тобой повеселиться.

Голос Хью был полон насмешки. Он окинул девицу похотливым взглядом. Ее роскошная грудь выдавалась вперед самым возбуждающим образом из-за связанных за спиной рук.

— Вы можете поплатиться за свое поведение жизнью. Вы об этом не подумали?

Она старалась не выдавать своего страха.

— Ты и в кровати такая же бойкая? — ухмыльнулся Лэнгли. — Она заездит нас до смерти, Хьюги. Черт подери! Я уже весь горю от нетерпения.

Джо обвела их взглядом, полным дерзкой смелости.

— Вы все умрете менее приятной смертью, когда меня спасут.

Соревнующиеся за право обладания ею самцы пугали ее гораздо меньше, чем ее похитители. Наемники могут убить кого угодно за деньги. К счастью, платить за нее должны были англичане.

Хью сел в кресле прямо и наклонился вперед.

— Мы что, должны дрожать от страха?

— Вам бы следовало сесть на лошадей и мчаться на юг как можно быстрее.

— Заткни свою пасть! — прорычал он. — Никто никуда не поедет. Мы не боимся твоего отца.

Стало понятно, что им известно, кто она такая.

— В таком случае вы глупее, чем кажетесь.

С трудом оторвав свое полное тело от кресла, Хью направился к девушке неуклюжей походкой, злобно сверкая глазами.

— Еще раз посмеешь открыть свой рот, сука, — рыкнул он, подойдя к ней настолько близко, что ей пришлось отступить на шаг, — и ты узнаешь, что бывает с болтливыми тварями вроде тебя!

Он протянул к ней руки, взял за соски и с силой покрутил их.

Подавляя нестерпимую боль, Джо с трудом удержала слезы, начинавшие застилать глаза.

— Я знаю, что людям из племени абсарока ничего не стоит снять с живого человека кожу, после чего тот не умирает еще несколько дней, — проговорила она сквозь стиснутые зубы.

— Может, ты хочешь умереть, прежде чем я разберусь с тобой?

Но после ее слов его хватка ослабла, а во взгляде промелькнула тень страха.

— Посмотрим, — пробормотала она. — Я готова. Боль, которую ей причинил негодяй Хью, была на столько сильной, что она бы сама сняла с него шкуру.

— Советую тебе замолкнуть, — прошептал Хью.

Она с гордостью выдержала его взгляд.

— Когда мой отец доберется до тебя, ты замолкнешь навеки.

Напускной храбрости Хью и след простыл, и ее сменила тревога. Его руки опустились, и он попятился назад. Но ему удалось сохранить издевку в голосе, чтобы не предстать в трусливом свете перед товарищами.

— Мы научим эту сучку хорошим манерам.

— Посмотрим, как она будет вести себя, после того как мы ее хорошенько отдерем.

Три бокала виски подогрели не только храбрость Лэнгли, но и его страсть к плотским утехам.

— Сначала пусть эта сука помоется. От нее несет так, что я даже здесь чувствую.

Лэнгли питал слабость к одежде ковбоя с Дикого Запада: шелковые рубашки, сапоги и настолько узкие брюки, что он вряд ли смог бы проскакать в них и полмили.

Хью повернулся лицом к своим товарищам.

— И где же будет проходить наша маленькая оргия?

— Предлагаю бильярдную. — Коварная улыбка Лэнгли обнажила его острые маленькие зубки, что сделало его похожим на хорька. — Я всегда мечтал трахнуть потаскуху на бильярдном столе. Первый, кто загонит шар в ее влажное лоно, получит приз — обезьянку, — проговорил он, стараясь подавить смех, похожий на фырканье.

Хыо также разразился смехом, приходя в возбуждение от одной мысли о предстоящем действе.

— Мы распнем ее на столе, как орла на государственном гербе, и будем чередовать наши шары с бильярдными. Хотя мы сомневаемся в том, что ты будешь принимать участие в чертовски возбуждающей игре, так ведь, Найджел? — резко сменил тему Хыо. — Так ты с нами или нет?

— Я подумаю.

— Он подумает, — усмехнулся Хью. — Он посмотрит, встанет ли у него в штанах, после того как Хэзард Блэк выпустит из его кишок все дерьмо.

— Не думаю, что он путешествует один, — пробормотал Найджел, вертя в руках стакан виски. — Я прав? — обратился он к Джо.

Она улыбнулась, приободрившись от того, что хотя бы один из трех ее мучителей всерьез задумался о грозящей им опасности.

— С ним небольшой отряд. Вы вскоре сами узнаете, — ответила Джо.

— Ой, ой, ой, — изображая испуг, захныкал Хыо. — Я напуган до смерти.

Выбрал нужное слово, подумала про себя Джо, удивляясь собственному злорадству. То ли дух злодейства заразителен, то ли вся ее сущность реагировала на их бесчеловечность самым естественным образом.

— Живо, живо, мальчики, — поторопил их Лэнгли. Выпитое им виски вытеснило из организма все следы похмелья.

— Давайте скорее начнем развлекаться.

Энергично поднявшись со стула, он быстро подошел к двери, широко раскрыл ее и оглушительным ревом позвал слугу. Повернувшись к Джо, он схватил ее и резко вытолкнул в коридор. Заметив в конце коридора Фрэнка, он рявкнул:

— Шевелись, ублюдок! Я не люблю, когда меня заставляют ждать.

Когда слуга подошел к ним, Лэнгли подтолкнул к нему Джо.

— Отведи сучку в ванную и проследи, чтобы она как следует отмылась, — с раздражением приказал он. — Мне наплевать, как ты сделаешь это. Но она нужна мне в бильярдной через пятнадцать минут. Понятно?

— Да, сэр. — Человек почтенного возраста поклонился своему господину, затем бросил на Джо взгляд, полный сочувствия и страха одновременно. — Сюда, — сказал он еле слышно.

Заметив тревогу в его глазах, Джо подумала, не нашла ли она союзника в лице старика. Но когда они отошли на безопасное расстояние и она спросила, может ли он ей помочь, слуга в ответ лишь покачал головой.

— Моя жизнь не стоила бы и ломаного цента, если бы я согласился, — уставясь в пол, пролепетал он. — Вы сами видели, каких монстров они сюда привезли. Я и моя жена не знали, во что ввязывались, когда нанимались к ним, а теперь, — он беспомощно пожал плеча ми, — никто не смеет отсюда уходить.